Последствия чужеземного завоевания. Под редакцией Г.Л. Арша.Краткая история Албании. С древнейших времен до наших дней.

Под редакцией Г.Л. Арша.   Краткая история Албании. С древнейших времен до наших дней



Последствия чужеземного завоевания



загрузка...

Укрепив свое господство над Албанией, османские завоеватели включили ее территорию в Румелийский эйялет и разделили на шесть санджаков: Шкодра, Дукагин, Эльбасан, Охрид, Влёра, Дельвина. В состав некоторых из них вошли и неалбанские районы.

Класс военных феодалов в Албании в отличие от представителей того же класса других балканских стран оказался в значительной мере албанским по происхождению. Несмотря на то что завоеватели вначале предоставляли тимары и зеаметы и христианам, многие албанские феодальные семьи в целях прочного закрепления за собой земель и власти еще в процессе борьбы против османского завоевания или после его завершения приняли мусульманство. Кроме того, в Албании широко практиковалась насильственная вербовка детей из христианских семей для пополнения янычарского корпуса (система девширме). Некоторое количество военных держаний получили в Албании и прибывшие из Малой Азии турки-османы, с течением времени «албанизировавшиеся». В результате в XVI—XVII вв. сформировался довольно значительный слой албанских феодалов-мусульман, руками которых османские завоеватели управляли Албанией. Слой этот стал органической частью османского феодального класса. Албанские феодалы нередко получали высокие должности в центральном аппарате управления Османской империи. Немало албанцев было среди великих визирей.

Однако богатство и власть имела очень тонкая прослойка населения Албании. Большинство же жителей находилось на положении райи1 и было отягощено разнообразными повинностями и налогами. Со всех видов сельскохозяйственной продукции взималась в пользу сипахи натуральная десятина (ашар), которая в XVI в. равнялась уже не десятой части, а не менее чем восьмой части урожая, а также поземельный денежный налог — испендже. Кроме того, немусульмане (а до XVI в. почти все албанские крестьяне оставались христианами) должны были платить в казну подушный денежный налог — джизья. В городах сверх испендже и джизьи взимались налоги с собственности (верги) и с базарных торговых сделок, а кроме того, существовало множество других произвольных налогов и поборов. По мере того как военная мощь Османской империи слабела и доходы от ограбления соседних стран сокращались, налоговое угнетение райи становилось все более тягостным. С ослаблением военной мощи Османской империи и сокращением ее доходов от завоевательных войн налоговый гнет в Албании усиливался, хотя тимарная система здесь имела скорее военную окраску и несколько отличалась от той же системы в других балканских странах. Взимание налогов в албанских землях нередко заменялось взятием воинов, а горожане были обременены различными военными повинностями. Албания являлась западным плацдармом Османской империи, ареной ее постоянных внешних войн, и использование в военных целях людских ресурсов этой страны представляло для империи большую выгоду, чем их экономическая эксплуатация. На значительной территории, прежде всего в горных районах Северной Албании, режим тимаров вообще не был введен. Зависимость этих районов ограничивалась выплатой определенной суммы дани. Причинами, помешавшими распространению сипахийской системы на горную часть Албании, служили животноводческий характер ее экономики, отсутствие здесь сколько-нибудь значительной общественной дифференциации, и, конечно же, военное сопротивление горцев. Социально-экономические отношения Османского государства и его законы оставались чуждыми для албанских горцев. В большинстве горных местностей сохранялись, а возможно, и возродились родоплеменные отношения.

Для отражения постоянных нападений албанские горцы нуждались в крепкой и сплоченной организации. Этой задаче при крайне низком уровне развития производительных сил соответствовал так называемый фис — родоплеменное объединение, основанное на кровнородственных связях. В фис, как правило, входило несколько десятков семей, которые вели свое происхождение от общего предка. Пахотная земля, пастбища, леса и водоемы являлись неотчуждаемой собственностью всего фиса, тогда как усадьба, скот, сельскохозяйственный инвентарь — собственностью каждой семьи.

Высшим органом фиса являлся кувенд — сход глав всех семей, объединенных фисом. Помимо того, был и наследственный глава фиса, значение которого с течением времени стало возрастать. Во главе вооруженных сил фиса, представлявших собой ополчение из всех способных носить оружие мужчин, стоял военный предводитель. Важной функцией фиса являлась охрана жизни и имущества всех его членов. За убийство мстила не только семья убитого, но и другие семьи фиса; кровная месть здесь получила самое широкое распространение.

Семейные и общественные отношения албанских горцев регулировались так называемыми канунами — неписаными законами, правилами, обычаями, переходившими из поколения в поколение и исчезавшими или появлявшимися в связи с изменением социально- экономических условий. Действие каждого из канунов, носившего в большинстве случаев имя того или иного легендарного законодателя, распространялось на определенную ограниченную территорию. Горцы Дукагина жили по кануну, творцом которого считался сподвижник Скандербега — Лека Дукагини. В Великой Мальсии2 действовал «канун гор», в областях Круя, Мат и Дибра — «канун Скандербега», в Средней Албании — «канун Геги», в Химаре — «канун Папа Жули». В общем сфера действия местного права включала всю горную Албанию.

В XVI—XVIII вв. горная Албания была мало известна Западной Европе. За это время здесь не побывал ни один иностранный путешественник. Скупые сведения о жизни и быте албанских горцев в первые века турецкого господства содержат лишь донесения католических миссионеров, сохранившиеся в архивах Ватикана и опубликованные различными исследователями уже в XX в. Большая часть их относится к прибрежной области Южной Албании — Химаре.

Химариоты вначале пользовались у турок широкой автономией, и имели не зависевшее от турецких властей самоуправление. Все население этой области было вооружено. Предание гласит: когда химариоты платили полагавшуюся дань приезжавшему турецкому представителю (а платили они ее не очень часто), они вместо подноса использовали кинжал, подчеркивая тем самым, что хотя они и подчиняются султану, но сохраняют свои привилегии, в том числе право носить оружие.

Султанские наместники Южной Албании много раз пытались низвести этих свободолюбивых горцев до степени райи, но неизменно терпели неудачу. По словам католического миссионера Станилы, прожившего во второй половине XVII в. 22 года среди химариотов, они «всегда хотят быть свободными и не желают не только подпасть под иностранное господство, но и подчиняться своему господину — Великому турку3. Самое большее, что они делали, — это несколько раз уплачивали дань, а через некоторое время снова поднимали восстание». В Северной Албании столь же мало зависели от турок области Великая Мальсия, Дукагин, Мирдита. Последняя с начала XVIII в. управлялась наследственными правителями из рода Гьон Марка. Правитель этот назывался капитаном, или пренком (князем).

Условия жизни обитателей албанских гор были чрезвычайно трудными. Постоянная опасность нападения со стороны турок заставляла их находиться все время начеку. После того как сюда переселилась часть жителей равнин, стал ощущаться недостаток земли для пастбищ. Бесплодная почва едва позволяла жителям гор поддерживать полуголодное нищенское существование. Донесение миссионера де Камиллиса из Химары, также относящееся ко второй половине XVII в., дает неприкрашенную картину лишений, с которыми повседневно приходилось сталкиваться химариотам: «Этот край настолько бесплоден, что производимых здесь продуктов питания не хватает жителям даже на полгода. Не изобилует он и другими продуктами, обменивая которые, люди могли бы обеспечить себе сносное существование. Поэтому все питаются только хлебом и водой, а некоторые, не имея и этого, в течение многих дней едят одни съедобные травы». Но, судя по донесениям католических миссионеров, в Химаре имелись тогда и знатные люди — «вожди», «капитаны», «рыцари», чье материальное положение отличалось от положения основной массы населения, которое перебивалось с хлеба на воду. Горькая нужда заставляла горцев заниматься разбоем, гнала их на чужбину. Судьба забрасывала албанцев в качестве наемных солдат в далекие страны Европы, Азии, Африки. Албанских горцев, имевших высокую боевую репутацию, охотно брали к себе на службу паши Европейской и Азиатской Турции, господари Молдавии и Валахии, дей Алжира.

В XVI—XVIII вв. Испания и Венецианская республика постоянно набирали для службы в своих войсках горцев Химары. Немало химариотов воевали в пехоте и коннице испанского короля Филиппа II и его преемников. Широко использовала военные силы Химары в своих войнах и Республика св. Марка. Чтобы в случае надобности быстро произвести военный набор в Химаре, венецианцы платили пожизненные пенсии некоторым представителям химарской знати. Химариоты с охотой поступали на службу в Испанию и Венецию не только из-за их географической близости, но и потому, что эти средиземноморские державы проводили в XVI—XVII вв. активную антиосманскую политику. С 1735 г. военные силы Химары стали использовать и в Королевстве обеих Сицилий, где начала править династия испанских Бурбонов. В этом году в королевстве был сформирован албанский батальон, преобразованный вскоре в полк «Королевская Македония». Знатные люди Химары не только формировали наемные части для иностранных государств, но и служили офицерами в этих частях.

Много албанцев промышляло в Стамбуле и других больших городах Османской империи в качестве мелких торговцев и ремесленников. В Салониках, например, во второй половине XVIII в. насчитывалось 4 тыс. албанских ремесленников. Особенно часто встречались албанцы мясники, садовники, торговцы птицей, строительные рабочие. Среди албанских горцев было немало искусных мастеров. Жители трех деревень, расположенных на склонах гор Люнджерии (к северо-востоку от Гирокастры), прославились как специалисты по ирригации, строительству акведуков и фонтанов. Из поколения в поколение, от отца к сыну передавались должности главных строителей водных сооружений в столице империи и других городах. Албанцы, жившие и зарабатывавшие себе на хлеб в Стамбуле и прочих больших городах империи, делили с городскими низами все несчастья и беды, активно участвовали в их борьбе против гнета и произвола, за улучшение собственной участи. Так, руководителем одного из самых крупных городских восстаний в Османской империи, вспыхнувшего в 1730 г. в столице, был албанец, уличный торговец Патрона Халили.



1 Райя (от араб. реайя - пасомые) - "подданные", феодально зависимое население Османской империи. С XVIII в. термин этот стал применяться только к немусульманам.
2 Великая Мальсия (Malёsia е Madhe), буквально "Великие горы", - горная область к северу и северо-востоку от Шкодры.
3 Великий турок (Великий сеньор) - так в Европе в то время называли турецкого султана.
<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1996


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы