Глава 1. Раннесредневековая Хорватия. VII-XI века. В.И. Фрэйдзон.История Хорватии.

В.И. Фрэйдзон.   История Хорватии



Глава 1. Раннесредневековая Хорватия. VII-XI века



загрузка...

По-видимому, со 2-го тысячелетия до P. X. западная часть Балканского полуострова была населена группой индоевропейских племен, вошедших в историю под греческим и латинским наименованием иллирийцев. Археологические данные свидетельствуют о наличии торговых связей между ними и греками примерно с VII в. до P. X. Тогда же по берегам Адриатического моря появились греческие колонии.

Иллирийская государственность возникла в одну эпоху с закреплением римлян на восточном берегу Адриатики. Первый отряд римлян занял о. Керкиру (Корфу) в 229 г. до P. X. Иллирийцы выдерживали натиск римлян до 60-х годов II в. до P. X., после чего власть Рима постепенно распространилась севернее р. Неретвы. Но иллирийское племя дельматов и многочисленные племена южнее Дуная сопротивлялись завоевателям около двух столетий, до начала I в., когда на территории Иллирика были созданы две римские провинции, в значительной мере простиравшиеся на земли современной Хорватии.

Итак, ко времени переселения славян на юг от Дуная римское, а вслед за ним византийское владычество длилось уже примерно половину тысячелетия. Все это свидетельствует о значительном слое цивилизации, с которым хорваты соприкоснулись по крайней мере на части новоприобретенных земель. Не говоря о животноводстве, хлебопашестве, виноградарстве, мореходстве иллирийских племен, славяне застали на побережье Адриатики римские каменные дороги (которыми, кстати, хорватские крестьяне пользовались в XX в.!), многочисленные каменные постройки, в том числе церкви, крепости, жилые здания, колодцы, и выдающиеся архитектурные сооружения (дворец императора Диоклетиана начала IV в., вокруг которого вырос город Сплит), бытовые вещи, произведения искусства, морскую и континентальную торговлю, греческую и латинскую письменность.

Письменные источники, освещающие ранний период истории хорватов, отрывочны и лишь в небольшой мере дополняются данными археологии. Особенность многих сообщений о хорватах VII-XI вв. — их значительно более позднее (в сравнении с упоминаемыми событиями) происхождение. Этот разрыв подчас достигает нескольких веков, поэтому можно полагать, что содержащиеся в них сведения лишь относительно достоверны, а иногда имеют легендарный характер. Например, грамота князя Трпимира от 852 г. сохранилась в записи 1568 г. (!), грамота короля Петра Крешимира IV с перечнем привилегий задарского монастыря, датированная 1069 г., сохранилась в копии конца XII в.; присяга короля «Хорватии и Далмации» папе римскому от 1075 г. известна в записи 1192 г.; в хорватском переводе (XV в.) Дуклянской летописи (возникла во второй половине XII в.) и в латинской копии этого документа (XVI в.) имеется запись легендарного рассказа о смерти короля Звонимира (XI в.) и т.д. Даже запись о знаменитом в хорватской истории договоре (1102 г.) «двенадцати хорватских племен» с венгерским королем Коломаном (Кальманом) — так наз. Pacta conventa — сохранилась в рукописи 1377/8 гг. По мнению некоторых историков (Л. Хауптмана), текст этот возник, вероятно, в первой половине XIII в., т. е. более века позднее самого события, а дошел до нас в записи, почти на три столетия (275 лет) отстоящей от события. В связи с этим в историографии нет единодушия относительно обстоятельств объединения Хорватии и Венгрии. Так, класс и к старой хорватской историографии (первой половины XX в.) Ф. Шишич говорит о «так называемом» (toboinji) договоре, подчеркивая скептическое отношение к самому сообщению.

Современная исследовательница истории раннесредневекового хорватского государства С. Ракова вообще не упоминает о «договоре» 1102 г., а просто говорит о коронации венгерского короля Коломана хорватской короной. Прав ли автор? Вполне возможно. Ведь запись, созданная в XIIIв. и сохранившаяся в переписи XIV в., может свидетельствовать только о патриотизме хорватских авторов, стремившихся подтвердить определенные автономные права Хорватии. Но, конечно, нельзя утверждать, что дело обстояло именно так.

Первое известие о славянах в Далмации содержится в письме папы Григория I архиепископу Салоны (в Далмации) Максиму от 600 г. «Из-за славян, столь опасных для вас, я очень переживаю и обеспокоен. Сочувствую вам, а обеспокоен потому, что славяне уже стали вторгаться через Истрию в Италию». Вторжения славянских племен вместе с аварами отмечены в VI в., тогда же, возможно, западные приморские районы полуострова заселялись славянами, которых здесь застали хорваты. В начале VII в. некоторые западные города уже находились в руках славян (Диоклея — совр. Подгорица, Скадрона и др.). Романское население укрывалось в укрепленных приморских городах или бежало на острова. По сведениям автора IX в., папа Иоанн IV (640—642) послал «верного аббата Мартина» в Далмацию и Истрию для выкупа христиан, захваченных язычниками в рабство.

Попытка императора Маврикия вытеснить славян за Дунай оказалась тщетной. Славяне дважды захватывали Фессалоники, а в 623 г. осаждали Константинополь.

Расселение хорватских племен в Далмации происходило несколькими волнами и, по мнению некоторых исследователей, продолжалось до IX в. Крупнейший писатель той эпохи — византийский император Константин VII Багрянородный (X в.) упоминает их в тексте, посвященном 20-30-м годам VII века, и пишет о «семи» (священное число) хорватских племенах или родах и их вождях — пяти братьях и двух сестрах. Доказательств того, что во время переселения все они называли себя хорватами, не имеется. Хорваты смешивались с романским и ранее появившимся здесь славянским населением.1

Древняя Карантания (ныне часть словенских и австрийских земель), которую проходили хорваты, уже в VIII в. оказалась под ударами франков, а в IX в. здесь правили немецкие властители. Словенский господствующий феодальный класс не успел сформироваться, и словенский народ на целое тысячелетие оказался под немецкой властью.

Политическое развитие хорватских земель приобрело иной характер. Согласно франкским источникам, древнее ядро хорватской государственности располагалось южнее хребта Велебит, между реками Зрманя и Цетина, то есть в непосредственном соседстве с Далмацией, где имелись города Задар, Сплит, Трогир и др. Часть этих городов сохранилась с римских времен, другие были основаны хорватами. Это так называемая Королевская Хорватия (в X в. здесь был центр королевства).

По-видимому, именно здесь, в Приморской Далмации, в конце первой — начале второй трети VII в. возник племенной союз, объединивший хорватов, славян, находившихся здесь ранее под господством авар, и остатки аварского населения. Здесь — между Цетиной и Велебитом — в результате консолидации славян к IX в. были утеряны местные племенные наименования и постепенно утвердилось общее название «хорваты» [4], то есть появилась раннесредневековая народность.

В IX в. в состав хорватского государства уже входили северные области (жупы) Гацка, Лика, Крбава, правитель которых именовался баном, а сама территория Банской Хорватией.

Судя по сообщению императора Константина, часть хорватов отделилась от осевших в приморской области бывшей римской провинции Далмации и овладела Иллириком и Паннонией.Таксо временем возникли две хорватские области: Далматинская (или Приморская) и Посавская (Паннонская) Хорватия. Кроме того, хорваты расселились далее на юг — между реками Цетина и Неретва, и проникли южнее Неретвы, в область, названную в древней рукописи Красной (т. е. южной. — В. Ф.) Хорватией. Это современная Бока Которская (в составе Черногории). На севере хорваты закрепились на части полуострова Истрия, но вплоть до нашего времени в состав хорватского государства эти территории не входили.
Об организации и внутренней жизни Славонии во времена Томислава (X в.) ничего не известно. Есть сведения об «архонте» «Иллирика и Паннонии». Возможно, это свидетельствует об особом статусе Славонии, а также о ее несколько отличавшемся этническом составе. До позднего Средневековья ее называли Славинией, Склавонией, а ее жителей склавинами, славянами.

Под раннесредневековым понимается государство в процессе становления, т. е. сохраняющее сильные остатки родоплеменных отношений, государство, большинство или значительную часть населения которого составляли люди свободные (в понимании того времени) и вместе с тем держащее в повиновении все увеличивающееся число разных зависимых групп.

Государственность — результат социальных сдвигов, развития властных и владельческих структур, состоящих из формирующейся знати. В хорватском случае социальное и имущественное расслоение, распространение индивидуальной собственности после передвижения масс славян за рубеж Центральной Европы на юг (VII в.) ускорялись ввиду близости Адриатики, старинных торговых приморских городов, культурного воздействия Византии и Италии. Но в горных скотоводческих районах устойчиво сохранялись патриархальные отношения.

В связи с переселением хорватов быстро росли влияние и богатство военной знати. Ранее, вероятно, избиравшиеся народом начальники становятся наследственными, т. е. знатью, и приобретают особые социальные устремления, организуют военные дружины, а вместе с тем и власть.

Зарождение знати Ф. Шишич рисует так. Народ состоял из племен, а те — из более мелких коллективов со все более тесным родством (племя- братство—большая семья).2 По нашему мнению, центральной ячейкой становились роды. Для подтверждения знатности человек указывал на свой род. «Территория, занимаемая одним племенем, называлась жупа, которая получала название по племени, по реке или по месту. Главой племени был жупан, обычно верховный судья и военачальник племени; как правило, он принадлежал к братству, выделявшемуся храбростью, древностью или численностью. Бывало, что жупанство становилось наследственным в отдельных братствах, это — зародыш славянской знати» [5]. В племенном граде на площади «собирались племенные советы, состоявшие из глав всего племени». При необходимости здесь выбирали воеводу из представителей сильных братств или родов.

Пожалования государя, выслуга перед двором, военные подвиги, грабеж богатств, захват рабов — еще один путь появления знати. Знать — опора формирующегося государства.
В отличие от племени, кровнородственного объединения, жупа становится территориально-административной ячейкой государства. Жупана, как начальника жупы, прежде, по-видимому, избираемого, назначал князь. Это чиновник князя, член администрации консолидирующегося государства.

В плодородных областях Северной Далмации (районы г. Нина, Равних Котаров, р. Крки) в многочисленных находках античной эпохи имеются и данные о хорватах, которые, вероятно, пользовались античными жилищами и предметами быта. Находки у Нина VII - начала VIII в., относящиеся к различным этносам, «доказывают факт устойчивого культурного влияния далматинских автохтонов» (иллирийцев) на переселившихся сюда хорватов. Достаточно указать на то, что иллирийский тип деревенского дома сохранился до сих пор. Имеются доказательства римско-иллирийского влияния на хорватов в ремесле.

Материал хорватских некрополей VIII—IX вв. свидетельствует о далеко зашедшем процессе социальной дифференциации общества. Захоронения знати в районах Нина и Книна доказывают, что именно здесь складывались локальные политические структуры [2], то есть, прежде всего, княжеская власть.

С VII по начало IX в. вереде переселившихся на Балканы славян происходил процесс этнической консолидации, связанный со становлением раннефеодального общества. Этим процессом были затронуты и племена, создавшие разрозненные хорватские княжества, то есть раннефеодальную государственность. Итак, процесс феодализации становился основой этнической консолидации. Правда, франкские источники первой четверти IX в. свидетельствуют о наличии мелких славянских княжеств в Паннонии и Далмации. Вместе с тем имеются данные о более значительных государственных образованиях.

Первым правителем крупного княжества был Борна, в источниках — «князь Далмации» (этноним «хорваты» не упоминается). Этот dux Dalmatiae был вассалом Франкской империи. После его смерти власть перешла к его племяннику Владиславу «по просьбе народа и с согласия императора». Итак, уже зародилась наследственная власть, но власть, избираемая «народом», то есть либо знатью, либо свободным населением. Район поблизости от далматинских городов (Задар, Трогир, Сплит) был центром княжества, постепенно расширявшего свои пределы. Его власть достигла племени «гачан» (современная Лика в приморье), нотам и, как видно, в ряде других мест была менее прочной, чем в Далмации (мнение Е. П. Наумова).

Другое славянское княжество размещалось в долине реки Савы и имело центр в г. Сисаке. Оно возникло, вероятно, после разгрома авар франками в начале IX в.

Франки овладели южной Паннонией, бассейном Савы и частью Далматинской Хорватии (с г. Нин) в конце VIII в. В 819-822 гг. против фриульского маркграфа в Сисаке вспыхнуло восстание. Его возглавил «воевода» (или князь) Людевит, вошедший в историю как Посавский. Он пытался создать более обширное независимое государство, но это ему не удалось. Далматинский князь Борна был на стороне франков.

В связи с неустойчивым политическим положением Византии, сохранявшей (подчас номинально) сюверенитет над Далмацией до ХII в., хорватскому князю Миславу (835-845), сидевшему в Клисе, пришлось воевать за далматинские города с набиравшей силу Венецией. В источниках зафиксирован мир между Миславом и Венецией (839 г.).

Приморские города представляли большую ценность: они занимали важное стратегическое положение, здесь развивались ремесло и торговля, и в раннее Средневековье борьба за них вспыхивала неоднократно. Города постепенно славянизировались. Но городская знать говорила на романском далматинском диалекте.

Впервые этноним «хорваты» появляется в грамоте князя Трпимира (845-864) от 852 г. К этому времени уже произошла массовая христианизация населения, в начале IX в. возникло самостоятельное хорватское епископство в г. Нине. Учреждение церковной организации означало значительный шаг в оформлении хорватской раннесредневековой народности, территориальными рамками которой являлось Хорватское княжество. В дальнейшем в Хорватское княжество была включена часть Паннонского княжества. К 70-м годам IX в. относится надпись на камне Бранимира, «князя хорватов» (тем самым подтверждается подлинность грамоты Трпимира, дошедшей до нас лишь в копии XVI в.).

Международное значение княжества возрастаю, и все же хорватские князья в IX в. еще оставались в вассальных отношениях к королю франков Людовику Немецкому. Совместное франками хорваты в 871 г. отбили итальянский город Бари у арабов, за что папа обращался к хорватскому князю Домагою (864-876) «duci gloriozo». Одновременно хорваты конфликтовали с Венецией, поэтому венецианский автор считал того же Домагоя «slavorum pessimus dux»...

Несмотря на внутренние неурядицы, положение Хорватии в IX-X вв. укреплялось. Князь Трпимир (845-864) стал основателем династии Трпимировичей, которая с перерывами правила до конца XI в. Христианин Трпимируже именовался «Божией милостью князем хорватов». Грамота Трпимира 852 г. является древнейшим хорватским государственным документом.

Вскоре после смерти Трпимира зависимость Хорватии от франков прекратилась. В 878 г. князем стал Здеслав «из рода Трпимира». Из этого видно, что Византия признала наследственные права этого рода. Кроме того, Византия передала хорватам право сбора символической дани с городов и островов.

Хотя двор князя находился в Клисе, князья нередко меняли свое местопребывание. Они наезжали в Бихач, Нин, Книн, Солин, Биоград, Шибеник,Омиш. Города Нин, Книн и Клис стали столицами. Здесь в IX—XI вв. были построены большие церкви. В районе этих городов имеются богатые захоронения. Двор князя состоял из высшей знати — придворных жупанов, коморников, духовенства, конюшего, виночерпия, нотариев, сокольничего. Двор постепенно разрастался. Появился «дед» — вероятно, управляющий двором. Особо выдвигается должность бана — первого лица после короля. Банам передавалась вся собранная дань [2], они же были судьями. Трпимир в своей грамоте говорит об «общем совете» князя с жупанами, на котором принимались решения.

Итак, становление феодальных отношений являлось основой развития народности, государственности и христианизации. Уже в IX в. далматинские князья владели доменом, землю которого обрабатывали крестьяне, державшие наделы. Но большинство земледельцев было обязано лишь вносить дань князю. Император Константин писал, что хорваты способны выставить огромное войско, следовательно, народ был еще вооружен. Позднее подобных сведений уже нет. Очевидно, войско стало меньше, то есть происходил процесс становления феодального войска. Много свободных разорялось, пополняло зависимое население. Росло землевладение знати и церкви. Но свободные крестьяне — общинники и самостоятельные владельцы земли (possessores) — и в XI в., вероятно, составляли большинство. Природные условия затрудняли создание в Хорватии крупного пахотного хозяйства с зависимым крестьянством. Зависимость заключалась в уплате подати господину. Но все же это — раннефеодальные отношения.

Документальные материалы, рисующие социальные отношения в Далмации в этот период, скудны и оставляют картину неясной. Определенно, однако, что в XI в. процесс феодализации ускорился, хотя и не завершился [7].

В приморских городах издавна имелась правящая знать (патрициат), владевшая землей, купечество, ремесленники (горожане) и простонародье. Сильные позиции занимала церковь. Города пользовались широкой автономией.

Представляет интерес, что до середины X в. в местных и иностранных источниках политическое понятие «Хорватия» отсутствует. Есть «земля хорватов», «король хорватов» (или славян). Впрочем, и в древнерусских источниках встречается «русская земля» и лишь позднее название страны.

В IX в. упоминаются «жупы», или «жупании» — административные единицы обычно во главе со знатным землевладельцем и (он же) военачальником (жупаном). В источниках главы жуп иногда именуются comites (графы) или judices (судьи). Начальники жуп имели право собирать налоги в свою пользу, отдавая большую часть князю. Император Константин Багрянородный говорит об 11 жупах и 1 бановине (во главе с баном) в составе Далматинской Хорватии. Эта цифра «12» — возможно, легендарная. Но существенно, что названия жупаний не связаны с племенными наименованиями — они обозначали территориально-административные единицы Хорватии. Названия жупаний совпадают с названием ряда упомянутых Константином городов (всего числом 9). Вероятно, укрепленные города были центрами жупаний. Кроме них были города, непосредственно подчиненные королю.

В 925 г. глава хорватского государства Томислав впервые был упомянут в письме папы в качестве короля (rexcroatorum). Этот факт, по-видимому, отражал и дальнейшую консолидацию хорватской народности. Развитие социальной структуры (глава государства, аппарат его власти, знать, духовенство), христианизация и развитие этнонима — явления связанные. При Томиславе Хорватия окрепла, так как король успешно отразил удар Болгарии и натиск венгров, а также временно присоединил к Далматинской Хорватии земли в Славонии. В конце X в. Хорватия вновь предстает как сильное государство.

По свидетельству сплитского хрониста XIII в. архидиакона Фомы, Стефан Држислав (969—997) и его наследники являлись «королями Далмации и Хорватии». Знаки королевского достоинства они принимали от Византии и получили почетные звания «эпархов» (наместников) и патрициев.

Установился обычай наследования престола сыном или братом государя, что, впрочем, нередко нарушалось. Иногда правитель избирался вельможами, богатство и влияние которых возрастало. Земля государства принадлежала князю (позднее королю) и вельможам, приобретавшим ее по наследству или как дарение части домена государя. Обширные дарения в виде драгоценностей и земли получала церковь, особенно монастыри не только от князя, но и от вельмож.

Что касается народа, то наряду со свободными земледельцами (часть их выбивалась в мелкое «племство» дворянство), а также вольноотпущенниками, существовало несколько низших слоев — отроки (сервы, слуги), колоны, рабы в прямом смысле (рабство сохранялось, постепенно переходя в феодальные формы зависимости).

Свидетельство развития цивилизации у хорватов — появление своих правителей, христианизация и связанная с ней книжность. В связи с появлением феодальной иерархии и увеличением числа зависимых крестьян господам был нужен полновластный авторитет — помазанник Божий, а не патриархальный вождь. Христианин-правитель должен был обеспечить равноправное положение государства среди других христианских государств. Соответственно на хорватской территории появляется собственная Нинская епископия с латинским обрядом.
Хорватия все более входила в западную культурную сферу, укрепляя связи со св. Престолом. Последний осуществлял в отношении Хорватии активную политику. Папа Иоанн VI11 обращался к князю Здеславу «дорогой сын и славный славянский князь», подчеркивая, однако, что высшими покровителями хорватов являются св. апостолы Петр и Павел, то есть, подвергая князя идеологическому воспитанию. По сообщению Константина, хорваты приняли крещение от Рима. Влияние Рима в Хорватии — церковное и политическое — окончательно укрепляется в первой четверти X в.

В IX в. ученики Кирилла и Мефодия распространяли в Далматинской Хорватии письменность на церковно-славянском языке в его хорватской редакции (изводе). Для письма в некоторых церквах использовалась глаголическая азбука, отличная от кириллицы. О времени ее создания и происхождении дискуссии ведутся до сих пор. Глаголица распространилась и на светскую письменность.

Впервые о распространении в Хорватии и Далмации богослужения на славянском языке упоминается в материалах Сплитского церковного собора 925 г. И хотя на этом и последующих соборах употребление славянского богослужения ограничивалось или вовсе запрещалось, римская курия, в конце концов, была вынуждена признать право глаголистов на собственные — славянские глаголические богослужебные тексты. Культурное значение глаголической книжности для Хорватии было очень велико. Уже в XV в. хорватские интеллектуалы пытались придать глаголической литературе роль фактора, интегрирующего хорватское культурное пространство. И в Новое время некоторые деятели национального движения пытались расширить глаголическое богослужение, рассматривая его как традиционное достояние отечественной культуры.

К юго-востоку от хорватских земель разместились племена, из которых впоследствии сформировался сербский народ. Центр их расселения находился в верховьях рек Дрины, Лима, Ибара и Западной Моравы. В Средние века эта область называлась Рашкой. По соседству с Рашкой находились племена, в этническом отношении очень близкие жителям Рашки и постепенно складывавшиеся в сербскую народность. Впервые этноним сербы упоминается в источниках в IX в., более подробно — у Константина Багрянородного. Христианизация сербских племен распространялась из Византии и закрепилась в IX в. Но у сербов долго сохранялись и элементы латинской терминологии. Деятельность учеников Кирилла и Мефодия способствовала распространению среди сербов восточного обряда.

С начала IX в. по р. Цетине установилась пока что неустойчивая граница между западным (римским) и восточным (византийским) политическим влиянием (хотя Византия еще стремилась восстановить господство над всей Далмацией, где империи принадлежал ряд городов). Эта граница приблизительно совпадала с полосой, разделявшей хорватские и сербские земли.

Как отмечалось, политика соседних государств влияла на судьбу раннесредневековой Хорватии. Так, война в Италии, в которой участвовали франки, а также появление в Паннонии венгров (896 г.) привели к уходу франков из Хорватии (IX в.) и освобождению Посавья. «Покровительствовали» хорватам и византийцы. При этом они создали оборонительную полосу (фему) Далмация с центром в Задаре. Но власть Византии в основном осуществлялась в далматинских городах, а в окрестных землях правили хорваты. Вместе с тем за свободу мореплавания по Адриатике, за борьбу с пиратством Хорватия получала дань, как от Византии, так и от Венеции.

Появление по соседству венгерского государства изменило внешнеполитическую обстановку в Хорватии и в Центральной Европе вообще. Венгерская конница доходила до Далмации. Вовлеченность Византии в войну с сельджуками, а затем угроза со стороны крестоносцев позволили Хорватии освободиться от сюзеренитета Византии (XI в.).

В 1035 г. Стефан, представитель хорватской династии, но родственник венгерского короля, стал королем Хорватии-Далмации, а Посавье (Sclavonia, banatus) получило правителя-бана. Эта область от Гвозда до Дравы все более воспринималась как особая часть хорватских земель, тесно связанная с Венгрией.

В X-XI вв. — времени наибольшего подъема, а затем упадка раннесредневекового хорватского государства — оно включало области бассейнов рек Купы, Савы до р. Дравы на севере (города Загреб и Сисак) и распространилось на восток до среднего течения Дравы. В X в. эта территория вошла в состав хорватского государства, но называлась Славонией (Склавонией), и лишь в XIII в. на ее часть распространилось наименование Хорватия. Славония приобретает статус «королевства» в первой половине XIII в. Итак, основными частями раннесредневекового государства был и Далматинская Хорватия и Славония, позднее (с XIII в.), то есть уже при венграх, — Далмация, Хорватия и Славония, территория которой постепенно расширялась на восток. Это так называемое Триединое королевство.

Создание хорвато-далматинского объединения ряд историков относит ко второй половине XI в. (при сохранении традиционной автономии далматинских городов).

В 1000 г. ряд далматинских островов и городов был захвачен венецианцами во главе с дожем Орсеоло, а дож присвоил себе титул dux Dalmatiae. Хорватия повела тяжелую борьбу за города и острова. При Петре Крешимире IV (1058-1073) острова и города были возвращены. При этом короле раннесредневековая Хорватия достигла вершины своей силы. Король называл Адриатику nostrum dalmaticum mare. Королевство в это время состояло из трех крупных областей: Далмации, Славонии и Боснии.

Продолжая традицию хорватских королей, Дмитрий-Звонимир (1074- 1089) укреплял связи с Римом. Он принял знаки королевского достоинства из рук папских послов и в 1075 г. признал себя вассалом св. Престола, который тогда занимал знаменитый Григорий VII (Гильдебранд). Согласно легенде, Дмитрий-Звонимир был убит на саборе под Книном, когда попытался убедить присутствующих принять участие в крестовом походе за спасение гроба Господня от сельджуков, фактически — за интересы Византии. Перед смертью король якобы предрек, что хорваты обречены на вечное подчинение государям «чужого языка» (т. е. народа).3

В конце XI в. венгерский король Ладислав I (в венгерской традиции Ласло I Святой, 1077-1095), воспользовавшись смутой в Хорватии, захватил Славонию и в качестве своего опорного пункта учредил Загребское епископство (1094 г.). Загреб стал важнейшим центром тогдашней Славонии.

Паннонская Хорватия развивалась относительно медленно. До XIV в. в источниках ее называют Sclavonia, Славония, то есть страна славян. Междуречье Савы и Драны сохранило это областное наименование до сих пор. Не без основания Е. П. Наумов считает, что замедленность этнической консолидации хорватов — то обстоятельство, что этноним хорваты обозначал лишь средневековую народность, которая сложилась в Далматинской Хорватии — связана с различиями в общественной структуре, степени феодального развития разных областей. Ликвидация самостоятельной хорватской государственности в начале XII в. еще больше затруднила формирование хорватского этнического самосознания. Наконец, этническое противостояние, связанное с включением романского населения островов в состав Хорватского королевства, могло содействовать развитию общеславянского самосознания, но в какой-то мере сдерживало укрепление самосознания хорватского.

Договор 1102г. Перед вхождением Хорватии в состав Венгерского королевства в принятии государственных решений еще принимали участие «знать» и «малые люди», т. е., вероятно, свободные люди более низкого ранга. Следовательно, феодальное классообразование еще не завершилось.

Раннефеодальное хорватское государство еще не вполне стабилизировалось. Аристократия стремилась к полной собственности на подвластные земли. Короли не обладали правами верховной собственности на территорию страны. Части государства в конце XI в. не были едины в этническом и политическом отношении (Далмация, Далматинская Хорватия, Славония). Поэтому в конце XI в. венгры без труда заняли Хорватию. Хорватский король Петр предпринял попытку отстоять страну. По сообщению венгерского источника, в битве с венграми он погиб. После этого венгерский король Коломан заявил о своих правах на хорватский престол. Во избежание недовольства и волнений хорватов Коломан якобы предпочел договориться с хорватской знатью. В 1102 г., выйдя с войском на Драву, то есть на хорватскую границу, Коломан из династии Арпада. основателя Венгерского королевства, якобы встретился со старейшинами 12 племен хорватских и заключил с ними договор (позднее названный pacta conventa). Текст договора сохранился в рукописи 1387/88 гг. Здесь сказано, что Коломан решил взять под свою власть всю Хорватию вплоть до далматинского моря. Представители хорватской знати (указано, из какого рода каждый) были посланы «хорватами, собравшимися все вместе на скупщину» (очевидно, посланцы были уполномочены собранием знати). «Старейшины племен», посоветовавшись с большим числом знатных, послали для переговоров жупанов (некоторые знатные фамилии встречаются в последующей истории), и те договорились с королем, что они «со своими ближними без всяких препятствий сохранят свои владения и имущество, что ни один из родов, ни их люди не должны ... королевскому величеству платить налог или доход. За исключением того, что упомянутые обязаны господину королю, если кто-либо нападет на его границы и господин король пошлет за ними, должны пойти не менее чем с десятью вооруженными всадниками от каждого рода — до Дравы за свой счет, а дальше за счет господина короля, и они должны оставаться, пока продолжается война. И так было договорено в году Господа 1102» [8; 9|. Это сообщение, как отмечалось, не может считаться несомненным, хотя нет оснований для его игнорирования «с порога». Как в XIII, так и в XX в. оно служило хорватам для построения идеологии отстаивания государственного права. Приводимое ниже заключение серьезного ученого свидетельствует об этом.

После этого Коломан был коронован хорватской короной в приморском Биограде. Ф. Шишич [5] 1916 г. так толкует договор 1102 г. «Венгрия и Хорватия — два отдельных королевства, будут иметь общего короля, но остаются двумя отдельными королевствами, объединенными в государственном отношении только личностью короля, который поэтому пополняет свой титул королем Далмации и Хорватии. Положение Хорватии как самостоятельного политического и государственного целого, следовательно, не изменилось, но права государя Хорватского королевства перешли к Коломану и его наследникам. А это означало, прежде всего: назначение бана, выдачу привилегий и даров, подтверждение на саборе изданных законов, сбор налогов и пошлин, пользование "королевской землей" вымершей хорватской национальной династии, верховное командование хорватским войском (exercitus croaticus) и прежде всего определение внешнеполитического курса. Все остальные внутренние дела — политические, административные, судебные, финансовые и военные — будет и в дальнейшем вести хорватское дворянство, но в согласии с представителем короля в Хорватии — баном, иначе — герцогом, когда он присутствует (в Хорватии. — В. Ф.), дворянству же принадлежит право в случае обороны и самостоятельное распоряжение хорватскими военными силами».

Здесь же Шишич отмечает, что гибель «древнего Хорватского королевства» стала следствием «противоречий, зависти и кровавых конфликтов» в среде знати, «коей племенные интересы все еще были важнее народных». Племство (знать. — В. Ф.) «в ту эпоху больше было занято своими привилегиями и личной выгодой, чем национальным характером государства». Другая причина — романские приморские города, не дававшие государству окрепнуть (вероятно, имеются в виду войны из-за них, их этнический состав и автономные права. — В. Ф.). Далее, «роковая борьба между хорватской народной церковью и космополитической латинской».

Итак, Шишич утверждает, что Хорватия в основном сохранила суверенитет, но вместе с тем говорит о трагических обстоятельствах гибели древнего королевства (см. также 10).

В связи с разногласиями в историографии относительно метода присоединения Хорватии к Венгрии в 1102 г. (завоевание или договор) В. Шушарин, автор соответствующего раздел а «Истории Венгрии»[11), обоснованно отмечает, что «сам факт сохранения в неприкосновенности совокупности привилегий хорватских феодалов, их полной социальной и несколько урезанной политической самостоятельности едва ли позволяет говорить о венгерском завоевании раннефеодального государства, каким являлось Хорватское королевство. В 1102 г. были оформлены, очевидно, отношения взаимовыгодного классового союза между феодалами Хорватии и венгерской раннефеодальной монархией». Аргументация убедительная. Надо добавить, что все это, по-видимому, происходило под сильным венгерским давлением.

Несомненно, что Хорватия сохранила определенную автономию. В частности, в 1273 г. «бан всей Славонии» Матвей, по происхождению венгр, собрал славонский сабор (документ сохранился в копии 1350 г.). На нем дворяне и служилые люди укрепленных городов вручили бану перечень традиционных прав королевства и бановины с просьбой придерживаться их, что было принято баном.

Расширение венецианских владений в далматинском приморье отрезало материковую Далмацию от морских путей, а связь Далматинской Хорватии с Венгрией, заинтересованность венгров в доступе к морю обеспечивала и хорватские интересы. Эта заинтересованность побуждала мадьяр мириться с автономией хорватских земель, поддерживать благоприятные отношения с хорватами. Таковы были внешние условия возможного договора 1102 г. И все же со временем венгерские власти стали меньше считаться с интересами хорватов и хорваты все более ощущали зависимость от Венгрии.

С начала XII в. хорватские земли оказались в государстве, где относительно быстро развивался феодальный строй. Хорватское дворянство приспособилось к новым обстоятельствам.

В культуре раннесредневековой Хорватии наряду с народной традицией решающее место занимали византийские и итальянские влияния. Византийская традиция сказалась, прежде всего, в архитектуре (Задарский собор IX в., церкви в Сплите, Трогире, Нине с их характерным орнаментом IX-X вв.) и предметах быта (сосуды-крестильницы, золотые и серебряные украшения и др.). Хорватская христианская культура отличалась распространением глаголической письменности. В разных местах было найдено несколько каменных памятных досок с надписями глаголицей на старохорватском языке. Наиболее знаменитая из них — Башчанская плита (или доска) с о. Крк (1100 г.). Созданная в XI в. рукописная глаголическая книга ныне хранится в музее в Южном Тироле.

Хорваты — единственный католический народ, воспринявший кириллическую (на краткое время) и глаголическую письменность, хотя официальным языком был латинский (до середины XIX в.). В церкви и переписке хорваты никогда не забывали родной язык.

Носителями и хранителями западной католической культуры являлись, прежде всего, бенедиктинские монастыри, которые создавались по итальянским образцам. Каждый монастырь собирал библиотеку, где рукописи создавались и переписывались. Однако государственное летописание еще организовано не было. При монастырях учреждались школы, где преподавался латинский язык. Но уже в IX в. упоминаются учителя, обучавшие горожан (купцов, нотариусов) [12]4




1Сложнейшая проблема этногенеза хорватов вне Хорватии выходит за рамки книги. Из новейших исследований этой бескрайней темы см. [3]. Как обычно на подобные темы, работа содержит весьма оригинальные рассуждения.

2 Наличие и древности больших семей («задруг») подвергается сомнению. Д. Павличевич отмечает, что само слово «задруга» позднего происхождения, до этого упоминали о «задружном быте». Он пишет, что в средневековых документах о задруге сведений почти нет (возможно, потому, что застойный быт крестьянина казался само собой разумеющимся). Поэтому неизвестно время возникновения задруги. Возможно, что это древнейший институт. Во время распада феодальных отношений была высказана догадка, что задруга была создана (навязана) землевладельцами, так как обеспечивала имение работниками. Еще в большей мере задруга была нужна командованию Военной границы для обеспечения военной службы, ухода за стариками, калеками и пр. Другая теория (XIX в.) рассматривала задругу как проявление исконного духа славян и специфическую форму землепользования, противостоящую «германской» частной собственности и «навящнному» славянам феодализму [6].

3 Текст об этом сохранился в виде приписки к Дуклянской летописи. Приписка на хорватском языке относится к XV в., ее латинский текст датируется XVI в.

4 Убедительную версию создания глаголицы см.: Флоря Б. Н. Сказания о начале славянской письменности. СПб.. 2000.
<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 3330


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы