Духи приходят к пигмеям. Николай Непомнящий.100 великих загадок Африки.

Николай Непомнящий.   100 великих загадок Африки



Духи приходят к пигмеям



загрузка...

В 2700 г. до н. э. повелитель Обоих Египтов фараон Нефрикаре отправил своего военачальника Хирхуфа в страну Актин; тот дошел до огромного леса к западу от Лунных гор и увидел там «маленьких людей, живших на деревьях, танцевавших и певших для своего бога». Хирхуф был настолько поражен увиденным, что срочно описал это зрелище и отправил в тот же час фараону гонца с папирусом.


Повелитель, коему к середине царствования порядком надоели стандартные придворные удовольствия, с тем же гонцом, одаренным тремя кольцами медной проволоки, немедленно отправил своему вельможе подробнейшую инструкцию по доставке одного чудо-карлика в столицу. Этот документ своей обстоятельностью способен вызвать зависть не у одного составители инструкций для ночных сторожей: «…Когда он будет спать, выбери доверенного человека, дабы спал с ним, и не менее десяти раз в ночь заходи в его палатку и смотри: все ли в порядке?


Профессор К.Мерфи с пигмеями. 1923 год


Когда он взойдет с тобой на корабль, назначь по одному человеку стоять с правого и левого бортов, дабы следить: не упал ли карлик в воду.

Божественная Светлость – говорю тебе: желаю видеть карлика больше, нежели урожай Синая и дерево Пунта».

Поучительная инструкция навеки осталась выбитой на фасаде Хирхуфовой гробницы в Саккаре, из чего можно заключить, что Хирхуф успешно провел мероприятие и доставил карлика пред очи владыки. И это, очевидно, явилось ярчайшим подвигом его жизни.

Так состоялось первое знакомство цивилизованного мира с неведомыми маленькими людьми, живущими в лесной чаще.

Встреча эта у египтян была не последней, потому что вскоре пришел с верховьев Нила и занял свое место в египетском пантеоне лесной бог – бородатый карлик Бэс. В его храме служили специально привозимые из страны Лунных гор маленькие люди. В Саккаре на рельефах царских могил V династии сохранились изображения человечков с выпуклым лбом: воздев руки к небу, они пляшут, широко раскрыв рты.

Греки узнали о таинственных лесных карликах от египтян. Очевидно, сведения эти были сильно преувеличены, или в данном случае, лучше сказать, преуменьшены. Во всяком случае, греки назвали карликов «пигмеями» – «пигмаиой», что означает «величиной с кулак». Видели ли греки их? Скорее всего нет. Это тем не менее не помешало им ввести пигмеев в свои легенды. Гомер, описывая в «Илиаде» битву между греками и троянцами, вспоминает пигмеев нижеследующим звучным стихом:

…С криком таким журавли пролетают под небом высоким,
Прочь убегая от грозной зимы и дождей бесконечных,
С криком несутся они к океановым быстрым течениям,
Смерть и погибель готовя мужам низкорослым – пигмеям,
В утреннем сумраке злую войну они с ними заводят.

Для Аристотеля тем не менее пигмеи – реально существующие люди, однако уже не лесные обитатели, а троглодиты, живущие в пещерах: «…жилища их так же малы, как и они сами, и находятся в земле».

Почему в земле? А вот почему.

Задолго до Гомера и Аристотеля герой древнегреческих мифов Геракл уже столкнулся с пигмеями и при обстоятельствах не самых для него приятных. Одолев сына Земли Антея, герой возлег опочить от подвигов. Тут-то из глубоких нор вылезли люди величиной с кулак, коварно подкрались к спящему Гераклу и пытались связать его. Пробудившийся Геракл сгреб нападавших могучей дланью, бросил в львиную шкуру, после чего след их затерялся.

Аристотель, хотя и опирался на реальные источники (в частности, во II томе «Истории» Геродот упоминает о карликах, живущих у истоков Нила), не избежал влияния мифа.

Ну, а после Аристотеля реальность существования маленьких людей подвергалась все большему сомнению. Они исчезли, как исчезла их страна у подножья Лунных гор. Исчезли сами Лунные горы. Затерялись истоки Нила.

Уже для римлян выражение «искать истоки Нила» было синонимом заведомо бессмысленного занятия. Путь в страну пигмеев был накрепко забыт, и известное изображение пигмеев на помпейской фреске вряд ли означает нечто большее, чем отголосок греческих легенд.

Последующие тысячелетия не принесли новых сведений о пигмеях, а энциклопедический XVIII в. напрочь отверг их вместе с циклопами, летающими гипербореями и людьми с песьими головами. Но в XIX в. путешественники, исследовавшие Африку, принесли в Европу рассказы туземцев о воинственных карликах, живущих в непроходимом лесу где-то у подножия Рувензори. Рассказы эти удивительным образом совпадали с преданиями древних источников.

И тогда снова начали искать пигмеев – «людей ростом с кулак».

В 60-х гг. XIX в. американский зоолог Поль Дю Шайю разыскивал в лесах Габона горилл. И он слышал от своих проводников рассказы о племенах карликов-охотников, которые добросовестно изложил в отчете об экспедиции.

Научная общественность с интересом восприняла рассказ о гориллах, но что касается карликов… Европейские коллеги подняли Дю Шайю на смех. «Больно уязвленный несправедливой и жестокой критикой, я вновь отправился во внутренние районы Габона», – пишет ученый.

Милях в ста пятидесяти от побережья в чаще леса от наткнулся на несколько очень маленьких хижин, таких маленьких, что трудно было принять их за человеческое жилье. Хижины, крытые листьями, были в метр вышиной. Дю Шайю решил было, что в глубине хижины восседает, как водится, деревянный божок с губами, густо вымазанными жиром. Но проводники ашанго утверждали, что это и есть жилище тех самых карликов-обонго, о которых они рассказывали.

«Держа перед собой связку разноцветных бус, – повествует Дю Шайю, – я медленно подошел к хижинам. Но наша предосторожность оказалась напрасной. Мы нашли в хижинах трех старых женщин и юношу, который не успел убежать. Я протянул им бусы. Одна из старух осмелела и принялась высмеивать мужчин за то, что они от нас убежали. Она сравнила их с пугливыми нченде – белками, которые пищат «ке-ке-ке», и стала весьма забавно передразнивать писк и движения белки, виляя своим маленьким телом».

Дю Шайю первым из ученых перешагнул порог мифа и увидел пигмеев такими, какие они есть в действительности.

Они не были с кулак величиной. Они не жили в земле.

Это были люди: бородатые мужчины ростом с десятилетнего мальчика, женщины – чуть поменьше и совсем крошечные дети. Дю Шайю записал, что кожа у них желтоватого цвета, значительно светлее, чем у высокорослых африканцев. В стране ашанго к пигмеям относились доброжелательно и даже чуть боязливо: смелые охотники, они не знали себе равных на лесной тропе. Добычу они обменивали в деревнях ашанго на бананы, просо, соль и калебасы. Вокруг своих стоянок пигмеи устраивали так много ловушек и западней, что ходить там было просто опасно. Они не жили подолгу на одном месте, меняя свою стоянку, как только редела вокруг дичь. Но они никогда не покидали пределы земель ашанго.

«Пигмеи похожи на наших цыган, – отмечал Дю Шайо, – они также отличаются от народа, среди которого живут, хотя уже давно не покидают пределов этой страны».

В 1870 г. немецкий географ из Риги Георг Швайнфурт предпринял путешествие в земли к западу от Лунных гор.

«…От Нубии до страны мангбетту (ныне область Восточного Заира и Руанды) – читаем мы в его дневнике, – меня повсюду сопровождали рассказы о пигмеях. Но я жил уже несколько дней при дворе короля мангбетту Мунзы, а все еще не видел ни одного пигмея. Мои носильщики говорили, что видели их много, но ни одного не могли привести с собою, так как пигмеи слишком робки. Наконец одного из них привели в наш лагерь. Я узнал потом, что имя этого народа акка; место обитание его должно было находиться между 1 и 2 градусом северной широты. Часть их подвластна Мунзе, который старался возвысить пышность своего двора тем, что поселил несколько пигмейских семейств вблизи себя.

Позднее я увидел целый полк акка, принадлежавших к войску наместника мангбетту, в первую минуту я принял их за толпу мальчиков. Самый высокий из них был меньше полутора метров росту…»

Швайнфурт составил первое научно достоверное описание пигмеев леса Итури.

Однако вслед за Швайнфуртом в верховья Нила и Конго прошел напористый американец, чье имя говорило читающей публике неизмеримо больше, чем научные титулы Дю Шайю и Швайнфурта.

Генри Мортон Стенли забирался туда, куда, по его словам, не отважился бы ступить сатана. Склонный, подобно многим журналистам прошлого, к безапелляционным суждениям, Стэнли, проходя через места, населенные пигмеями, немедленно разделил их на две расы, «не похожие одна на другую, как турок на жителя Скандинавии». Не менее колоритным получились у Стэнли и другие описания, например страшного пигмейского яда:

«Этот яд делают из сушеных красных муравьев… Укушение одного из этих насекомых производит на коже волдырь величиною в медный пенни, и можно себе представить, как действует экстракт из множества экземпляров, введенный в живую рану

Один из моих людей, раненный в руку и грудь как бы тонкой иголкой, умер в течение минуты; другой – старшина – промучился час с четвертью».

Увлекательный репортаж Стенли, в котором страсти-мордасти чередовались с ценными наблюдениями, не был единственным трудом, посвященным пигмеям. Интересно в этой связи процитировать заметку, напечатанную в журнале «Вокруг света» за 1899 г. Вот она: «Новооткрытое племя карликов. В Африке открыто еще новое племя карликов, оно называется багелли и открыто в Камеруне немцами… По всей вероятности, эти карликовые племена представляют собой остатки народов, населяющих Африку в незапамятные времена, в доисторический период; во всяком случае, существование их в наше время имеет громадный интерес, так как оно может содействовать разрешению многих важных вопросов этнографии и антропологии».

Пигмеи тогда привлекли взоры многих ученых. Прежде всего тех, кто доказывал, что человечество прошло в своем развитии три стадии – детскую, юношескую и зрелую. Отсюда следовало, что одни народы (подразумевалось – «цивилизованные») находятся на взрослой ступени развития, а другие задержались на детской, начальной фазе. Пигмеи с их большой головой, выпуклым лбом и главное маленьким – детским ростом как нельзя лучше, по их мнению, иллюстрировали это расистское положение.

Группа католических ученых во главе с патером Шмидтом утверждала, что пигмеи есть не что иное, как сохранившаяся до наших дней группа древнейшего человечества, изначально населявшего весь мир. Из книг Дю Шайю, Швайнфурта, Стенли и других было известно, что пигмеи верят в духов предков. Следовательно, им свойственны религиозные представления. Но раз пигмеи – первобытнейшие из людей, значит, человеку искони присуща вера в Бога.

Для доказательства этой теории отправился в 1920 г. в Африку ученый патер Пауль Шебеста. Ему мы обязаны наиболее подробными сведениями о племенном устройстве и образе жизни пигмеев: бекви и аков в Габоне и Камеруне, бабинга в устье реки Убанги, бачва Южного Конго, батва Руанды и особенно многочисленных племен леса Итури.

Прошедшие годы не так уж много изменили в жизни затерянных в лесах пигмейских племен – в той части, которая касается их обычаев и охоты.

Сегодня на берега Итури отправляются исследовательские экспедиции. Африканцы с удовольствием соглашаются стать проводниками и показать этнологам дорогу туда, где живут «люди размером с кулак». Чтобы расположить к себе маленький народец, лучше всего подарить соль или крепкий табак. Сигареты тоже подойдут – пигмеи используют их в качестве жвачки.

В 50-х гг. в гости к пигмеям, жившим на северо-востоке Заира, довольно часто приезжал американец Колин Тернбулл. Его заинтересовал этот удивительный и, как выяснилось, очень музыкальный народ. Отправляясь в лес на охоту, мужчины племени поют песни, совсем не похожие на те, которые принято петь, приближаясь к деревне или находясь в ней. Встречая в лесу чужаков, пигмеи издают мелодичные, гортанные, ни на что не похожие звуки.

Пигмеи обходятся минимумом музыкальных инструментов. Самый необычный из них – водяной барабан. Музыканты просто хлопают ладонями по поверхности воды в определенном ритме. Есть у них еще один инструмент, который этнологи называют земляной цитрой. В земле выкапывается полуметровая яма, сверху ее закрывают корой. Над ней натягиваются две струны, концы которых прикрепляются к земле, а сами струны опираются на несколько щепочек, расположенных на определенном расстоянии друг от друга. Для того чтобы играть на такой конструкции, нужно стучать по струнам палочками.

Кажется, пигмеи поют всегда и везде. И музыкальное сопровождение для них необязательно. Это песни без слов, исполняемые на много голосов. В унисон нельзя, пение в унисон считается молчанием. Странно наблюдать, как взрослым подпевают дети, едва научившиеся говорить.

Как-то ночью живший в племени пигмеев Колин Тернбулл наблюдал странную ситуацию. Люди племени, усевшиеся неподалеку от одной из хижин, построенных из веток и листьев, начали свою песню. Неожиданно из леса вышли трое низкорослых мужчин, их нагота была прикрыта лишь набедренными повязками. Мужчины сели рядом с людьми племени, и вскоре их голоса уже звучали в общем хоре. Вдруг из общего круга поднялась девчушка лет двенадцати и отправилась в лес. Куда она пошла и зачем? Европеец этого не поймет. А пигмеи не видят причин для беспокойства: девочка отправилась в другую деревню, расположенную в нескольких днях пути от этой. Босая, без всякого продовольствия, в диком лесу, она проделает нелегкий путь, возможно, лишь для того, чтобы посидеть такой же тихой ночью возле чужой хижины и порадовать своей песней дальних соседей.

Но иногда в полнолуние к пигмеям выходит из зарослей дух леса Бобе. Он – властелин двух миров – мира живых и царства мертвых. Бобе появляется в тот момент, когда пение становится достаточно громким. Духа изображает один из участников церемонии, но пигмеи воспринимают его как настоящего представителя тонкого мира. Наряд Бобе состоит из пальмовых листьев, которые раскачиваются при каждом его шаге и блестят в свете луны. Пигмеи считают, что после общения с Бобе их охота будет особенно удачной. Про рыбалку и говорить нечего: ведь люди «размером с кулак» просто бросают в реку специально сваренный растительный яд. Рыба засыпает и всплывает на поверхность. Пигмеи собирают ее, но не больше, чем смогут съесть. Остальная рыба вскоре просыпается и как ни в чем не бывало вновь уходит в речную глубь. Особая удача на рыбалке не требуется А вот об охоте – разговор особый.

Уже известный нам исследователь карликовых племен Пауль Шебеста много раз наблюдал за тем, как они охотятся. Крошечные охотники отправляются в лес, после того как поднявшееся солнце высушит росу, потому что не любят, когда на них с деревьев падают холодные капли. Обычно на охоту отправляются группами до четырех человек, прихватив с собой копье и нож. Лишь самые опытные охотники решаются идти в лес в одиночку. Всем видам добычи пигмеи предпочитают слонов – мяса гигантской туши хватает на всю деревню. Пигмеи идут по лесу в полном молчании, стараясь, чтобы ни одна веточка не хрустнула у них под ногами. Выследив слона, они преследуют его иной раз по несколько дней, питаясь лишь съедобными растениями. Нужно дождаться, когда животное заснет, лишь тогда можно напасть на него. Главная задача охотника – попасть стрелой в сухожилие под коленом задней ноги гиганта. Когда обезумевший от боли слон бросается на стрелявшего в него человечка, второй охотник, подкравшийся с другой стороны, стреляет ему в другую ногу. Если обе стрелы достигли цели, животное падает, и тогда охотники ножом отрезают ему конец хобота. В течение нескольких минут истекший кровью слон погибает.

Не всегда охота заканчивается удачно. Бывает, что охотники не попадают в цель, и тогда слон втаптывает их в землю своими чудовищными ногами. Правда, и в таком случае охотнику иногда везет: если слон хватает его хоботом поперек туловища и подкидывает вверх, тот, проявляя чудеса ловкости, цепляется за ветки деревьев и висит на них до тех пор, пока насладившийся местью слон не скроется в зарослях.

Пигмеи очень уважают охотников на слонов, ведь для того, чтобы накормить племя мясом, они рискуют жизнью. Иногда люди «размером с кулак» охотятся на обезьян, но этот промысел не сопряжен с риском. Правда, обезьяны дорого отдают свою жизнь: сидя на деревьях, они забрасывают охотников всем, что попадается под руку, но, в конце концов, пораженные стрелами, падают на землю.


По материалам журнала «Вокруг света» за 1970–1980 гг.


<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 2371


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы