На берегах голубого Дуная. Надежда Ионина.100 великих замков.

Надежда Ионина.   100 великих замков



На берегах голубого Дуная



загрузка...

Дунай, воспетый Иоганном Штраусом, представляется нам голубой полноводной рекой, спокойно несущей свои воды среди отрогов Венского Леса. Тесно обступают Дунай горы, на тихих и пустынных берегах его царит тишина, как, например, в ущелье Казане, где слышен лишь шум реки. Но далеко не на всем своем протяжении она спокойная и голубая. Иногда сжатый кручами скалистых гор Дунай сердито бросает волны навстречу судам, которые с трудом преодолевают их напор.

Дунай на судне не принято называть рекой: Дунай – это Дунай, и люди, занятые на дунайском транспорте, – не речники, а моряки. Плавание по нему заграничное, как на море, и глубины здесь не по речному большие: они позволяют и морским кораблям подниматься по Дунаю высоко вверх. А о трудностях плавания и говорить не приходится, ведь иногда Дунай просыпается таким хмурым и озабоченным, что даже солнечные лучи его не радуют.

На мраморе римских алтарей бог Дунай изображался гневным и насупленным старцем в длинных одеждах, развевающихся на резком ветру. Нетрудно представить, как истово возносили молитву такому богу! Но не раз люди пытались и поспорить с ним: тысячи рабов по повелению Цезаря высекали углубления в русле, в заводях и там, где помельче, чтобы построить удобные для судов каналы.

Волны Дуная знают немало языков: они слышат речи венгров и чехов, болгар и румын, народов Югославии и многие другие. Донау и Дуна, Дунав и Дунэря – каждый народ по-своему называет эту вторую по величине реку Европы. Тому, кто умеет слушать его волны, Дунай расскажет о многом.

Река-граница не сулила спокойствия, и на берегах ее мало кто надолго строил прочный домашний очаг. Зато испокон веков вырастали здесь крепости и воинские лагеря, сначала римские, потом турецкие и австрийские. Затем и они сметались историей, оставив на необъятных просторах горных берегов зубчатые стены и башни, воздвигнутые людьми.

В 513 году до нашей эры персидский царь Дарий I Гистап предпринял поход против жителей Придунайского края, но, потеряв множество своих солдат, позорно бежал. Недалеко от современного села Новосельское, расположенного за озером Ялцух, стоит курган, на котором по преданию находилась ставка царя Дария. Здесь он принимал послов от скифского вождя Иданфирса, вручивших ему ультиматум с требованием покинуть придунайские степи.

В 334 году до нашей эры попытку Дария повторил знаменитый полководец древности Александр Македонский. Он переправился на левый берег Дуная, разорил прибрежные поселения, но закрепиться здесь не смог и ушел со своим войском на Балканы. А в Килие, в память о своем пребывании, поставил памятник богу Зевсу.

В I веке римский император Тиберий построил на правом берегу Дуная дорогу через Катарактскую теснину, но важное стратегическое значение она получила позже, когда император Траян продолжил ее дальше. У входа в Казаны, на отвесной скалистой стене, находится хорошо сохранившаяся памятная доска императора Траяна (103 г.).

Одним из многочисленных укрепленных пунктов римлян на правом берегу Дуная была крепость Ятрус, письменные источники о которой скудны и весьма отрывочны. Самое раннее упоминание о ней встречается во второй половине II века и первой половине III века, когда крепость находилась под командованием дукса провинции Вторая Мезия и в ней размещался гарнизон конников-щитоносцев. Последующие события неизвестны историкам, но в VI веке император Юстиниан «возобновил новой стройкой пострадавшие части так называемых укреплений Ятрус и Тигас». В VIII веке Ятрус в письменных источниках не упоминался, так как уже был разрушен аварами и, вероятно, славянами.

Впоследствии «Городище» у села Кривина (так местные жители называют развалины Ятруса) служило карьером, откуда брали камень для сельских построек и даже для возведения пристани в городе Свиштов на Дунае. Более всего при этом пострадали крепостные стены, сложенные из хорошо обтесанных квадров. Ни в юго-западной, ни в юго-восточной стене ворот не было, но при раскопках из юго-западной стены был вынут надгробный памятник с рельефными изображениями членов семьи (отец, мать, сын и дочь) и с латинской надписью. Из развалин Ятруса происходит также мраморная голова мужчины…

Наиболее опасным для судоходства является на Дунае вход в Катаракты – участок в три километра длиной, так называемые «Железные ворота». Это название связано с временем, когда турки решили закрыть доступ к Катарактам и перегородили русло руки в этом месте железными цепями. Здесь, около Трансильванских Альп, равнина неожиданно кончается, и Дунай вынужден пробивать себе дорогу через южные отроги гор, образуя свое самое великолепное ущелье. Берега его вдруг поднимаются на 100метровую высоту, а посреди реки торчит над бурунами каменный зуб, похожий на остаток расколовшейся башни. На самом деле это природная скала Бабакай, напоминающая судам, что надо быть начеку…

На отвесных скалах, на противоположных берегах Дуная, виднеются развалины двух крепостей, которые когда-то закрывали вход в долину. Крепость Голубац построил сербский князь Бранкович, Ласловар – король Зигмунд, но со временем здесь обосновались захватившие их турки. Голубац, что по-русски значит «голубятня», – одна из самых красивых и наиболее хорошо сохранившихся крепостей средневековой Сербии. Она известна еще и тем, что в ее пещерах обитали ядовитые мухи, очень опасные для животных. Старинная легенда рассказывает, что

в одной из крепостей жила молодая, красивая турчанка, которая покинула своего господина и перешла к владельцу крепости на противоположном берегу реки. Такого обмана и обиды со стороны гаремной наложницы разъяренный ага вынести не мог и успокоился только тогда, когда изменница вновь оказалась в его руках. Он приковал ее к скале Бабакай, чтобы она, умирая с голода, покаялась («бабакай» в переводе с турецкого «каяться»). Но прекрасная турчанка была освобождена, а ревнивый ага впоследствии погиб в одном из боев с христианами.

Прямо из воды дунайской рождается остров Ада-Кале, как будто бы созданный театральным художником. Тут и мечеть возвышается над киноварью черепицы и над яблоневой чащей; и переулок, неизвестно куда убегающий от замшелого лодочного причала; и ветхие, поросшие ивняком стены старинной крепости. Из нее ведут 7 подземных ходов (один под Дунаем), сохранились и остатки старинных казематов, в которых сейчас играют дети, поэтому крепость – совсем не грозная, а более похожая на доброго дедушку, который только притворяется сердитым.

Остров Ада-Кале вовсе не сказочный, здесь и поныне живут турки – мирные потомки прежних завоевателей: живут, работают на табачной фабрике, ловят рыбу и мастерски готовят рахат-лукум. В переводе с турецкого Ада-Кале означает «остров-крепость». Легенда рассказывает, что

первое поселение основал здесь бродячий дервиш Мишкин-баба. Был он беден, ходил в рваной одежде и опорках, а богат был одной только добротой и лаской к людям. Да так богат, что солнце светилось в его глазах! По всему свету искал Мишкин-баба место, укрытое от злобы, притеснений и жадности, и в конце концов выбрал остров меж пустынных дунайских берегов.

До 1912 года остров Ада-Кале принадлежал Турции, а сейчас – Румынии, а вот чья тут вода – определить трудно, так как здесь проходит граница Румынии и Югославии. На румынской стороне прячутся за отрогами гор крыши города Оршова, в окрестностях которого жил Геркулес, омывавшийся после своих подвигов в священных водах Дуная. На венгерском берегу стоит небольшой и тихий городок Мохач, земля которого в европейской истории три раза становилась ареной кровопролитных боев: дважды с турецкими янычарами, а потом с гитлеровскими захватчиками в ХХ веке.

Пологим островом Сентэндре широкий Дунай разделился на два рукава, и трудно было найти место более удобное для переправы. Потому и скрещивались тут пути разных народов, потому и появилось тут торговое поселение. На южной окраине Сентэндре сохранились развалины древней Кастры Констанции – пограничной крепости римлян, которая долгое время ощетинивалась стрелами. В V веке крепость была разрушена гуннами, да и потом излучина Дуная переходила из рук в руки – кельты, римляне, гунны, германцы, авары, славяне, венгры…

В 1009 году, еще до появления Буды и Пешта, венгерский король Стефан I пожаловал селу название Сентэндре, не менявшееся с тех пор. В 1146 году королевским указом село было возведено в ранг города, через 100 лет у Дуная осадили своих коней монголы, и на месте Сентэндре осталось пепелище. Потом город отстроили, и он ничем не отличался от других венгерских городов, а в XIV веке сюда пришли первые сербские беженцы…

Протяженность Дуная в пределах Австрии – 350 километров. Сами австрийцы говорят: «Дунай течет не только через нашу территорию, но и через нашу историю». До сих пор стоят по обоим берегам реки замки и крепости: Кройценштайн – бывшая римская крепость «Кастеллум Пергум»; замок Перзенбойг, который упоминается еще в «Песне о Нибелунгах»; замки Шпильберг, Тиллисбург и многие другие.

Волны истории смели многих завоевателей, разрушили многие их замки и крепости. Все прошло, остался лишь Дунай – шумливый и грохочущий, журчащий и ревущий. Дунай, который издавна привлекал к себе своей красотой и дикостью, величием и коварством, холодом своих глубин и теплыми водами отмелей…


<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 2724


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы