Расцвет Османской империи. Эра Сулеймана I. Великие походы на Запад. Рустан Рахманалиев.Империя тюрков. Великая цивилизация.

Рустан Рахманалиев.   Империя тюрков. Великая цивилизация



Расцвет Османской империи. Эра Сулеймана I. Великие походы на Запад



загрузка...

Раскинувшимся на два континента было наследие сына Селима I – Сулеймана I (1520–1566 гг.).

За свои многочисленные военные победы и роскошь двора этот султан получил у европейцев имя Сулеймана Великолепного, а у собственных подданных – Сулеймана Законодателя. Сулейман I стремился расширить территорию империи не только на Востоке, но и в Европе.

1520 год – это был год поворотного момента в истории европейской цивилизации. Мрак позднего Средневековья с его отмиравшими феодальными институтами уступал место золотому свету Ренессанса. Под руководством юных суверенов, обладавших выдающимися индивидуальными способностями, набирали силу зрелые, цивилизованные государства. XVI век был веком Карла V и империи Габсбургов; Франциска I и дома Валуа во Франции; Генриха VIII и Тюдоров в Англии. Эти могущественные монархи в лице султана Сулеймана I увидели равного себе.

Безусловно, опасность со стороны турков для Европы постоянно присутствовала, однако в это время самое ярое противостояние было между Карлом V и Франциском I, и Сулейман эту вражду очень мудро использовал.

Итак, когда Карл V стал императором Священной Римской империи, он был всенародно провозглашен защитником христианства. Имперские владения Карла, благодаря сочетанию благоразумных браков и удачных смертей, простирались от Балтики до Средиземного моря, от Нидерландов, через Германию и Австрию, до Испании. Они включали также королевства Неаполя и Сицилии и опорные пункты в Мексике и Перу. На полученных им в наследство австрийских землях по ту сторону Альп Карл столкнулся с реальной угрозой со стороны турок-османов, которая теперь, при Сулеймане, возросла.

Франциск I, соперник Карла V, потерпел поражение на выборах претендента на мантию императора Священной Римской империи. Честолюбивой мечтой Карла было объединить в Священную Римскую империю весь мир западного христианства под властью Габсбургов. Препятствием на пути осуществления мечты о завоевании всей Европы была Франция, отделявшая его германские владения от его владений в Испании, препятствовавшая реализации его замыслов в Северной Италии, где два монарха были вовлечены в непрекращающиеся пограничные споры, и представлявшая угрозу морским коммуникациям, от которых зависели его военная безопасность и процветание торговли. Таков был конфликт, разделявший две главные христианские державы, который часто из «неверного» общего врага делал потенциального и желанного союзника.

Франциск вначале был проповедником великого крестового похода против турок, но вскоре стал искать поддержки в лице султана в своей борьбе против Карла.

Сулейман в нескольких случаях субсидировал его, послав ему в 1533 г. сумму в сто тысяч золотых, чтобы помочь создать коалицию против Карла V. Двумя годами позже Франциск потребовал субсидию в миллион дукатов. Венецианскому послу он заметил, что видит в Османской империи единственную силу, гарантирующую существование европейских государств в противовес императору – Габсбургу.

Когда Карл обвинил Франциска в промусульманских симпатиях, тот открыто пообещал присоединиться к крестовому походу, а затем пытался оправдаться через своего посланника в Стамбуле. Султан, который отлично понимал потребность французов в турках в качестве союзников, в конце концов сам пришел к тому, что стал полагаться на этот союз как на существенный элемент структуры своей внешней политики. Одним словом, Сулейману в Европе XVI в. была отведена роль балансира, что усиливало в дипломатическом и военном отношении мощь и престиж Османской империи.

Сулейман стремился с помощью имперских завоеваний достичь на Западе того же, чего его отцу, Селиму, удалось добиться на Востоке. Подобно Александру Македонскому, Сулейман вынашивал честолюбивую идею объединения земель и народов Востока и Запада, поэтому он был полон решимости встретиться лицом к лицу с императором Карлом и затмить его как «Повелителя Века».

Но прежде своей целью он сделал завоевание Венгрии, с конца XV в. подвергавшейся опустошительным турецким набегам. Удача этого похода могла открыть туркам дорогу для дальнейших завоеваний в Центральной Европе. Кроме того, покорение Венгрии позволило бы Сулейману I установить контроль над Дунаем – важнейшей торговой магистралью в Европе.

Весной 1521 г. Сулейман I выступил на север, якобы с целью покарать венгров за ранее проявленное неуважение. Он взял штурмом Шабац, а затем осадил Белград (входивший в состав Венгерского королевства); маленький гарнизон защищался доблестно, но в конце концов капитулировал. После взятия Белграда Сулейман на некоторое время приостановил военные операции в Венгрии, направив военно-морскую экспедицию – 300 судов с десятитысячным десантом – на остров Родос: военные корабли родосских рыцарей часто нападали на турецкие суда на путях, соединявших Стамбул с владениями османов в Аравии.

Напомним, что остров Родос – это был надежно укрепленный аванпост христианства. Его рыцари-госпитальеры из ордена святого Иоанна Иерусалимского, умелые и грозные мореходы и воины, печально известные туркам как «профессиональные головорезы и пираты», теперь постоянно угрожали торговле турок с Александрией; перехватывали турецкие грузовые суда, везущие лесоматериалы и другие грузы в Египет, и пилигримов по пути в Мекку через Суэц; препятствовали операциям собственных корсаров султана; поддержали восстание против турецких властей в Сирии.

Таким образом, Сулейман во что бы то ни стало решил захватить Родос. С этой целью он направил на юг армаду из почти четырех сотен кораблей, тогда как сам повел армию в сто тысяч человек по суше через Малую Азию к месту на побережье напротив острова.

В Восточном Средиземноморье это была самая мощная крепость по состоянию на тот момент. Родос представлял собой крепость нового типа – с бастионами, широким рвом, гласисом и (на некоторых участках) двойными внутренними стенами. Порт защищали мощные башенные форты, возведенные по сторонам входа в гавань, который блокировался, кроме того, еще и массивными бронзовыми цепями. Под командованием великого магистра ордена Филиппа Вилье де Лиль Адама находились 700 рыцарей, а также шеститысячная вспомогательная армия, набранная из местного населения, в состав которой входили и кавалеристы, и моряки, и копейщики, и аркебузиры. Немало было и артиллерии, причем расставленной в стратегически важных местах.

В июне 1552 г. турки высадились на острове. При захвате плацдарма турки практически не встретили сопротивления. Османская армия, достигавшая численностью почти ста тысяч человек, состояла из опытных профессиональных солдат и включала в состав превосходный инженерный корпус, которому придавалась мощная осадная артиллерия.

Осада крепости была длительной, кровопролитной, с большими потерями для обеих сторон.

В начале декабря Сулейман I, осознавая, с какими трудностями приходится сталкиваться защитникам, и видя огромные потери в собственных войсках, предложил госпитальерам почетные условия сдачи, гарантируя местному населению разрешение покинуть остров или остаться и что никаких репрессий по конфессиональному признаку проводиться не будет. Однако переговоры были сорваны, и боевые действия возобновились.

Мысль о продолжении столь кровопролитных уличных боев большого энтузиазма у Сулеймана I не вызывала, и 20 декабря был произведен обмен пленными; турки покинули захваченный в городе плацдарм и отвели войска на полтора километра от стен. Вел переговоры и держал слово Сулейман I безукоризненно. Однако переговоры ни к чему не привели, и к концу 1522 г. османы захватили остров Родос.

Для христианского мира главная трагедия заключалась в том, что, очевидно, удерживать Родос можно было бы бесконечно долго, если б удалось наладить доставку рыцарям подкреплений и припасов. Такую помощь могли бы оказать, скажем, Венеция или Испания. Вероятно, именно искреннее раскаяние побудило впоследствии Карла V предоставить госпитальерам Триполи, а потом остров Мальту, где они заново возводили крепости.

Ничто теперь не представляло серьезной угрозы для турецких военно-морских сил в Эгейском море и в Восточном Средиземноморье.

После двух успешных кампаний, утвердивших превосходство османов в Европе, молодой Сулейман решил года три не предпринимать крупных военных походов, дабы усовершенствовать административное устройство государства и укрепить мощь своей армии.

Однако, изнывая от бездействия, пребывая в состоянии относительной праздности, янычары приобретали свойства угрожающей массы, которая весной 1525 г. вылилась в мятеж, жестоко подавленный с помощью казни большой части офицеров; солдаты же были успокоены денежными субсидиями, перспективой военной кампании на следующий год.

Сулейман в целях восстановления порядка зачастую использовал своего великого визиря Ибрагима-пашу. Это была довольно интересная личность, и отношения между султаном и визирем были доверительными. Остановимся на этом более подробно.

Ибрагим-паша – одна из могущественных фигур периода правления Сулеймана I. По происхождению он был греком из христиан. С Сулейманом они были одногодки. Ребенком его захватили в плен турки и продали в рабство, причем в хороший дом, где он получил образование и научился играть на музыкальных инструментах. Будучи наследником трона, с ним встретился Сулейман и, пораженный его глубокими научными познаниями, приблизил к себе, сделал Ибрагима личным пажом, затем поверенным лицом и, наконец, близким фаворитом. Его восхождение к власти было настолько стремительным, что вызывало у самого Ибрагима некоторую тревогу. В самые горячие, взрывоопасные точки Сулейман всегда направлял Ибрагима. Так, в 1523–1525 гг. именно Ибрагим подавлял восстание в Египте.

Что касается мятежа янычар, возможно, Ибрагим, а может быть, поражение и пленение Франциска I императором Габсбургом ускорили решение Сулеймана осуществить поход в Венгрию.

Со времен падения Белграда пограничные стычки турок и венгров непрерывно происходили с переменным успехом.

Весной 1526 г. Сулейман из Стамбула выступил в свой поход на запад с армией, насчитывающей около 100 тыс. человек, из них приблизительно половину составляло ядро из регулярных войск, включавших пехоту (янычар), кавалерию (сипахов) – либо из наемных солдат, либо владельцев наделов и артиллерию; остальную часть составляло нерегулярное вой ско, также включавшее пехоту (азанов) и кавалерию (акынджи) – неоплачиваемое, но живущее за счет военной добычи войско.

Король Венгрии Людвиг (или Лайош) II осознавал, какая опасность угрожает его государству, но призывы о помощи к другим европейским державам остались безответными. Людвиг II, собирая армию, медлил, но зато получил дополнительные две недели, пока турки осаждали Петерварден. Собирая войска, Людвиг II двинулся на юг, к Мохачу, где его армия выросла до 25 тыс. человек (12 тыс. – кавалерия, 13 тыс. – пехота). В этот момент пошли слухи, что Сулейман I ведет трехсоттысячную армию, которые поколебали решимость Людвига II и части его советников. Но опытный воин, архиепископ Томори, правильно оценивший численность турецкой армии, сумел убедить короля не идти на попятный.

В конце августа 1526 г. Сулейман I с юга подошел к Мохачской равнине. Высланный им на разведку отряд легкой кавалерии обнаружил, что венгерская армия выстроена боевым порядком в центре равнины к юго-западу от Мохача. Рельеф местности являлся идеальным для кавалерийского сражения – основу же обеих армий составляла именно конница.

Битва при Мохаче (29 августа 1526 г.) была выиграна турками примерно за полтора часа. Венгерские потери были огромными: 10 тыс. пехотинцев и 5 тыс. кавалеристов. Те немногие, кто попали в плен к туркам, были обезглавлены. Король Людвиг II, архиепископ Томори и большинство венгерских вождей погибли. Спасающиеся бегством осколки венгерской армии, оставшись без руководства, просто рассеялись. Турецкие потери неизвестны, однако, вероятно, они были не меньше венгерских. Сулейман I три дня никуда не двигался от Мохача и переформировывал армию.

Победа у Мохача открыла туркам путь к столице Венгрии. Через две недели после этого сражения султан Сулейман вступил в Буду: город сдался без боя.

Больше никакого противодействия Сулейману I не оказывалось. Решив не аннексировать Венгрию, султан возвел на трон королевства главу трансильванской знати Яноша Запольяи, который не воевал при Мохаче, и заставил выплачивать дань Османской империи. Затем турецкая армия двинулась в обратный путь, уводя с собой десятки тысяч пленных. В обозе находились ценности из дворца венгерского короля, в их числе богатейшая библиотека. Венгрия была буквально опустошена. Людские потери – огромны: страна лишилась примерно 200 тыс. человек, т. е. почти десятой части своего населения.

С турецкой помощью Янош Запольяи подчинил почти всю Венгрию, кроме узкой полоски земли на севере и западе, остававшейся под властью Фердинанда Габсбурга (шурина Людвига II, брата Карла V и будущего императора Священной Римской империи).

Когда армия Сулеймана I ушла из страны, в ней вспыхнула борьба за власть. Этим воспользовалась Австрия и вторглась в Венгрию. Король Янош Запольяи перед угрозой австрийского завоевания обратился за помощью к туркам. Вскоре эрцгерцог Австрийский Фердинанд I захватил Буду, но Сулейман I смог выступить на помощь королю лишь в сентябре 1529 г. Турецкая армия заняла Буду и восстановила на венгерском троне Запольяи. Затем Сулейман I двинулся на Вену. Штурм Вены закончился неудачей: после полуторамесячных титанических усилий взять город султан, в преддверии зимы, снял осаду.

Таким образом, сердце христианской Европы не было отдано в руки турок, и Сулейман I потерпел первое поражение.

В 1533 г. Сулейман I предпринял второй поход на Вену, но был остановлен армией Карла V. Двадцать третьего июля 1533 г. в Стамбуле состоялось подписание мирного австро-турецкого договора, по которому Венгрия оставалась данницей Турции, но часть ее отходила к Австрии. На Карла V договор не распространялся; Священная Римская империя продолжала воевать с турками на Средиземноморье. Так началась эпоха длительного военного противостояния Турции с государствами Европы.

Сулейман теперь понимал, что в Центральной Европе находится город, вести военные кампании за который невыгодно. Вена в контексте военных событий века была, в сущности, вне досягаемости султана, находившегося в Стамбуле.

Однако страх Европы перед турецкой опасностью постоянно присутствовал. Здесь не было варварских орд из азиатских степей, здесь была высокоорганизованная, современная армия, с подобной на Западе в этом веке еще не сталкивались.

Имея за собой такую сплоченную силу, Османская империя теперь более, чем когда-либо, была влиятельной в делах Запада державой.


<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 16545


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы