Глава 15. Про хазар, азовских русов и страну Вантит. Анатолий Абрашкин.Скифская Русь. От Трои до Киева.

Анатолий Абрашкин.   Скифская Русь. От Трои до Киева



Глава 15. Про хазар, азовских русов и страну Вантит



загрузка...

За Хазарами шли Печенеги,
Ржали кони, пестрели шатры,
Пред рассветом скрипели телеги,
По ночам разгорались костры.
Раздувались обозами тропы
Пере груженных степей,
На зубчатые стены Европы
Низвергались внезапно потопы
Колченогих, раскосых людей.
М. Волошин. Дикое поле


Хазары впервые упоминаются армянским автором в III в., а в вйзантийских и персидских источниках — в IV в.. Местом их проживания были прикаспийские области Северного Предкавказья. В числе соседей хазар были племена аланов и роксаланов. Хазары были частью гуннской империи и находились под их контролем. В русских летописях и в былинах они фигурируют под именем «козаре», это более древний вариант их названия. Оно связано со словом «коза» — священного животного, в образе которого почиталась Великая Богиня. Культ ее в этих местах поддерживался киммерийцами, а позже сарматами. Поэтому можно предположить, что хазары — их потомки.
Только в последней трети VI в. в Предкавказье проникают тюркские племена. С этого времени хазары, объединившись с одним из них, становятся во главе живущих у Кавказских гор прикаспийских племен. Подобно тюркам, они называют свое государство каганатом, и править ими начинает тюркская династия. В этническом отношении европеоиды-хазары смешиваются с тюрками. Арабский географ и путешественник Истахри писал, что хазары делятся на белых и черных. Он полагал, что различие между ними чисто внешнее: у черных (тюрок) смуглая кожа, они некрасивы, а белые (европейцы) отличаются необыкновенной красотой.
Тюркская волна завоеваний, «омыв» берега Азовского и Черного морей, постепенно докатилась и до Дуная. На землях Паннонии, контролировавшихся прежде гуннами, было создано тюркское государство — Аварский каганат. Авары попытались уничтожить антов, но это им не удалось. Правда, зафиксировано, что союз антов (русов) с Византией периодически нарушался нападениями «русского Хагана» на греков в конце VI в., в 622 и 626 гг. Столь неустойчивую внешнюю политику естественно объяснять влиянием авар на причерноморских русов. Правда, если придунайские славяне, упоминаемые византийскими хронистами, были в зависимости от авар, то с русами ситуация, по-видимому, обстояла намного сложнее. Вполне вероятно, что упомянутые походы русы совершали под давлением тюрок, но, как свидетельствуют источники, не без выгоды для себя.
Необходимо выделить еще два важных обстоятельства, явившихся, по-видимому, следствием аваро-антского противостояния. Во-первых, область расселения антов в VI—VII вв., определяемая по археологическим данным (а именно, по местонахождению застежек для ритуальных плащей — фибул), смещается от Дуная в сторону Приазовья. Во-вторых, в первой половине VII в. в исторических сочинениях перестает употребляться имя «анты», а на смену ему приходит более древняя форма «росы». Можно предположить, что в период тяжелых испытаний гунны и анты вернулись к имени, напоминающем о былом их арийском единстве.
Арабский писатель Ат-Табари приводит слова правителя прикаспийского города Дербента Шахриара, относящиеся к 644 г.: «Я нахожусь между двумя врагами: один — хазары, а другой — русы, которые суть враги целому миру, в особенности же арабам, а воевать с ними, кроме здешних людей, никто не умеет. Вместо того чтобы мы платили дань, будем воевать с русами сами и собственным оружием. И будем удерживать их, чтобы они не вышли из своей страны». Этот отрывок открывает интереснейшую информацию. Оказывается, что страна русских (потомков роксолан и аорсов) находилась не так уж далеко от Дербента, а значит, тюрки не смогли полностью вытеснить русских из Предкавказья.
К концу VIII в. в Хазарском каганате стали назревать серьезные внутренние изменения. Это было обусловлено миграцией значительного числа иудеев на территорию каганата. После разгромов Иудеи римлянами в 70 и 132 гг. н.э. большая часть евреев рассеялась по всему Ближнему Востоку. Но впоследствии многие вынуждены были бежать и с новых мест проживания. Массовые переселения из Персии (Ирана) шли в IV—VI вв. в период погромов, сопровождавших маздакитское движение против социального неравенства (названо по имени главного идеолога Маздака), а затем массовых репрессий в период его подавления.
Следующая волна эмиграции хлынула после арабского завоевания Персии (середина VII в.), поскольку с иноверцев начали взиматься тяжелые налоги, и даже обращение в ислам не освобождало от них — первые 300 лет оно стоило очень дорого (при сохранении высокой дополнительной подати с новообращенных). К тому же религиозная рознь на Ближнем Востоке доходила до такой степени, что, например, в 637 г. византийский епископ Софроний согласился сдать арабам Иерусалим на условии изгнания евреев, отомстив им так за избиение христиан в 614 г. В 690 г. в халифате произошло воестание персов, после кровавого подавления которого, как свидетельствует Иосиф бен Иегошуа Га-Коген в своей хронике, «спасались бегством многочисленные евреи из страны Парас (Персии. — АЛ.), как от меча, и двигались они от племени к племени, от государства к другому народу и прибыли в страну Русию и землю Ашкеназ, и Швецию и нашли там много евреев». В Византии, где вопросы религии занимали первостепенное значение, и даже христиане различных исповеданий ожесточенно преследовали друг друга, евреи неоднократно подвергались гонениям. В 564 г. Юстиниан запретил им праздновать Пасху и есть мацу, если Пасха приходилась на Страстную неделю. В 723 г. Лев III Исавр издал указ о насильственном крещении евреев. В 787 г. евреев обвинили в сотрудничестве с арабами и шпионаже. Как писал Ибн-аль-Асир, «владетель Константинополя во время Гарунаар-Рашида изгнал из своих владений всех живущих там евреев, которые вследствие сего отправились в страну хазар, где они нашли людей разумных, но погруженных в заблуждения, посему евреи предложили им свою религию, которую хазары нашли лучшей, чем их прежняя, и приняли ее».
Не следует полагать, однако, что евреи неизменно выступали жертвенной стороной и страдали, что называется, безвинно. В одной из сирийских хроник содержится сообщение, раскрывающее крайнюю непримиримость раннесредневекового иудейства по отношению к христианству. Речь здесь идет о событиях 614 г., когда разразилась очередная война между Византией и Ираном, и иудеи всеми возможными средствами поддерживали Иран (между тем хазары в тот период выступали, напротив, в качестве союзников Византии). В хронике говорится: «... осадил Шахрбараз(иранскийполководец. —АЛ.) Иерусалим город (принадлежащий тогда Византии. — АЛ.) и покорил его мечом... Иудеи же, из-за своей вражды, покупали их (христиан. — АЛ.) по дешевой цене, и они убивали их». Покупать у иранских воинов пленных христиан не для того, чтобы использовать их в качестве рабов, но для того, чтобы испытать наслаждение, убивая их, — это в самом деле нечто беспримерное даже в истории крайних проявлений религиозной вражды. Важно добавить, что сведения об этих событиях содержатся также и в византийских хрониках, и в еврейской хронике Григория Бар-Гебрея (то есть еврея), который писал о византийско-иранской войне 614 г.: «Евреи покупали христианских узников... и со злостью убивали их». Как видим, у епископа Софрония были более чем основательные причины желать наказания иудеев.
Еврейские источники свидетельствуют, что до определенного времени пришедшие в каганат иудеи исповедовали свою религию втайне: «... они молились в пещере и... учили своих детей молиться в пещере вечером и утром». Крупнейший иудейский философ конца XI — XII в. Иегуда Галеви писал в своей «Хазарской книге», основываясь, как он отметил, на бывшей в его распоряжении «хазарской летописи», что «царь и визирь пошли... на пустынные горы у моря (очевидно, Каспийского. — АЛ.)... нашли ночью ту пещеру, в которой некоторые из иудеев праздновали каждую субботу... совершили над собой в этой пещере обрезание», а затем вернулись к хазарам, «настойчиво держась иудейской веры, но скрывая в тайне свое верование». Уже впоследствии «они обнаружили свои сокровенные мысли, осилили остальных хазар и заставили тех принять иудейскую веру» (речь идет, конечно, не о хазарском племени вообще, а о высшей знати). Затем они «победили своих врагов и завоевали разные страны».
В одном из еврейско-хазарских посланий принявший иудаизм военачальник, сумевший стать вторым лицом в Каганате, назван по имени — Булан. Прозвищем Булана было Астар-хан или Ас-правитель (Верховный ас), что указывает на аланское происхождение. К принятию же новой религии, как сказано в Кембриджском послании, Булана склонила «жена его по имени Серах». Так приоткрывается загадка постепенного «мирного» перехода каганата к господству иудаизма. Вместе с этим становятся ясными и причины высокой цивилизованности каганата: многие руководящие военные, государственные, деловые должности занимали в нем аланы, а не тюрки.
Об обращении Булана существует несколько легенд. Одну из них изложил хазарский царь Иосиф, правивший в середине X века. Согласно этой легенде, Булан изгнал из страны «гадателей и идолопоклонников» и сам обратился к истинному Богу, после чего ему было видение ангела, через которого эти дела царя были одобрены и он получил благословление. Когда он поведал о видении «князьям своим и рабам, и всему народу, те одобрили это и приняли новую веру». Затем Булан в молитвах принялся сетовать на свою бедность, из-за которой не может построить достойный храм. И Бог «благословил его на разбой соседних народов и пообещал вложить в сердца их страх и ужас перед хазарами и отдать их под руку хазарского царя». А христианского и мусульманского мудрецов, пытавшихся склонить Булана к своей вере, иудейский священник победил в ходе диспута. Другая легенда передана арабским писателем аль-Бекри со ссылкой на Масуди и мемуары иудейского купца Ибрагима ибн Якуба. Согласно этой версии, хазарский князь сначала принял христианство, но затем эта вера ему не понравилась, и он созвал проповедников разных религий, чтобы узнать «кто обладает истиной». Один из его советников-иудеев, «ловкий в спорах», сумел выиграть диспут у христианского епископа. А к мусульманскому ученому подослал шпиона и отравил.
Обе легенды совмещают начало процесса иудаизации страны с его завершением. На самом деле во времена Булана до положения господствующей религии иудаизму было еще далеко. Окончательная его победа в Хазарском каганате совершилась при внуке Булана — царе Обадии, у которого, по-видимому, еврейкой была не только бабушка Серах, но и мать (жена сына Булана). Правил Обадия в самом конце VIII — начале IX в.
Внедрение иудаизма в Хазарию, таким образом, было длительным и постепенным. Со временем в руках иудейской купеческой общины сосредоточились все главные рычаги управления государством — сбор налогов, финансы, торговля, дипломатия, управленческие структуры. Возможно, важную роль в возвышении общины сыграли деньги еврейского купечества, пошедшие на восстановление хозяйства после арабского нашествия в 737 г., возрождения разбитой армии и строительства новой столицы на Волге. И постепенно стало преображаться все хазарское государство. Из военизированной структуры, жившей за счет натурального хозяйства, степных пастбищ и трофейной добычи, Хазария начала превращаться в крупную торговую державу. А за счет торговых пошлин, естественно, богател и каганат. Но параллельно росла роль иудейской верхушки. Она получила возможность выдвигать своих ставленников на ключевые посты каганата и приобретала все большее влияние на самих каганов. Все данные говорят о том, что к началу IX в. все структуры Хазарии оказались под ее контролем.
В 808 г. произошел переворот. Царь Обадия, опираясь на авторитет обращенного кагана, используя его в качестве марионетки, при помощи своих единоверцев сверг тюрко-аланскую верхушку. Разгорелась ожесточенная гражданская война. Оппозиция, состоявшая преимущественно из представителей знатных тюркских и аланских родов, была разбита. Ее остатки ушли на север. Как писал Константин Багрянородный, «когда у них (хазар. — АЛ.) произошло отделение от их власти и возгорелась междоусобная война, первая власть одержала верх, и одни из них были перебиты, другие убежали и поселились с венграми в печенежской земле, заключили взаимную дружбу и получили название кабаров». К 812 г. территория каганата раскололась. Мадьяры и кабары, представители прежней хазарской аристократии, ставшие теперь ярыми врагами Хазарии, кочевали на пространстве между Доном и Днестром. А каганат совершенно преобразился. Теперь правящей партией стала иудейская община. В государственных структурах было установлено «двоевластие». Второе лицо каганата, верховный судья и командующий войсками, каковым являлся Обадия, носил титул «бек» (князь) или «малик» (царь). Теперь эта должность стала наследственной. В руках царя и других вельмож сосредоточилась вся реальная власть.
А формально трон продолжал занимать великий каган из прежней тюркской династии. Но кагану придавались чисто символические функции. Его представляли земным воплощением Бога. Выезжал он из своего дворца лишь раз в год, в остальное же время, как сообщают арабские авторы, каган должен был «находиться в распоряжении царя», он не мог «ни
выезжать, ни появляться перед ближними и народом, ни покидать свое местопребывание». Ни один человек из народа к нему не допускался, и даже царь должен был входить к великому кагану босиком. Но этот же царь «руководил армией и управлял делами в государстве, именно ему соседние цари выражали покорность». Каган же был игрушкой в руках настоящего правителя. Согласно тем же источникам, «он не издает ни приказов, ни каких-либо запрещений, и не принимает решений по государственным делам». В тех же арабских источниках встречаются сообщения, что великий каган использовался в роли своеобразного «козла отпущения» — в случае голода, неудачных войн и других бедствий считалось, что он неугоден Богу, и царь мог выдать его на растерзание народа.
Изменился и принцип комплектования армии. В доиудаистский период войско хазар представляло собой народное ополчение, формирующееся вокруг дружин знатных воинов, они же и вознаграждали всех своих подчиненных за счет добычи и трофеев. Но с победой новой религии взаимоотношения между правителями и народом установились другие. Хотя и тюрки, и евреи были для хазар чужаками, тюркская знать выступала для них «своими» вождями. И когда эти вожди обогащались в набегах, то что-то перепадало и их подданным. Фактически старая верхушка была связана с населением Хазарии общей судьбой и общими интересами. Да и родственными связями, поскольку тюркские воины брали в жены хазарских девушек. А новая верхушка оказалась отделенной от народа и поставила на первое место выкачивание из него прибыли. Не происходило и этнического смешения — иудейские общины жили обособленно. Как показал JI.H. Гумилев, настоящие хазары в период иудейского господства стали отселяться на окраины государства и стали предками терских и нижнедонских казаков. В этих условиях иудаизм не смог стать фактором, объединяющим население страны. Он так и остался вероисповеданием правящего меньшинства, а рядовые подданные, связывая с этой верой ухудшение своего положения, предпочитали переходить в другие религии, даже несмотря на запреты властей. Так, аль-Бекри писал, что »большинство хазар — мусульмане и христиане. И есть между ними идолопоклонники. И самый немногочисленный класс у них евреи». То есть религия стала играть уже не объединяющую, а разъединяющую роль, лишь углубляя образовавшийся разрыв. Нетрудно понять, что при этом опираться на народное ополчение было бы уже рискованно. Но денег у новых правителей хватало, и ополчение заменили отряды наемников. За счет этого был образован постоянный высокопрофессиональный корпус в 7—12 тысяч воинов, который при необходимости пополнялся.
Хазарский царь Иосиф, правивший в середине X века, в письме придворному кордовского халифа Абдаррахмана III Хасдаю Ибн-Шафруту пиеал, что хазары вели войну с народом в-н-н-т-р (в другом варианте письма в-н-н-тит), в ходе которой заняли его страну. При этом побежденные вынуждены были перейти большую реку и обосноваться на другом берегу. Знаменитая арабо-персидская книга «Области мира от востока к западу» («Худуд ал-Алем»), созданная в своей основе в первой половине IX в., «помещает» этот народ венендеров вблизи Азовского моря на правом берегу Дона, а располагающийся севернее Донецкий кряж там же поименован Венендерскими горами. На этой территории археологами была открыта цепь оборонительных белокаменных крепостей, расположенных вдоль берега реки.
Приведем результаты исследования этих крепостей: «Добыча камня, его доставка к месту строительства и обработка являлись весьма трудоемкими процессами... Особенно трудоемкой была добыча известняка, который широко использовался для возведения белокаменных крепостей. По нашим подсчетам, для возведения стен Верхнесалтовского городища понадобилось 7 тыс. м3, Маяцкого — 10 тыс. м3, Правобережного — 12 тыс. м3 и Мохначевского — 14 тыс. м3 камня. Каменные блоки различных размеров обрабатывались с помощью долот и зубил» (Михеев В.К. Подонье в составе Хазарского каганата). Народ, корень названия которого пишется как в-н-н-д(т), должен был обладать уникальными по тому времени строительными и военными навыками. И мы навряд ли ошибемся, если соотнесем его с венедами (удвоенное «н» характерно для древнееврейского языка). Именно о венедах, называя их русами, упоминал правитель Дербента Шахриар.
Остатки оборонительных укреплений венедов-русов относятся к так называемой салтово-маяцкой (салтовской) культуре. Они были обнаружены еще в середине века, но с тех пор не утихают споры о том, кому же следует приписать их возведение. Одна часть исследователей считает, что крепости были построены тюрками-хазарами (при помощи среднеазиазитских зодчих — хорезмийцев). Эту точку зрения активно пропагандировал известный публицист и литературный критик В. Кожинов. Другая группа ученых настаивает на том, что каганат не имел к этому строительству никакого отношения. По мнению профессора А. Кузьмина, цепь крепостей создавалась не для нападения на славянские племена, а для защиты от хазар и иных, зависимых от них кочевников. Спор двух сторон разрешает (в пользу А. Кузьмина и К0) статья Б.Т. Березовца «Об имени носителей салтовской культуры» (Археология. XXIV. Киев, 1970). Приведем ее резюме:
«Археологическими исследованиями установлено, что в VIII — X вв. в районе Среднего Дона, Северского Донца, Приазовья жило многочисленное население, оставившее памятники салтовской культуры. Для этого же времени восточные авторы оставили сообщения о народах Восточной Европы.
Для всех перечисленных ими народов известны определенные археологические памятники за исключением русов. Принято считать, что русы — это часть славян и, соответственно, их памятники должны быть славянскими. Среди известных арабам народов нет претендентов на памятники салтовской культуры. Создается впечатление, что на Востоке этого народа не знали. Но такое предположение противоречит логике, и поэтому возникает вопрос, под каким же именем это население было известно на Востоке.
Из сообщений арабских и персидских авторов становится ясным, что во всех случаях за исключением одного (Ибн-Хар- дад-бех) восточные авторы рассматривают славян и русов как два различных народа. При всех недостатках и неточностях, характеризующих их сообщения, все же можно выяснить, где именно живут эти народы.
Кто такие славяне, вопрос выяснен — это население Поднепровья. Русы живут восточнее их. Дошедшие до нас карты (Идриси и Махмуда ал-Кашгари) дают возможность уточнить места их обитания. Это район Северского Донца и его притоков, Нижний Дон, Приазовье. В этом районе расположены салтовские памятники, это дает право считать, что население салтовской культуры было известно в магометанском мире под именем русов.
Если сопоставить этнографические сведения о русах, имеющихся в средневековых источниках, с археологическими памятниками салтовской культуры, то во многих случаях они будут полностью соответствовать друг другу. Например, такой важный признак, как погребальный обряд, описанный Ибн-Русте или у Гардизи, полностью соответствует катакомбным захоронениям салтовских могильников. Археологически подтверждаются и сообщения этих авторов о воинственности русов, о большой торговле, о наличии у них больших городов и т.д.
Если русы восточных авторов не славяне, то, естественно, возникает вопрос о взаимосвязях этих русов со славянской, Днепровской Русью. Вопрос этот очень сложный и несколько иного порядка. С нашей точки зрения Днепровская Русь получила свое название от народа рус, рос, который имел самое непосредственное отношение к салтовской культуре.
Концепция Березовца в свое время не была поддержана лишь потому, что ее автор не смог объяснить, как возникло и попало имя «Русь» на Днепр. Наше исследование восполняет этот пробел. Имя «Русь» принесли на берега Дона и Днепра ваны-венеты — выходцы из Малой Азии. Славяне, переселившись в Поднепровье, в значительной степени «разбавили» росов, но те продолжали преобладать на Дону. Страну донских росов, построивших систему белокаменных крепостей, восточные авторы именовали Росским каганатом (Галкина Е.С., Кузьмин А.Г. Росский каганат и остров русов // Славяне и Русь: проблемы и идеи). Сами русские называли ее страна Вантит. Уже в который раз мы сталкиваемся с тем, что имена «русы» и «ваны», «венеты» могли заменять друг друга! Древние источники упоминают о стране Вантит как об окраине елавянских земель. Территориально ее границы совпадают с пределами салтово-маяцкой археологической культуры.
В отличие от печенегов, половцев и тюрок в салтовских поселениях представлены гончарное, железоделательное и другие ремесла. В десятках селений Подонья обнаружены следы металлургической деятельности и металлообработки. Находки археологов свидетельствует, что салтовцы выплавляли первоклассный металл. О высоком уровне металлообработки говорит производство оружия: сабель, боевых топоров, наконечников копий и дротиков, наконечников стрел, боевых ножей и кинжалов, кистеней. Металлографический анализ образцов сабель и их обломков из трех важнейших военных поселений — Верхнего Салтова, Правобережного Цимлянского городища и Маяков, показал, что они были цельностальными с высоким содержанием углерода.
Народ венетов, населявший страну Вантит, известен русским летописцам под именем вятичей (переход корня «вент» в «вят» обоснован филологами). Они составляли основное ядро жителей, проживавших в Росском каганате. Вместе с ними тут проживали аланы, а также эмигранты из Хазарии (предки казаков). Отступление венедов-вятичей на правобережье Дона следует относить к рубежу VIII — IX вв., когда вследствие принятия новой религии правителями каганата резко переменилась проводимая ими политика. Во внешнеполитической области это вылилось в организацию военных походов с целью овладения важнейшими торговыми путями — «греко-варяжским» и »волго-балтийским». Традиционно хазароведы говорят о страшной гражданской войне, разгоревшейся внутри Хазарии в 30-х гг. IX в. Но к тому времени внутренняя оппозиция уже была разгромлена. Иудейским правителям не с кем было воевать внутри своей страны. Сопротивление коренного населения уже было сломлено, и победа новых хозяев страны законодательно оформилась знаковым событием — принятием иудаизма. В 830-х гг. началась война между двумя каганатами, как раз о ней и писал хазарский царь Иосиф. Следует со всей определенностью сказать, что хазарским походам на племена полян, северян и радимичей предшествовала их война с азовскими (или донскими) русами — венетами-вятичами.
Ряд историков утверждает, что уже на первом этапе войны хазары овладели системой укрепленных городищ. Но считать так нет никаких оснований. Как раз наоборот, вятичи отбили эту первую атаку. Следствием этого стало то, что по заказу хазар византийцы вскоре построили на Дону крепость Саркел. Она задумывалась как противовес салтовским белокаменным укреплениям. Следовательно, ни о каком продвижении хазар за Дон в первой половине IX в. не может быть и речи. Другое дело — путь в Поднепровье, он был открыт. И именно в этом направлении, получив от вятичей «по зубам», двинулись хазары. Исследователи полагают, что где-то во второй четверти IX в. хазарам удалось завоевать Киев и принудить полян выплачивать им дань. Но вятичи по-прежнему оставались независимы. В 837—838 гг. салтовцы еще чеканили собственные монеты: это означает, что их торговая и хозяйственная деятельность отнюдь не была парализована военными действиями.
После полян хазары сумели подчинить себе племена северян и радимичей. Росский каганат оказался окруженным буквально со всех сторон. С востока ему угрожали тюрки-кочевники (подданные каганата), с юга и запада — хазары, проникшие на славянские территории. Единственными союзниками могли выступать только расположенные севернее угро-финские племена, но они скорей были озабочены своими собственными проблемами. Восточные авторы неоднократно упоминают об «острове русов», который располагался где-то поблизости от моря и был окружен со всех сторон водой. Его местоположение предполагали и в Тмутаракани, и в Причерноморье вблизи устья Дуная, и в Прибалтике, и на озере Ильмень. Но по-нашему мнению, «остров русов» и Росский каганат — это одна и та же территория. Ограниченная реками Дон и Северный Донец, она вполне могла мыслиться как остров. Именно через русов Приазовья арабы поддерживали торговые связи с Русским Севером и Прибалтикой. Было бы странно, если бы они описывали удаленных от них русов на Дунае или на Балтике, и ничего не говорили о значительно более близкой группе русов, с которой они к тому же торговали.
В «Повести временных лет» сказано, что западные соседи вятичей — поляне, радимичи и северяне — платили дань хазарам. В 880-х годах князь Олег, пришедший с мощной дружиной из Ладоги в Киев, вырвал северян и радимичей из-под хазарской власти. Вполне вероятно, что поляне сделали это раньше и независимо от Олега, а вятичи, хотя и находились ближе всех остальных русских племен к хазарам, и вовсе не платили им дани. Во всяком случае, никаких свидетельств на этот счет нет. Более того, в 911 г. вятичи, сохраняя свою независимость, под началом Олега ходили на Царьград, а в начале X в. в составе азовских русов совершили ряд закавказских походов.
Впоследствии Русь с переменным успехом билась с Хазарским каганатом. Где-то после 913 г. хазары с новой, еще более страшной силой наваливаются на Русь, так что данниками Каганата становятся уже и вятичи. Именно к этому времени относится письмо царя Иосифа своему испанскому соплеменнику. В те времена хазары действительно овладевают системой укрепленных городищ на Дону. Но в середине 960-х гг. князь Святослав совершил поход на хазар, в результате которого их государство навсегда исчезло с политической карты...
«Повесть временных лет» содержит очень мало конкретной информации о противостоянии русских и славянских племен Каганату. Но скудость этого официального источника в известной степени дополняют фольклорные произведения, складывавшиеся в народной среде. Одним из них служит былина «Илья Муромец на заставе богатырской». В ней идет речь о том, как


Под славным городом под Киевом,
На тех на степях на Цицарских
Стояла застава богатырская ...
Один из воинов этой заставы,
Добрыня Никитич езди ко синю морю ...
В чистом поле увидел ископоть великую,
Ископоть велика - полпечи ...
... Из этой земли из Жидовския
Проехал Жидовин могуч богатырь ...

И Добрыне поручают настичь и победить Жидовина, который,понятно, воплощает в себе всю мощь Хазарского каганата. Но когда этот «могуч богатырь» начал битву с Добрыней,

Сыра мать-земля всколебалася,
Из озер вода выливалася,
Под Добрыней конь на коленцы пал.
Добрыня Никитич млад
Господу Богу возмолится
И Мати Пресвятой Богородице:
- "Унеси, Господи, от нахвальщика,-
Под Добрыней конь посправился,
Уехал на заставу богатырскую ...
И теперь уже
Говорит Илья Муромец:
- Больше некем заменитися,
Видно ехать атаману самому.

Начинается тяжкое сражение; русский эпос нисколько не преуменьшает силу и опасность врага:

Бились, дрались день до вечера,
С вечера бьются до полуночи,
Со полуночи бьются до бела света.
Махнет Илейко ручкою правою,Поскользит
у Илейка ножка левая,
Пал Илья на сыру землю;
Сел нахвальщина на белы груди,
Вынимал чинжалище булатное,
Хочет вспороть груди белыя,
Хочет закрыть очи ясныя,
По плеч отсечь буйну голову ...
Лежит Илья под богатырем,
Говорит Илья таково слово:
- Да не ладно у святых отцёв,
Не ладно у апостолов удумано,
Написано было у святых отцёв,
Удумано было у апостолов:
~He бывать Илье в чистом поле убитому.,
А теперь Илья под богатырем! -
Лежучи у Ильи втрое силы прибыло:
Махнет нахвальщину в белы груди,
Вышибал выше дерева жарового,
Пал нахвальщина на сыру землю,
В сыру землю ушел до· пояс.
Вскочил Илья на резвы ноги
Сел нахвальщине на белы груди ...
плеч отсек буйну голову ...

Здесь невольно вспоминается древнегреческий миф об Антее, который обретал неисчерпаемую силу, соприкасаясь со своей матерью Геей, то есть землей. Антей, анты, венеты — может быть, случайная параллель? Да нет, эти имена постоянно возвращают нас к теме русов. И еще одно важное замечание: слово «жид» лишь в XX в. приобрело оскорбительный оттенок. Во времена Киевской Руси оно ассоциировалась с хазарами, причем при этом имелось в виду только их иудаистическое вероисповедание. Поэтому ничего обидного, ругательного или уничижительного в употреблении имени хазарского богатыря в данной былине нет.
Но помимо этой былины есть еще один уникальный источник, рассказывающий о русско-хазарском противостоянии. Это — русские сказки.
<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 4911


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы