Перерастание Ламшонского восстания в общенациональную войну. Победоносное завершение освобождения страны. Коллектив авторов.История Вьетнама.

Коллектив авторов.   История Вьетнама



Перерастание Ламшонского восстания в общенациональную войну. Победоносное завершение освобождения страны



загрузка...

Оккупационная армия после целого ряда поражений стала переходить к обороне, ожидая подкреплений. Минский двор послал ей на помощь из Китая 50-тысячный корпус под командованием Ван Туна. Пользуясь замешательством противника и тем, что подкрепление еще не подоспело, командование повстанческой армии развернуло крупное наступление на северные районы страны. В сентябре 1426 г. три соединения повстанцев, общим числом около 10 тыс. человек, получили приказ глубоко вклиниться в оккупированные противником территории и с помощью населения расширить освобожденные районы, вынудить неприятеля занять пассивную оборону.

Наступление быстро переросло в широкое народное восстание. Местное население повсюду поднималось на борьбу, внося свой вклад в великую национальную войну сопротивления, вступая в ряды повстанцев, обеспечивая военные действия, поставляя продовольствие, участвуя в военных операциях совместно с повстанческой армией.

В народе до сих пор сохранилось немало преданий о героической войне сопротивления против Минов, в том числе и о подвигах женщин. Так, известна некая торговка напитками из семьи Лыонг в г. Колонг (пров. Намха), истребившая множество вражеских солдат, которые останавливались в ее лавке. За свою патриотическую деятельность она получила от Ле Лоя титул «защитница государства», а после смерти в ее честь воздвигли часовню у нее в деревне. Поэт XV в. Ле Тунг так воспел эту героиню:

О великая мужественная женщина!
Твоя воля крепка, как скала.
В истории нашей страны
Твои подвиги сравнимы лишь с делами сестер Чынг.
В честь твою строят пагоды и храмы,
Твоя слава будет жить в веках.


Певица из Тьенлы (пров. Хайхынг) по имени Хюе искусно завлекала в ловушку вражеских солдат, когда они прибывали на постой в ее родное село, в память о подвигах, совершенных этой актрисой из народа, односельчане назвали деревню, в которой жила девушка, «А-дао» («Певица») и впоследствии построили часовню в память о ней.

Вязальщица сетей на р. Дай, не страшась опасностей, перевозила через реку повстанцев, отправлявшихся на борьбу с врагом. Жители деревни Нянхюе (пров. Хатэй) тоже стали поклоняться памяти этой патриотки из народа как фее-хранительнице села.

Куда бы ни приходила повстанческая армия, «земле было тесно от людей, что шли следом, улицы были полны угощений и вина», «чем дольше она сражалась, тем больше было побед, где бы она ни появлялась, в пух и прах разбивала врага» (Нгуен Чай). Народная война смела всю систему органов власти оккупантов. Пределы их господства все больше сужались, ограничиваясь крепостями и прилегающими к ним районами. Даже их резиденция в крепости Донгкуан тоже была под угрозой нападения.

Оккупанты вынуждены были перейти к пассивной обороне, а в конце октября 1426 г. начали сосредоточивать силы для защиты Донгкуана. в этой крепости укрылась часть войск, бежавших из Нгеана морем. Сюда же в начале ноября из Китая прибыл 50-тысячный корпус подкрепления под командованием Ван Туна. Численность неприятельских войск в Донгкуане возросла до 100 тыс. человек22*. Ван Тун, опираясь на численное преимущество, решил начать крупную операцию с целью расчистить от повстанческой армии окрестности Донгкуана, перехватить стратегическую инициативу и изменить положение на фронтах в свою пользу. Позиции повстанческой армии, руководимой Фам Ван Сао, Ли Чьеном, Динь Ле, Нгуен Си и другими военачальниками, были расположены южнее и юго-западнее Донгкуана. Намного уступая противнику по численности, она повела решительную борьбу, чтобы сорвать наступление Ван Туна, в ходе знаменитого сражения при Тотдонге-Тюкдонге, длившегося трое суток подряд (с 5 по 7 ноября 1426 г.), вьетнамские войска нанесли полное поражение армии Ван Туна. Свыше 60 тыс. вражеских солдат23* было уничтожено, такие видные военачальники противника, как Чэн Ся, Ли Лян, погибли, а сам командующий Ван Тун — ранен.

Битва при Тотдонге была Сметающим все на своем лути ураганом.
Чэн Ся, Ли Лян рухнули
Как падают тигры в яму-ловушку.
Ван Тун, Мa Ци прыгали какрыбы «а сковородке.

(Нгуен Чаи. «Песнь о горе Тилинь»)


После поражения при Тотдонге-Тюкдонге противник ушел в еще более глубокую оборону, а вьетнамская армия, развивая успех, развернула наступление на всех фронтах. Донгкуан и все другие крепости, еще удерживаемые врагом, были окружены и подвергались непрерывным атакам. Перепуганный Ваи Тун тайно слал гонцов в Китай, взывая о помощи, и в то же время просил вьетнамскую сторону пойти на мирные переговоры, добиваясь передышки. Повстанцы согласились их начать, не прекращая военных действий. Всю ответственность за эту сложную борьбу от имени Ле Лоя взял на себя Нгуен Чай. Из-за упрямства и коварства китайцев переговоры вначале не принесли никаких результатов. В то время как оккупанты продолжали удерживать ряд укрепленных пунктов, минский двор пытался затянуть войну, приказав перебросить во Вьетнам 250-тысячную армию в качестве подкрепления, в этой (постановке командование повстанческой армии решило проводить курс на продолжение переговоров, чтобы с их помощью разоблачить несправедливость притязаний противника, доказать неизбежность его поражения и в то же время предоставить династии Мин выход из создавшегося положения. Вместе с тем вьетнамская армия усилила вооруженную борьбу, чтобы нанести противнику сокрушительный удар и заставить его отказаться от агрессивных замыслов.

Во время дипломатических переговоров с китайцами Нгуен Чай неизменно подчеркивал справедливый характер борьбы вьетнамского народа и неизбежность его победы, клеймил неправое дело, жестокость и упрямство оккупантов. Он глубоко проанализировал причины неминуемого поражения, которое ожидало противника.

«Сейчас перечислю вам шесть причин, обусловливающих ваше поражение: наводнения, разрушенные крепостные валы, нехватка продовольствия и фуража, падеж лошадей, болезни в армии,— говорил Нгуен Чай, обращаясь к китайской стороне.— Это— первая причина.

Теперь у всех горных проходов на границе стоят наши войска охранения и боевые слоны; если подойдет ваше подкрепление, то его непременно разобьют. А если разобьют подкрепление, всем вам уготовлен плен. Это — вторая причина.

В вашей стране все самые мощные войска и вся лучшая конница сейчас находятся на севере, чтобы обороняться от монголов, им не до южных пределов. Это — третья причина.

Вечно в сражениях, беспрерывно встречая сопротивление, ваши люди живут безрадостно, полны разочарования. Это — четвертая причина.

Чиновники-изменники у власти, слабый правитель на троне, междоусобная борьба, волнения при дворе марионеток. Это — пятая причина.

Мы подняли восстание, цели верхов и низов — едины, бойцы и командиры сражаются, показывая беспримерный героизм, их оружие становится все более разящим, они одновременно пашут и бьют врага; ваша же армия в осажденной крепости вся измотана, накануне гибели. Это — шестая причина вашего поражения»24*.

Вместе с тем Нгуен Чай предусмотрел и выход из положения для минской армии — подлинное мирное соглашение и вывод войск в Китай. Вьетнамская сторона была готова обеспечить неприятелю безопасное отступление и достойное обращение, чтобы не повредить престижу династии Мин: «Если хотите вернуть армию на родину, то мосты и дороги уже приведены в порядок, джонки и барки наготове, каким угодно путем — водным или сухопутным — можете в полной безопасности вести армию к границе. Мы же, исполняя долг ваших подданных, будем исправно присылать дань».

К этому времени большая часть страны была уже освобождена. Там начала создаваться новая система политической власти. Тыл укреплялся с каждым днем, становясь прочной базой для доведения войны до окончательной победы.

Силы вьетнамцев выросли как численно, так и качественно, в достатке обеспечили себя оружием. Повстанческая армия продолжала осаждать Донгкуан и другие крепости, оставшиеся в глубоком тылу (такие, как Нгеан, Зьентяу, Тэйдо, Колонг, Тилинь и др.). Что же касается крепостей, лежавших на пути следования вражеских подкреплений из Юннани и Гуанси к Донгкуану (Дьеузьеу, Тхикау, Сыонгзянг, Кхауон, Тамзянг и др.), то повстанцы решили овладеть ими до подхода войск минского двора. В это время в стане противника особенно усилилась агитационная работа, проводившаяся с целью нейтрализации сил неприятеля. Нгуен Чай непосредственно занимался пропагандой среди вражеских солдат и делал это мудро и весьма эффективно.

Нгуен Чай обличал и клеймил особо упорствующих, воинственно настроенных китайских военачальников — таких, как Фан Чжэн:

Тебе сообщаю, злюдей Фан Чжэн:
Назначение полководца заключается, в гуманности и справедливости.
В помощь этому дается разум и смелость.
А твоя клика только тем и занимается, что обманывает и
Убивает невинных людей,
Которых безжалостно толкает на смерть.
Такое небо и земля не прощают.
И бог и люди — вое в гневе, поэтому В пяти походах подряд у вас что ни бой, то поражение25*.


Вместе с тем Нгуен Чай упорно и терпеливо убеждал солдат противника, взывая к их совести, доказывая справедливость дела вьетнамского народа. Особое внимание он уделял вьетнамским солдатам и чиновникам, состоявшим на службе у китайцев. Нгуен Чай стремился пробудить в них патриотические чувства, любовь к ближним, призывая их вовремя одуматься, чтобы спасти себя, свой очаг и отечество, в одной из прокламаций он писал: «в древности люди говорили: "Ворон, где бы он ни летал, возвращается на свою родину, лиса, умирая, ложится головой к горе". Если уж звери так поступают, что же говорить о человеке! Вы все из народа Тэй Вьет, род у вас цивилизованный. Поскольку дом Хо деградировал, а враги Нго83 вели себя нагло, одних из вас заставили работать во вражеском стане, других принудительно назначили на административные посты. Это вынужденное положение, и оно вовсе не исходит от вашей души... Если вы сумеете исправиться и откажетесь делать зло во имя добра, либо оставаясь в тылу врага, чтобы помогать нам, либо переходя на нашу сторону, то тем самым вы не только смогли бы смыть свой прежний позор, но потом мы смогли бы еще и оценить ваши заслуги... Если же вы все еще цепляетесь за вражеские чины, сопротивляетесь нашим королевским войскам, то, когда мы возьмем крепость, ваша вина безусловно будет более тяжкой, чем вина врагов Нго»26*.

В результате военных действий в сочетании с пропагандистской работой среди войск противника гарнизоны в крепостях Нге-ан, Зьентяу, Тамзянг, Дьеузьеу, Тхикау и других один за другим сдались. Только в крепостях Кхауон и Сыонгзянг неприятель упорно сопротивлялся, но был уничтожен до того, как подоспело подкрепление.

Битва в районе Тиланг-Сыонгзянг. в октябре 1427 г. к вьетнамским границам подошло вражеское подкрепление, разбившееся на две армии. Первая армия в количестве 100 тыс. солдат под командованием Лю Шэна двигалась из Гуанси. Вторая армия под командованием Му Цина в количестве 50 тыс. человек шла из Юннани27*. Вьетнамцы тщательно подготовились к встрече неприятеля. Часть повстанческой армии продолжала осаду Донг-куана и других крепостей, другая — выступила вперед, чтобы задержать армию Му Цина. Но большая часть сил повстанцев сосредоточилась в районе Тиланга-Сыонгзянга, намереваясь уничтожить главную армию Минов, руководимую Лю Шэном.

8 октября армия Лю Шэна пересекла границу и вошла в Ланг-шон. Вьетнамские отряды вступили в бой и, отступая, стали заманивать противника в засаду, устроенную в ущелье Тиланг (Лангшон).

Тиланг — важный в стратегическом отношении горный перевал, лежащий на дороге из Лангшона в Донгкуан. Это небольшая долина, длиной примерно 4 км, шириной около 1 км, ограниченная с запада цепью отвесных известняковых скал, а с востока — лесистыми горами. Посреди это; о ущелья расположены пять холмов и заболоченные низины. Долина Тиланг не раз была местом победоносных сражений против сунских и юаньских захватчиков. Однако прославилась она в историй вьетнамского народа военными подвигами ламшонской повстанческой армии в конце 1427 г. Вьетнамские войска устроили засаду в самом ущелье и на дороге, ведущей к нему.

Имея 100-тысячную армию, Лю Шэн вел себя высокомерно и крайне неосторожно. На подходе к ущелью он находился во главе конного отряда, который двигался в авангарде. 10 октября весь авангард противника попал в засаду и был полностью ликвидирован. Лю Шэн был обезглавлен у горы Майен. Пораженную внезапным ударом вражескую армию охватила паника, ее ряды пришли в смятение. Вьетнамские войска, продолжая победоносное наступление, уничтожили выше 10 тыс. вражеских солдат.

В боях при Тиланге активно участвовали отряды народного ополчения из местного населения, плечом к плечу сражавшиеся с повстанцами Ламшона. Особенно отличился отряд ополченцев из района Тиланг под руководством Ли Хюе.

Придя в себя, армия противника перестроила боевые порядки и двинулась в сторону Донгкуана. Командование взял Лян Мин — заместитель главнокомандующего. 15 октября противник вновь был атакован в Канчаме (пров. Хабак). в этом бою Лян Мин был убит вместе с десятками тысяч солдат. Генералы Сюй Ю и Ли Цин, руководя остатками китайской армии, стали пробиваться к крепости Сыонгзянг, думая, что она еще находится в руках минского гарнизона. Каждый шаг обходился китайцам очень дорого, ибо везде их ждали засады и ловушки. 18 октября Ли Цин в страхе покончил с собой.

Лишь подойдя к крепости Сыонгзянг, противник узнал, что она взята вьетнамскими войсками за 10 дней до того, как он пересек границу, и стал укрепленным бастионом, стоящим у него на пути. Вражеская армия, находясь в паническом состоянии, была вынуждена разбить лагерь посреди долины Сыонгзянг. Вьетнамские отряды, получив подкрепление, стали ее окружать. Кольцо окружения неумолимо стягивалось. 3 ноября войска вьетнамцев начали генеральное наступление и полностью уничтожили вражескую армию. Был взят в плен весь командный состав армии Противника28*, захвачено огромное количество оружия, снаряжения и продовольствия.

За неполный месяц боев в районе Тиланга-Сыонгзянга была целиком ликвидирована 100-тысячная армия, присланная на выручку китайских войск, находившихся во Вьетнаме. Это была блестящая военная операция, которая прошла как серия непрерывных атак с творческим использованием боевых приемов военной тактики, заключающихся в умении «с помощью малого одолеть большое». Вьетнамские воины дрались с несравненным мужеством и боевым задором, о чем Нгуен Чай говорил таким образом:

Забили мы в барабаны — акулы и крокодилы скрылись в глубине вод,
Еще раз ударили — птицы разлетелись в небесной вышине.
Мы действовали как вихрь, что гонит сухие листья,
Как муравьи, что роями подтачивают дамбу84.

(«Великое воззвание по случаю умиротворения китайцев»)


Победа в районе Тиланга-Сыонгзянга имела решающее значение в войне за национальное освобождение. Узнав о том, что войска Лю Шэиа разбиты, армия Му Цина, укрепившаяся в пограничном районе, поспешно обратилась в бегство. Однако вьетнамские отряды преследования уничтожили свыше 20 тыс. ее солдат и взяли в плен около 1 тыс. Гибель двух армий подкрепления привела Ван Туна в отчаяние; он обратился к вьетнамской стороне с просьбой о капитуляции и о разрешении вернуть сваи войска на родину.

16 декабря 1427 г. в Донгкуане состоялась церемония капитуляции. Ван Тун передал представителям повстанческой армии во главе с Ле Лоем прошение о выводе войск («Бай ван хой тхе»). Он вынужден был взять на себя обязательство о немедленном возвращении своей армии в Китай.

«Если вероломно, вопреки клятве, не выполню договор о немедленном выводе войск,— говорилось в прошении,— а буду медлить в ожидании подкрепления; или, прибыв ко двору, буду там докладывать не по совести, говорить неправду; или разрешу нашим чиновникам и войскам по пути грабить население, то пусть Небо и Земля вместе с божествами этих мест уничтожат меня и всех моих домашних и родственников, а из моих чиновников и солдат пусть ни один не вернется домой».

Благодаря победе в войне сопротивления народ Вьетнама окончательно сорвал агрессивные намерения китайской стороны, заставив ее заключить соглашение о выводе войск.

Командование повстанческой армии во главе с Ле Лоем и Нгуен Чаем не только позволило вражеской армии благополучно вернуться на родину, но и снабдило их на дорогу продовольствием и необходимыми средствами передвижения. Это было, как сказал Нгуен Чай, тщательно продуманное окончание войны, при котором сохранялся и престиж Минской династии, и демонстрировалось глубокое стремление вьетнамского народа к миру, его безграничная гуманность:

«Придя не как карающие боги войны, мы преисполнены благородства и любви ко всему живому. Думая о будущем нашей страны на долгие годы, мы отпустили сотни тысяч офицеров и солдат противника. Надо наладить мирные отношения между обеими странами, погасить навеки огонь войны» («Песнь о горе Тилинь»), 29 декабря 1427 г. китайские войска начали возвращаться на родину. 3 января 1428 г. последний вражеский солдат покинул пределы Вьетнама.




22*Đại Việt sà kỷ toàn thư; Lam-so-n thực lạc; по «Хуан Мин ши лу», вспомогательный корпус Ван Туна имел в своем составе 29 тыс. солдат, не считая носилыциков.
23*В исторических хрониках династии Мин, таких, как «Мин ши», «Мин ши цзи ши бэнь мо», тоже признается, что армия Мин «потерпела крупное поражение, была рассеяна и понесла потери в количестве 20—30 тыс. человек».
24*Nguyễn Trãi. Toàn tập..., с. 119.
25*Там же, с. 93.
26*Там же, с. 111—112.
27*По Đạl Việt sử kỷ toàn thư (кн. 10, с. 39b), численность обеих армий подкрепления составляла 150 тыс. солдат и 30 тыс. лошадей. По «Хуан Мин ши лу», численность войск подкрепления составляла более 111 $ тыс. солдат, не считая сил обеспечения.
28*По «Хуан Мин ШИ лу», только военачальнику Фан Хоу удалось избежать смерти -и возвратиться на родину. Он был единственным из всей армии подкрепления Лю Шэна, кому удалось спастись.


83Нго — уничижительное наименование китайцев.
84Муравьи и сильный ветер — символы вьетнамской армии: незаметны, как муравьи, стремительны, как буря.
<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 2627


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы