г) Силлаское село VIII в.. В.М. Тихонов, Кан Мангиль.История Кореи. Том 1. С древнейших времен до 1904 г..

В.М. Тихонов, Кан Мангиль.   История Кореи. Том 1. С древнейших времен до 1904 г.



г) Силлаское село VIII в.



загрузка...

Как жило силлаское село VIII в.? Редкую возможность совершить «путешествие во времени» и почувствовать реалии жизни силлаского крестьянства предоставляют четыре отчета о положении дел в селах. Составили их, по-видимому, в 756-757 гг. (есть и другие датировки). Обнаружены отчеты были в японском храмовом хранилище Сёсоин (храм Тодайдзи, префектура Нара) в 1933 г. В них завернули буддийское сочинение, вероятно, вывезенное из Силла. Отчеты составляли чиновники областной (чу) администрации, обязанные делать это раз в три года для исчисления сумм налогов и податей и количества военнообязанных. Содержание отчетов касалось четырех небольших деревень, расположенных недалеко от западной «малой столицы» Совонсогён (ныне г. Чхонджу пров. Сев. Чхунчхон). Отчеты были очень подробными. Учитывались не только площадь земель (с указанием типа полей и формы владения) или число людей (с разбивкой по возрастным категориям и статусу), но и количество плодовых деревьев, поголовье скота. Существует предположение, что четыре деревни были «дворцовым кормлением», т. е. налоги с них прямо шли на содержание дворцовой администрации. Гипотеза эта, однако, принимается не всеми. Видимо, отчеты хранились определенный срок в областной или дворцовой канцелярии, а затем были, за истечением срока давности, переданы в монастырь для «вторичного использования»: бумага в Силла была дорога и высоко ценилась.


Рис. 14. Реконструированные фрагменты древней крепости Сандансансон (совр. г. Чхонджу), возведенной впервые еще в пэкческие времена. После силлаского завоевания здесь была основана «малая столица» Савин-согён, перестроенная сыном полководца Ким Юсина, Вонджоном. За стенами крепости (длиной около 4 км) находились пруды (источники воды), склады, буддийские храмы. Сюда во времена войн и смут стекалось население близлежащих деревень, в том числе и тех, отчеты о которых были обнаружены в Сёсоине.


Судя по отчетам, четыре обследованные деревни были небольшие (средней площадью от 5 до 20 кв. км, включая поля и горный лес в окрестностях) и имели одного старосту (чхонджу). По-видимому, они составляли одно «административное село» (кор. хэнджончхон). Из других документов известно, что обычно такие старосты происходили из знатных местных кланов, лояльно относившихся к силласким завоевателям. Им часто давали чиновничий ранг (иногда даже довольно высокий — 9-й или 8-й): это означало, что они принадлежали к привилегированным группам (одупхум или садупхум, реже юктупхум). Староста с семьей имел в раза больше земли, чем средний крестьянский «административный двор». Скорее всего, односельчане должны были обрабатывать эту землю бесплатно.

В каждой из деревенек жило по 70-140 человек, причем женщин было на 5-10% больше, чем мужчин — поскольку их не сгоняли на воинскую и трудовую повинности, то и смертность среди них была ниже. Условия жизни были тяжелыми: примерно половина новорожденных умирала в раннем детстве от болезней, и редко кто доживал до 60 лет (стариков и старух старше 60 в каждой из деревень было лишь по 1-2 человека). Крестьяне жили и трудились «дворами» (ён; моногамная семья с детьми, иногда с нетрудоспособными родителями), но базовой административной единицей был не «естественный», а административный «двор» (конён), куда входили три-четыре семьи — родственники или соседи. Именно административный «двор» отвечал за уплату налогов и выполнение повинностей. Включая зажиточные и бедные семьи в один административный «двор», власти тем самым получали гарантию уплаты бедняками налогов.

По числу трудоспособных членов семей и по зажиточности все административные «дворы» делились на 3 основные группы («богачи», «середняки» и «бедняки»), а каждая группа, в свою очередь — еще на три категории, т. е. крестьян в целом разбивали на 9 категорий, как и в Китае. Норма основного налога рисом (1/10 урожая) была общей для всех крестьян, а вот размер подати полотном различался в зависимости от категории. Уровень достатка деревни в целом оценивался по числу условных «счетных», или «идеальных» «дворов» (кеён). За «идеальный двор» принималась высшая категория середняков, двор «средних середняков» принимался как 5/6 «идеального двора», «низших середняков» — 4/6 и т. д. («Низшие бедняки» брались за 1/6). Все население деревни, разделенное на категории, пересчитывалось по числу «идеальных дворов» (скажем, 6 дворов «низших бедняков» составляли один «идеальный двор»), и на этом основании определялось количество трудоспособных мужчин (чон; 20-60 лет), которых забирали в армию (на 3 года) и мобилизовали на ежегодные трудовые повинности (максимум 30-40 дней).

Налогом, податями и повинностями не исчерпывались обязанности обитателей четырех деревень перед государством. От них требовалось также обрабатывать относительно небольшие «чиновничьи поля» (кванмоджон) в каждой деревне. Часть урожая с них шла в качестве жалованья чиновникам центрального аппарата. Кроме того, они выращивали для государства коноплю и орехи, разводили лошадей для армии. Если за уплату налога рисом и податей полотном отвечал каждый административный «двор», то за выполнение трудовой и воинской повинности и разнообразные дополнительные поставки натурой в столицу — вся община как целое. Низкий технический уровень и жесткая эксплуатация при непрестанном бюрократическом надзоре обрекали крестьян на хроническую бедность — более 60% всех административных «дворов» относились к «низшим беднякам». Отчеты регистрируют случаи бегства целыми семьями.

Богатых дворов в обследованных деревнях практически не было, однако некоторые середняки имели по одному-двум рабам и рабыням. Если крестьянам государство формально гарантировало право пользования их наделами (практически наследственной собственностью, но формально «получаемыми» от государя), то рабы никаких прав на недвижимость не имели и считались неполноправными «младшими» членами хозяйских семей. В этом смысле силлаское рабство относится к патриархальному типу. Статус раба наследовался. В рабы также часто продавали своих детей бедняки в нередкие неурожайные годы. В целом, документы из Сёсоина показывают крестьянскую жизнь времен автократического правления такой, какой она была в жестком сословном обществе с высоким уровнем имущественного неравенства и неусыпным бюрократическим контролем.
<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 2589


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы