Глава 18. Русские и славяне. Анатолий Абрашкин.Скифская Русь. От Трои до Киева.

Анатолий Абрашкин.   Скифская Русь. От Трои до Киева



Глава 18. Русские и славяне



загрузка...

Пойми великое предназначенье
Славянством затаенного огня:
В нем брезжит слава завтрашнего дня
И крест его всемирное служенье.
Двойным путем ведет его судьбаОна
и в имени его - двуглава:
Пусть sclavus - раб, но Славия
есть СЛАВА:
Победный нимб над головой раба.
М. Волошин



Одним из первых крупных славистов, поставивших проблему происхождения славян на научную основу, был выдающийся чешский ученый Павел Шафарик. Как и все ученые первой половины XIX в., он строил свои заключения на данных письменных источников и языка (в частности, топонимики), привлекая в качестве дополнительного материала этнографические сведения. Ему приходилось спорить с немецкими учеными, которые на карте Европы просто не оставляли места славянам: их либо «приводили» с гуннами в IV—V вв. из Азии, либо «помещали» на небольшом острове в Пинских болотах (бассейн реки Припять). Шафарик доказывал, что «народ славенский уже в отдаленнейшую эпоху был велик и многолюден и жил с незапамятной поры в Европе оседлым, т.е. со времен той глубокой древности, в которую стали обитать в Европе родственные ему народы: фракийский, греко-латинский, кельтский, немецкий и литовский».
В конце XIX в. в науке намечается известный сдвиг, во-первых, за счет определенных успехов сравнительного языкознания, во-вторых, благодаря появлению новых (археологических и антропологических) типов источников. Крупнейшим опытом сведения разнообразных данных явилась работа чешского археолога ЛюбораНидерле, называвшаяся «Славянские древности» (1904 г.). В ней он писал: «В настоящее время... славяне не составляют одного народа, с одним языком и одинаковой культурой, не представляют они и политического единства. Теперь только наука или политическая идея и политические стремления говорят время от времени о едином великом славянском народе. Действительность не знает одного народа, а также, насколько отодвигаются в глубь веков письменные источники, мы видим всегда перед собой только разрозненные, необъединенные племена, и такая история славян тянется до начала христианской эры. Тем не менее, нет сомнения, что ряд современных и исторических славянских племен составлял некогда одно целое, распавшееся на части в течение долгих веков. Это весьма важный пункт, от которого мы должны отправляться, начиная говорить о происхождении славян. Славяне существуют не только в течение того краткого времени, о котором мы знаем из письменных источников, но, как и все великие народы, имеют за собой гораздо более длинное прошлое, и нет сомнения, что доисторический период по своей продолжительности далеко превосходит их историческую жизнь».
Положение Нидерле о существовавшей некогда общности славянских народов является ныне общепринятым. Другое дело, что ученые продолжают спорить о том, в каких же географических пределах следует локализовать прародину славян. Ключевая идея археологов состоит в том, что фазе единства должна отвечать общая для всех праславян археологическая культура. По мнению академика Б.А. Рыбакова, область прародины находилась между Днепром и Одером. Эту позицию разделяют, однако, не все специалисты. Многие из них высказываются в пользу дунайской прародины славян, в частности, именно в Подунавье на рубеже III и II тыс. до н.э. антропологами локализуется условный славянский тип. Не настаивая на приоритете какой-либо из этих точек зрения, мы ограничимся осторожным утверждением, что славянская прародина находилась внутри территории, ограниченной течениями Одера, Дуная и Днепра. С такой формулировкой согласятся все без исключения слависты. Но из нее следует вывод, который очень непросто «уложить» в привычную схему классификации славянских народов.
С одной стороны, прародина ариев, предков русского народа, нерасторжимо связана с Волгой, с другой же нас приучили повторять, что русские — это восточные славяне. Однако такая формулировка вполне справедлива лишь для II тыс. н.э.! Надеемся, мы достаточно убедительно показали, что, как только исследователь «привязывает» русских исключительно к славянскому миру, он нарушает целостность нашей истории. Близкое родство ариев (проторусов) со славянами объясняется тем, что первая миграция ариев была направлена в праславянские края. Прежнее название Дуная — Истр — означает «Есть Яр». Имя Днестр представляет уже сочетание трех слов «Дану есть Яр» (Дану по-арийски «река»). Оба названия связаны с именем бога Яра, следовательно, арии жили в бассейне этих рек. Более того, поскольку название Днестра сохранилось до наших дней, можно заключить, что Приднестровье было одним из крупнейших центров концентрации ариев.
Итак, имена Истра и Днестра относятся к числу арийских топонимов, а область памятников трипольской археологической культуры, созданной ариями в бассейне этих рек, накладывается на земли прародины славян. Переселенцы-арии пришли сюда с берегов Волги еще в IV тыс. до н.э. Очевидно, что они оказали влияние на автохтонное население, поэтому правильнее было бы говорить о славяно-арийской прародине в центре Европы. При таком подходе прекрасно совмещаются две упоминавшиеся выше концепции славянской прародины. Собственно славянам принадлежали северные области от Одера до Днепра, а в более южных, придунайских землях, проживали преимущественно арии. Выдающейся заслугой славянских народов является то, что они сумели сохранить в целости и сохранности некоторые древнейшие «культурные пласты» ариев. Подунавье можно смело назвать второй прародиной ариев. Предки славян участвовали в тех миграциях древних ариев, которые проходили через Подунавье — в Грецию, Малую Азию, Месопотамию и страны Средиземноморья. Во всяком случае, можно с полным основанием утверждать, что праславяне были частью народа пеласгов, известных позже как филистимляне.
Знаменитая Певтингерова таблица удостоверяет, что в начале I тыс. в междуречье Дуная и Днестра (юго-восточнее Карпат) проживали венеды. Видимо, в их число входили и борисфениты (союз борусков и венетов), отступившие из Поднепровья под натиском сарматов. Историкам раннего Средневековья «дунайские венеды» известны под именем антов, народа «бесчисленного и храбрейшего» (Маврикий, VI в.). ВIV — VI вв. анты восстановили контроль над Поднепровьем и северным побережьем Азовского моря, благо им помогали ванны-венеты, подоспевшие из Закавказья. Со страниц письменных источников имя антов исчезает в самом начале VII в. Но в то же самое время на той же территории отмечено присутствие «народа рос»!
Западными соседями антов были славяне. Прокопий Кесарийский (VI в.), подчеркивая близкое родство славян и антов, отмечает, что они ничем не отличаются друг от друга по внешнему виду, говорят на одном и том же языке. «Да и имя встарь у склавинов (славян. —АЛ.) и антов было одно. Ибо и тех и других издревле звали «спорами». Спорыш в восточнославянской мифологии воплощение плодородия. Его представляли в виде белокудрого человека, который ходит по полю, иногда вместе с Богом и Раем (Яром). Первоначально Спорышем называли двойное зерно или двойной колос, который в славянской традиции рассматривался как близнечный символ плодородия, называемый «царь-колос». При отправлении архаичных аграрных обрядов из двойных колосьев плели венки, варили общее («братское») пиво. Своими отдельными чертами Спорыш напоминает и Яра, и Ивана, и Леля. Так же как их имена, его имя было использовано в качестве названия союза праславянских и арийских племен в Подунавье. Близнечную символику культа Спорыша можно интерпретировать в данном случае как указание на этническое родство славян и антов (потомков ариев), а в его «дружбе» с Яром видеть хорошо известный факт усвоения славянами элементов арийской культуры.
Теперь о самом имени «славяне». Оно впервые упоминается историками при описании событий VI в, когда славяне вместе с антами стали угрожать Византии. До того славянские племена находились под игом Рима. В связи с этим уместно вспомнить об одном персонаже римской мифологии — боге Сильване. В период Римской республики Сильван не имел официального культа и был мало известен. Однако во времена империи он стал самым популярным богом плебеев и рабов. В нем видели покровителя культурного земледелия, хранителя дома, защитника от захватчиков, могучего верховного бога, а также человека, подобно Гераклу, заслужившего апофеоз за труд на благо людей. Его благодарили за исцеление, удачу, освобождение от рабства, от него ждали награды в загробной жизни за честный труд. Противостоя богам официального пантеона, он как бы воплощал протест народа и рабов против морали и культуры высших классов. Последние же причисляли Сильвана к «черни земных богов», трактовали его как мятежника и врага богов небесных.
Русской параллелью Сильвану служит... Соловей-разбойник. Соловей — хозяин леса, он свил себе на двенадцати дубах гнездо и, сидя в нем, свистал так сильно и громко, что все низвергал своим посвистом, словно напором стремительного вихря. «В образе Соловья-разбойника народная фантазия олицетворяла демона бурной, грозовой тучи. Имя Соловья дано на основании древнейшего уподобления свиста бури громозвучному пению этой птицы» (Афанасьев А.Н.). Образ этого лесного чудища прекрасно соответствует изначальным представлениям римлян о Сильване как божестве лесов и первозданной природы. Славяне сохранили наиболее архаические его черты, и это доказывает, что они непосредственно участвовали в создании и оформлении его культа. Старославянская форма слова «соловей» — «славий». От нее произошло как имя Сильван, так и название племени славян. По описанию арабского писателя Ибн-Даста (X в.), «страна славян — страна ровная и лесистая; в лесах они живут. Они не имеют ни виноградников, ни пашен». Для жителей лесов естественно было связать название своего племени с именем их главного хранителя Соловья.
У Соловья-разбойника помимо прозвища было, как известно, и отчество — Рахманович. Рахманы — загадочные персонажи древнерусских сказаний. Они — обитатели Островов Блаженных на краю Океана. В древнерусской литературе известно по меньшей мере два сюжета, связанные с рахманами. Первый — «Слово о рахманах и предивном их житии», где описывается жизнь долгожителей-рахманов, полная изобилия и радости. Их остров на краю Океана якобы посетил Александр Македонский во время похода на Индию. В связи с этим принято считать, что рахманы — это индийские жрецы брахманы. Но имеется и второй источник, гораздо более распространенный среди древнерусских книжников, где никакая Индия не упоминается. Те же Острова Блаженных и царящая там райская жизнь подробно описаны в апокрифе, известном под названием «Хождение Зосимы к рахманам». Здесь рассказано, как к пустыннику Зосиме после 40-дневного поста явился ангел и указал путь к далекой земле Блаженных, отделенной от грешного мира глубокой, как бездна, рекой, недосягаемой ни для птиц, ни для ветра, ни для солнца, ни для дьявола. По волшебному дереву, склонившемуся перед отшельником, Зосима переправился через реку и очутился в стране Блаженных. В русском апокрифе она описывается в духе классического золотого века с поправками на христианские представления о праведности. Обитатели той блаженной страны — рахманы — живут в своей неприступной земле без греха, верные завету праотца Рехома, не испытывая ни в чем никакой нужды. Безмятежно течет их праведная жизнь: нет у них числа лет, но «вси дние аки един день ее». В данном пассаже налицо несомненные полярные реминисценции: скрытые в иносказательную форму представления о долгом полярном дне, объединяющем много обычных дней. Философ В.Н. Демин полагает, что этими священными островами могли выступать Соловки, название которых этимологически связано с именем Соловья и где сохранились следы древней культуры — таинственные лабиринты Беломорья.
Но в связи с этнонимом «рахманы» более уместно, на наш взгляд, вспомнить о прибалтийских русах, которых другие народы называли рахами, раксами и т.д. Арии мигрировали не только в далекую Индию, но и в прибалтийские страны, поэтому и «индийские брахманы», с которыми встречался Александр Македонский, и северные рахманы, обитающие в «полуночных» землях — суть последователи одной и той же школы жрецов. Поэтому Соловей-разбойник должен восприниматься как божество, культ которого унаследовал арийские религиозные традиции.
У южных и западных славян не сохранилось никаких упоминаний о божественном Соловье, но они присутствуют в мифологии восточных славян (русских). Поскольку, если Соловей-Славий был, прежде всего, богом русского народа, то значительная часть русов могла изменить своему древнему родовому имени и «стать» славянами. Отсюда следует, что роль русских в славянском этногенезе была исключительно велика.
Русский былинный эпос знает и другого Соловья — заморского купца Соловья Будимировича, плывущего в Киев на Соколе-корабле:


Высота ли, высота поднебесная,
Глубота, глубота акиян-море,
Широко раздолье по всей земли,
Глубоки омоты днепровские.
Из-за моря, моря синева,
Из глухоморья зеленова,
От славного города Леденца,
От того-де царя ведь заморскаго
Выбегали-выгребали тридцать кораблей,
Тридцать кораблей един корабль
Слав нова гостя богатова
Молода Соловья сына Будимировича.

Имя купца позволяет видеть в нем представителя славянского племени. Отец его Будимир тоже носит славянское имя. Но что это за неведомый город Леденец? Леденец — значит Ледяной, находящийся где-то на севере. В поморском варианте этой былины, приводимом Борисом Шергиным, прямо говорится, что корабль купца прибыл «из-за моря, моря Студеного». Снова возникают ассоциации с прибалтийскими странами. Но в Прибалтику славяне пришли, что называется, по следам русских. Славянская колонизация Поморья, а потом и Русского Севера происходила при непосредственном содействии русских. Не случайно славянин Соловей Будимирович плывет на корабле, название которого совпадает с русским тотемом. Символизм русской былины впечатляет: корабль с надписью на борту «Рарог» проходит путь «из варяг в греки»!
О дружественных отношениях новгородских славян (словен) с балтийскими русами можно узнать из знаменитой легенды о призвании варягов. Перескажем ее теперь в варианте, записанном в «Повести временных лет». Варяги из заморья брали дань с местных племен. С какого времени и как долго, летописец умалчивает. В 860 г. племена, платившие дань, изгнали варягов и стали сами управлять своей землей, но не было среди них правды и восстал род на род и были среди них усобицы. И тогда собрались вместе представители враждующих племен и решили искать князя, который управлял бы ими по праву. «И пошли послы их за море к варягам, к руси, ибо эти варяги звались русь...» и позвали их княжить и управлять. И вызвались три брата с родами своими, взяли с собою всю русь и пришли вначале к словенам и срубили город Ладогу. В Ладоге сел старший брат Рюрик, Синеус укрепился в Белоозере, третий Трувор — в Изборске. И от этих варягов-руси появилось название Русская земля. А до этого люди новгородских земель назывались словене. К этому интересно добавить, что и позднее, вплоть до конца XV в., до включения новгородских территорий в состав Московского государства, имя словене, а не русы, русские было для новгородцев родным. Даже в XV в. в переписке с Иваном III они противопоставляли свои славянские обычаи русским порядкам московских государей. Легенда кончается сообщениями о смерти Синеуса и Трувора, строительством Рюриком «Нового города при истоке Волхова из Ильменя. «Повесть временных лет» содержит также информацию относительно размеров державы Рюрика: от Полоцка на Западной Двине до Ростова Великого и Мурома на Оке.
Совсем по-другому проходила славянская колонизация юга и центра России, где они непосредственно столкнулись с русскими. Об их противостоянии в Поднепровье в метафорической форме рассказывает былина «Илья Муромец и Соловей-разбойник». Соловей заложил дорогу прямоезжую к Киеву ровно на тридцать лет: никакой человек по ней не прохаживал, зверь не прорыскивал, птица не пролетывала. Здесь поэтически выражено главное противоречие славяно-русского общежития. Росы (анты) были народом земледельческим, значительная их часть проживала в городах. Славяне, наоборот, стремились обжить в первую очередь лесные пространства. В случае опасности они легко могли менять свое расположение. А когда чувствовали силу, то занимались грабежом и разбоем на дорогах. За эту черту славян их бог Соловей и получил прозвище « разбойник ».
Победил Соловья-разбойника не какой-нибудь воин неведомого рода, а «славный богатырь святорусский» Илья Муромец. В этом сказочном событии следует усматривать отражение реального факта включения славян в состав племенного союза, возглавляемого причерноморскими и приазовскими росами. Родину Ильи одни исследователи связывают с Муромом, другие — с городом Моровийском, что на Черниговщине. В первом случае в нем следует видеть вятича, во втором — северянина. Оба эти племени проживали на Русской равнине задолго до прихода славян. Племя северян было известно античным авторам под именем борисов или борусков (от греческого слово «северный»). Объединившись с пришедшими в Поднепровье из-под Трои венетами, они стали называться борисфенитами. Об этом союзе племен упоминает еще Геродот (VB. ДО Н.Э.). Впоследствии имя «северяне» в названии племени было восстановлено. А венеты стали называться вятичами (о собственных поисках доказательства возможности такого перехода увлекательно рассказал В.А. Чивилихин в своем романе-эссе «Память»). Причем имя «вятичей» объединило и венетов, пришедших «тропой Трояновой» (через Подунавье), и приазовских венетов (русов), покинувших свою страну Вантит, и прибалтийских русов, мигрировавших сюда позже остальных своих собратьев, уже вместе со словенами и, несколько позже, с варягами.
По народной легенде прародители вятичей и радимичей, соответственно Вятко и Радим, названы братьями. Это народное предание надо признать глубоко достоверным, поскольку имя Радим соотносится с Родом — верховным богом русских племен. Если Вятко — венет, ван, то Радим — потомок Рода или рос. Радимичи — исконные русы, которые проживали здесь с древнейших племен. Точно так же автохтонным племенем было и племя кривичей. Имя родоначальника этого народа — Крив (кривой, одноглазый) — заставляет вспомнить об одноглазом Лихе и боге Коляде. Предки кривичей поклонялись этим богам и назывались в разное время ликийцами, сколотами и колдами (халдеями). О деяниях представителей этого народа в Европе и Азии уже рассказывалось, но значительная его часть никуда не уходила. Древние греки знали предков кривичей под именем «аримаспов» — по-гречески «одноглазых».
Ну а какие племена были славянскими и пришли с запада? Это уже упоминавшиеся новгородские словене, пришедшие с юга Балтики, а также древляне и дреговичи, вытесненные волохами (кельтскими племенами) из Подунавья, из провинции Норик. На ее территорию в свое время мигрировала часть расенов, выходцев из Этрурии, которые также влились в общий миграционный поток. Таким образом, все славяне-переселенцы, включая и новгородских, были изначально «разбавлены» русскими.
Особого разговора заслуживают те Славяне, которые осели в Киевских пределах и стали прозываться полянами. Дело в том, что если имена древлян и дреговичей стали новыми на Русской земле, то поляне (спалы Иордана) уже проживали в Поднепровье. Славяне не завоевывали Киев, они были по-родственному приняты местным племенем полян-венетов и расселились в подвластных им землях. Здесь уместно сказать об исключительном, проверенном веками, гостеприимстве русских. Но равные с местным населением права славяне получили не сразу. В редакции, к которой принадлежит академический список Русской Правды (свод законов эпохи Ярослава Мудрого), в первой статье сказано: «Аще не будет кто мстяй, то 80 гривен за голову, аще будет русин, любо гридень, любо купчина, любо ябетник, любо мечник; аще изгой будет, любо Словении, то 40 гривен положить за нь». Как видно, русин и славянин в то время еще не были уравнены в правах. Правда, такая позиция по отношению к новым гражданам активно критиковалась, так что в Троицком (более позднем) списке уже стоит: «положити за голову 80 гривен, аще будет княж муж или тиун княж; аще ли будет русин или гридь, любо купец, любо тиун болярск, любо мечник, любо изгой, ли Словении, то 40 гривен положить за нь». Кажется, наше рассуждение вполне объясняет, почему среди имен знати, известных в Древней Руси, было немного славянских. Но при этом никто теперь не будет отрицать, что среди носителей неславянских (германских, иранских, кельтских, литовских и т.д.) имен было много русских!
Историки не один век спорят: к германской или славянской семье относить русов. Наша позиция заключается в том, что русские являются отдельной от тех и других семьей (хотя вошли в качестве составных частей и к тем, и другим). В античные времена они носили имена антов и венетов, и не один историк не смешивал их ни с германцами, ни со славянами. Несмотря на внешнее сходство, родство языка и обычаев культурной жизни есть одно важнейшее и, по всей видимости, неуничтожимое различие между русскими и славянами. Русские стремятся к сплочению с разными народами, созданию «империи», славяне, наоборот, всегда толкуют о своем обособлении, собственном национальном интересе, они «республиканцы». Достаточно напомнить, что, расселяясь по Русской равнине, славяне умудрились разделиться на множество племен. Не случайно и то, что Новгородцы-словене не смогли ужиться с чудью, мерей и весью и призвали русских, чтобы те «управляли ими по праву». Словене-новгородцы не оставляли попыток отделиться от Руси, пока Иван Грозный не расселил их по городам и весям Московского царства. Еще более яркий пример славянского сепаратизма дают Украина и Польша. Из всех южнославянских народов только сербы готовы строить общеславянское государство. Но, удивительное дело, оказывается, что «римляне называли сербов рассияне, некоторые называют их руссы, сами они зовут себя рассане и рашане; у них есть город Раса; жупан сербский носил титул Расский. Иллирийские сербы даже и вышли из Галицкой или Чарвонной Руси. Одноплеменность сербов с руссами свидетельствуется и тем, что сербский язык ближе всех к древнему русскому» (Классен Е.).
Все (или почти все) известные нам «схемы» развития мировой истории рассматривают русских как часть общеславянской общности. При этом совершенно игнорируется, что русские и славяне в геополитическом аспекте принципиально по-разному смотрят на мир. Различие славянского и русского мировоззрений настолько существенно, что они не могли вырасти из общего источника. Про это прекрасно написал Константин Леонтьев в работе «Панславизм и греки»: «Россия знает, что кроме чехов, болгар и т.д. есть еще румыны, мадьяры и греки: она знает, что две первые не соплеменные ей нации самою природой вещей вставлены, так сказать, в славянскую оправу, принуждены быть инородными островами в этом славянском море... У России будут всегда какие-нибудь частные несогласия с западно- или юго-западным славянским миром... Особенности их (славянской. —АЛ.) истории сделали для них магическим слово «свобода»... При образовании того оборонительного союза государств (т.е. всеславянского. — АЛ.)... непременно выработается у юго-западных славян такая мысль, что крайнее государственное всеславянство может быть куплено только ослаблением русского единого государства, причем племена, более нас молодые, должны занять первенствующее место не только благодаря своей молодой нетерпимости, своей подавленной жажде жить и властвовать, но и необычайно могучему положению своему между Адриатикой, устьями Дуная и Босфором. Образование одного сплошного и всеславянского государства было бы началом падения Царства Русского. Слияние славян в одно государство было бы кануном разложения России. «Русское море» иссякло бы от слияния в нем «славянских ручьев» (А.С. Пушкин)... Повторяю вам. Россия не была и не будет чисто славянской державой. Чисто славянское содержание слишком бедно для ее всемирного духа... Россия, при сношениях с этой восточной федерацией независимых государств, неизбежно будет во многом больше сходиться с инородными племенами этого союза, с румынами, греками, даже и мадьярами, чем с юго-западными славянами. Россия будет естественным защитником этих слабейших и отчасти старейших наций против весьма возможных посягательств со стороны славян юго-западных, жадных, упорных и властолюбивых, как все долго, но неискусно подавленные молодые и грубые народности». Идея панславизма давно развенчана философами, да и самой жизнью. Но, похоже, для историков этот урок не пошел впрок, и они только-только начинают проникаться действительной глобальностью русской истории. Что ж, русские долго запрягают...
<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 4362


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы