Население Хазарского Каганата. В.Я. Петрухин, Д.С. Раевский.Очерки истории народов России в древности и раннем Средневековье.

В.Я. Петрухин, Д.С. Раевский.   Очерки истории народов России в древности и раннем Средневековье



Население Хазарского Каганата



загрузка...

Войны с арабами привели к дальнейшему расселению племен, подвластных Хазарии, в причерноморских степях. Они достигли лесостепи и мигрировали по Волге к северу до Волжско-Камского междуречья, земель будущей Волжской Болгарии: помимо болгар там оказались, как считает А. В. Гадло, часть савиров (сувар) и барсилов. Аланы стали оседать в бассейне Дона и Верхнего Донца, болгары — в низовьях Дона, сами хазары, барсилы и другие племена — в Нижнем Поволжье и калмыцких степях. В Нижнем Поволжье возник новый городской центр Хазарии — ал-Байда или Итиль.


Древности салтово-маяцкой культуры (Степи Евразии. С. 148)

Сформировавшийся в противостоянии Византии и Арабскому халифату Хазарский каганат простирался от предгорий Кавказа и Нижнего Поволжья до Среднего Поднепровья, где хазарам должны были
платить дань славяне (см. ниже). Его экономику характеризовало комплексное земледельческо-скотоводческое хозяйство: наряду с отгонным скотоводством, когда стада отгонялись летом из степей на горные пастбища, все шире распространялось земледелие и садоводство. Процесс массового оседания кочевников на землю отражают многочисленные поселения и могильники т. н. салтово-маяцкой культуры, включающие следы кочевий, постояннных неукрепленных поселений, городищ с земляными валами, замков с остатками каменных стен, городов-крепостей и, наконец, причерноморских городов, возродившихся под властью Хазарии, в том числе Фанагории и Таматархи-Тмутаракани [Плетнева 2000].
Локальные варианты салтово-маяцкой культуры, выделяемые благодаря исследованиям М. И. Артамонова, И. И. Ляпушкина, С. А. Плетневой, М. Г. Магомедова и др. исследователей, отражают этническую специфику тех групп населения Хазарии, которые занимали те или иные регионы причерноморской степи и лесостепи. В верховьях Дона и Северного Донца поселения с полуземлянками и юртообразными жилищами расположены гнездами вокруг городищ с белокаменными стенами (в том числе белокаменного Маяцкого городища на Дону, давшего наряду с Салтовским могильником название самой культуре). Городища расположены на высоких гористых берегах рек, на противоположных берегах простираются равнинные пастбища, что напоминает географические условия Северного Кавказа. Могильники состоят в основном из катакомбных погребений, что вкупе с данными антропологии позволяет относить население, оставившее эти памятники, к аланам. В бассейне Северного Донца и западнее аланы ассимилировали местное население — носителей упоминавшейся пеньковской культуры, которая приписывается обычно славянам-антам, но была распространена значительно шире, чем территория, отводимая антам в древних источниках. Кроме того, во второй половине IX в. в Подонье появилась группа кочевого населения, практиковавшая обряд трупосожжения с захоронением серебряных накладок на пояса и конскую сбрую и других частей погребального инвентаря в специальных тайниках; обряд и женские украшения, найденные в этих погребениях, указывают на связь их носителей с угорским населением Зауралья.
В донских степях земледельческое население жило на больших селищах и городищах, укрепленных земляными валами, с полуземлянками и юртобразными жилищами, кочевники оставили стойбища. Большое число амфор и пифосов — специальной тары для вина — свидетельствует о занятии виноградарством, ставшим традиционными для этого региона России. Хоронили умерших в простых могилах, рядом с могилами воинов совершали захоронение коней. Этот вариант салтово-маяцкой культуры, как и близкий ему приазовский, приписывается болгарам: для Приазовья характерна специфическая строительная техника — жилища и стены городищ строились из кирпича-сырца на каменном цоколе, жилища были двухкамерными — с сенями, которые зимой можно было использовать в качестве хлева для содержания молодняка. В Крыму такие жилища строили из камня, в соответствии с древней традицией каменного строительства.
Наряду с этими локальными вариантами в причерноморской степи известны одиночные курганные погребения с богатым воинским инвентарем и конями, которые приписываются собственно хазарам — господствующей в каганате племенной группировке. Наконец, знаменитый Вознесенский поминальный комплекс VIII в. на Днепре — прямоугольный вал из земли и камня, окружавший площадку с остатками сожжения многочисленных вещей (вооружения, конской сбруи, золотых украшений) и лошадиных костей, по интерпретации А. К. Амброза, близок поминальным памятникам Кюль-Тегина и других правителей Тюркского каганата в Центральной Азии; сходные памятники обнаружены не только в Среднем Поднепровье (возможно, к ним относится и упомянутый «клад» у Перещепина, приписываемый обычно Кубрату), но и в Поволжье и на Северном Кавказе. Эти памятники могли принадлежать представителям правящего рода Ашина, к которому относился и сам каган [ср. Айбабин 1999, 180—185].
Наиболее плодородные земли в центральной — донской — части каганата контролировались системой белокаменных городов-крепостей от Маяцкого городища в верховьях Дона до Правобережного Цимлянского в его низовьях и Семикаракорского на р. Сал, контролировавшего путь с Северного Кавказа на Дон. За стенами, достигавшими в ширину 4 м с башнями, располагались юрты. Техника кладки стен Цимлянского городища — из тщательно отесанных каменных блоков с внутренней забутовкой — напоминает технику строительства в Дунайской Болгарии, городище в Семикаракорах напоминает дагестанские крепости. Наконец, уже в 30-х гг. IX в. византийские инженеры построили для хазар на Дону кирпичную крепость Саркел.
Локальное разнообразие не заслоняет определенного единства салтово-маяцкой культуры, которое обнаруживают строительная техника, массовый бытовой инвентарь, в том числе характерная керамика, амулеты и т. п. Повсюду получила распространение тюркская руническая письменность. С. А. Плетнева [2000] показала, что эта культура является надэтнической — она характеризует государственную культуру Хазарского каганата. Существенно, что ареал салтово-маяцкой культуры совпадает с той территорией Хазарского государства, которую описал хазарский царь Иосиф в письме сановнику кордовского халифа Хасдаю Ибн-Шапруту.

Эта переписка между кордовским евреем и хазарским царем — т. н. еврейско-хазарская переписка — относится к эпохе заката Хазарского каганата в 60-е гг. Х в. [Коковцов 1932], но царь Иосиф в своем письме описывает Хазарию эпохи расцвета. В т. н. пространной редакции своего послания Иосиф пишет о том, что сам он живет на реке Итиль у моря Гурган — там была столица каганата и зимовище кагана, из которого каган, соблюдая традиции кочевой знати, отправлялся на лето по землям своего домена в междуречье Волги и Дона: крепости Саркел и Семикаракорское располагались на западных границах этого домена. Царь перечисляет подвластные ему «многочисленные народы» у реки Итиль, называя их имена по-древнееврейски: в русской транскрипции это Бур-т-с, Бул-г-р, С-вар, Арису, Ц-р-мис, В-н-н-тит, С-в-р, С-л- виюн. Далее в описании Иосифа граница его государства поворачивает к «Хуваризму» — Хорезму, государству в Приаралье, а на юге включает С-м-н-д-р и поворачивает к «Воротам» (Дербенту — Баб-ал-Абвабу) и горам, где живут подвластные хазарам народы, имена которых идентифицируется с трудом (см. Коковцов 1932, 98 и сл., а также Приложение 7 в конце пособия), за исключением алан и соседних с ними стран Аф-кана и Каса. Далее граница Хазарии идет к «морю Кустандины» — «Константинопольскому», т. е. Черному, где Хазария включает местности Ш-р-кил, С-м-к-р-ц, К-р-ц и др. Оттуда граница поворачивает на север к кочевому племени Б-ц-ра и доходит до области Х-г-риим.
Многие имена народов, которые, по Иосифу, платят дань хазарам, достаточно надежно восстанавливаются и имеют соответствия в других источниках. Первое из них — буртасы (Бур-т-с), имя которых напоминает уже упомянутый в связи с описанием этнического состава «державы Германариха» этникон морденс — мордва. Однако в древнерусском «Слове о погибели Русской земли» (XIII в.) приводится поразительно близкий список народов, подвластных уже Руси, где буртасы упомянуты наряду с мордвой: границы Руси простираются «от моря до болгар, от болгар до буртас, от буртас до чермис, от чермис до моръдви» [ПЛДР. XIII в., 130]. Считается, что этникон буртасы имеет иранское — аланское — происхождение и отражает аланский этноним фурдас — от фурд/форд 'большая река' и ас, распространенный аланский этникон. Как и многие древние этниконы, имя буртасы могло переноситься в источниках на разные этнические общности: в частности, так в Средние века могли именовать тюркоязычных соседей мордвы чувашей — потомков волжских болгар, топонимы Буртас, Буртасы известны на территории Мордовии и Чувашии [Фасмер, т. 1, 247—248]. В контексте письма Иосифа этот этникон очевидно привязан к Поволжью, где за буртасами следуют болгары (в списке Иосифа— Бул-г-р, что соответствует и данным арабского географа Х в. ал- Масуди), а далее — С-вар, название, которое увязывается с городом Сувар в Волжской Болгарии и с уже упоминавшимся именем савиров, одного из гуннско-хазарских племен. Следующий этникон арису сопоставляется с самоназванием этнографической группы мордвы эрзя (соответственно в буртасах иногда видят другую группу мордвы — мокшу). Имя Ц-р-м-с перекликается с чермис древнерусского источника: это — черемисы, средневековое название марийцев, финского народа в Среднем Поволжье. Об отношениях Хазарии с Волжской Болгарией мы еще будем говорить специально, сейчас отметим, что в 60-е гг. Х в., когда составлялось письмо царя Иосифа, едва ли была возможна какая бы то ни было зависимость народов Среднего Поволжья от гибнущего каганата.

То же можно сказать и о следующей группе народов, в которой усматривают славянских данников Хазарии. В этниконе В-н-н-тит обычно видят имя вятичей/вентичей, которые, по русской летописи, платили дань хазарам до их освобождения князем Святославом во время похода на Хазарию в 965 г. Уже упоминавшийся город Вантит «у пределов страны славян», видимо, отражает сходный этноним: предполагают, что этот «город» располагался на пути из Болгара — столицы Волжской Болгарии — к Киеву, описанном в позднем (XII в.) сочинении ал-Идриси, и даже отождествляют «Вантит» с «гнездом» боршевских — вятичских — поселений на Дону у Воронежа (ср. [Пряхин и др. 1997] и критику этих построений — [Калинина 2000]). Но следующий этни- кон — С-в-р — определенно означает северян, которые были освобождены от Хазарской дани еще князем Олегом, когда русские князья обосновались в Среднем Поднепровье (882 г. по летописной датировке — см. об этих событиях ниже). Термин С-л-виюн относится к общему названию славян: видимо, здесь можно подразумевать радимичей и полян, плативших дань хазарам до появления руси в Среднем Поднепровье в 860-х гг., а также славян — носителей т. н. боршевской культуры, достигших Подонья. Существенно, что по арабским источникам X в., еще в 737 г. во время похода в хазарские степи полководец Мерван пленил не только хазар, но и ас-сакалиба — так арабы называли славян; Танаис (Дон) в арабской географической традиции назывался «Рекой Славян», но контролировалась эта река хазарскими крепостями. В целом список данников, таким образом, относится ко времени не позднее второй половины IX в., скорее — ко второй половине VIII — первой половине IX в., времени расцвета Хазарского каганата. Этот список у Иосифа подчинен определенной системе: он начинается с народов Поволжья, включает вятичей на Оке, северян на Десне, видимо, приднепровских славян, и завершается на Дону. Отметим заранее, что тот же маршрут повторил в 965 г. Святослав, разгромивший Хазарию. На юге Иосиф включает в границы своего государства область Семендера (Самандара) — одного из главных городов Хазарии на Северном Кавказе (наряду со старой столицей Баланджаром) и Дербент — Каспийские «Ворота», по-арабски Баб-ал-Абваб. Дербент (Дербенд) в Дагестане — крепость, охранявшая важнейший проход в Закавказье, после арабо-хазарских войн в VII—IX вв. входила в состав халифата — там стоял арабский гарнизон. Город остался главным центром ислама на Северном Кавказе и после того, как в Х в. там обосновалась самостоятельная княжеская династия; вместе с тем население Дербента включало представителей местного «языческого» населения и даже русов, которых нанимали на службу правители города [Минорский 1963; Аликберов 2003, 187 и сл.]. Земли между Семендером и Дербентом входили в состав упомянутого княжества Серир, Сарир — страны аварцев, независимого от Хазарии и даже враждовавшего с ней. Неясны имена горских народов Дагестана, Чечни и Ингушетии, живущих между Дербентом и страной аланов, и тем более отношения с ними Хазарии: сами аланы могли выступать то как союзники (и данники), то как соперники хазар и союзники Серира. Зато упомянутые вслед за аланами страны Аф-кана и Каса, в отличие от прочих племен, перечисленных между этой страной и «морем Кустандины», надежно интерпретируются как земли абхазов и касогов русской летописи, кашак, касак арабских источников — адыгов Западного Кавказа (ср. [Гадло 1979, 170 и сл.]).


Хазарский каганат. Карта (по С. А. Плетневой 1986. С. 47)

Список западных областей в письме Иосифа начинает Ш-р-кил — Саркел, хазарская «Белая крепость», построенная византийцами по заказу кагана ок. 840 г. на Дону. Далее упоминается С-м-к-р-ц, в котором видят город на Таманском полуострове — Таматарху в византийских и Тмутаракань в русских источниках, и группы крымских городов, список которых возглавляет К-р-ц — Керчь, античный Пантикапей.
Страна Б-ц-р-а, расположенная к северу от Причерноморья — это земли печенегов, пачинакитов византийских, баджнак в арабских источниках; по-тюркски они звались бачанак, беченег («муж старшей сестры» — характерное для тюрков архаичное племенное наименование по отношениям родства). Эта кочевая тюркская орда появилась в степях Причерноморья в IX в. из-за Волги и к концу этого столетия стала там господствовать. Константин Багрянородный пишет [Об управлении империей, гл. 37], что хазары пытались остановить их продвижение и заключили союз с узами (огузами, гузами), но те лишь изгнали печенегов на запад. Новая орда, завоевывая пастбища, разорила многие хазарские земли и поселения, в том числе Маяцкое городище (видимо, печенежское нашествие стало началом упадка салтово-маяцкой культуры), древний город Фанагорию (уже не упомянутый в письме Иосифа) и Керчь — Боспор, и к началу Х в. обрушилась на Русь. Тот же Константин в самых первых главах своего труда «Об управлении империей» специально пишет «о пачинакитах: насколько полезны они», когда находятся в мире с «василевсом ромеев»; если посылать к ним чиновника с богатыми дарами и брать у них заложников, ответственных за сохранение мира, они не позволят ни руси, ни туркам-венграм, ни болгарам нападать на Византию. Позднее (глава 37), тот же автор дает этногеографическое описание Восточной Европы: земля печенегов — Пачинакия — «отстоит от Узии (земли узов-гузов. — В. П., Д. Р.) и Хазарии на пять дней пути, от Алании — на шесть дней, от Мордии (земель мордвы) — на десять дней, от Росии — на один день, от Туркии (Венгрии) — на четыре дня, от Булгарии — на полдня, к Херсону она очень близка, а к Боспору еще ближе». Печенеги вытеснили из степей Причерноморья венгров, которых Иосиф и поминает вслед за ними под именем Х-г-риим.
Венгры — угроязычный народ, кочевавший вместе с тюрками в восточноевропейской степи в VIII—IX вв., вероятно, происходил из праугорских областей Зауралья. Венгерские средневековые предания сохранили воспоминания о прародине — Великой Венгрии, локализуемой где-то в башкирских степях, между Волгой и Южным Уралом. В арабских источниках венгры именуются как маджар — мадьярами (самоназвание венгров), так и баджкурт — этот этникон родствен этнониму башкиры (хотя сам башкирский народ сложился позднее). В русских летописях венгров именуют уграми — этниконом, восходящим (как и западноевропейское наименование венгрыС) к гуннско-болгар- скому названию племенного союза оногур (он — «десять», и огур — «стрела»). Возможно, это наименование было известно еще славянскому объединению антов и славяне стали обозначать им кочевников восточноевропейских степей: в русской летописи черные угры — это собственно венгры, белые угры — одно из наименований хазар, что могло отражать их господствующее положение в каганате. Угорское самоназвание венгров — мадъярыь — родственно самоназваниям их зауральских родичей манси, некоторым племенным названиям башкир, а также имени исчезнувшего в Средние века волжско-финского народа мещера на Оке; предположительно оно означает 'человек, сородич' [Агеева 1990, 65—66]. Константин Багрянородный [38], называющий венгров турками, но упоминающий их самоназвание мадъяры, рассказывает, что венгры жили вблизи Хазарии, и их вождь «воевода» Леведия получил в жены от кагана благородную хазарку. Их страна также именовалась Леведией, но венгры вынуждены были покинуть ее под натиском печенегов, и часть их переселилась в землю, называемую Ателкузу (Этель-кузу), часть откочевала на восток к Персии. Местность Ателкузу помещается большинством исследователей между Днепром и Днестром; под Киевом сохранилось урочище Угорское, где, по летописи, стояли в своих «вежах» угры-венгры; уже из Ателкузу каган призвал к себе Леведию и назначил по его совету правителя по имени Арпад, который стал основателем династии венгерских королей. Арабский анонимный автор, на записку которого опирался, в частности, географ начала Х в. Ибн Русте, сообщает, что страна мадьяр располагается между странами печенегов и племени искилъ (эскел, эсегел) — части волжских болгар, венгры берут дань с соседних славян (сакалиба), захватывают их в плен и продают ромеям (грекам — ар-Рум) в их пристани К.р.кх (Керчь). Мадьяры кочуют между двумя реками в стране сакалиба — Итилем (текущей к хазарам) и Дуба (или Рута): за одной из этих рек живет народ нандар, относящийся к ар-Рум, над их областью — высокая гора, за которой обитает христианский народ м.рват. Не одно поколение исследователей стремится разобраться в этом тексте (точнее — своде текстов, восходящих к анонимной записке: ср. из последних работ [Заходер 1967, 47 и сл.; Калинина 2000; Мишин 2002, 54—60]). Главный вопрос — о реках, между которыми были расположены венгерские кочевья: одна из них — Дуба — давно отождествлена с Дунаем; за ней действительно обитал народ нандор — так венгры называли болгар (это название восходило к древнему тюркскому этнониму оногундур); дунайские болгары расселились в пределах Ромейской империи, поэтому и были отнесены к ар-Рум. Горой, за которой обитают м.рват, оказываются, таким образом, Карпаты, за ними действительно жили славяне — моравы. Сложнее обстоит дело с рекой Итиль, потому что по-тюркски итилъ и означает «река». Большая часть исследователей видит в этом Итиле не Волгу, а Днепр, за который ушли венгры в страну Ателкузу (Этелькузу), которая по-венгерски и означает «Междуречье».
Не менее сложен вопрос о том, когда происходили описываемые события. Существенно, что в области славян анонимный автор и Ибн Русте не упоминают руси: народ ар-рус, в описании арабского географа, еще живет на загадочном острове, откуда на кораблях ездит к славянам за данью и берет их в рабство подобно венграм, продавая рабов в Хазарии и Болгаре (см. о руси ниже). Из Начальной летописи известно, когда русь впервые оказалась в земле днепровских славян: дружина Аскольда и Дира обосновались в Киеве после призвания в Новгород варяжских князей — это произошло в 860-е гг. К этому времени венгры кочевали в Ателкузу.

Но и в Ателкузу венгры подверглись нашествию печенегов и вынуждены были переселиться в конце !Х в. в Великую Моравию (Паннонию), где обрели новую родину (см. [Шушарин 1997]). Многочисленные аналогии древностям венгров известны на широких просторах Восточной Европы — от Среднего Поволжья до Среднего Поднепровья, в том числе на славянских поселениях (см. сводку: [Седов 1987]); данные языкознания свидетельствуют о тесных славяно-тюркско-венгерских контактах в этот период, в том числе о заимствовании венграми при тюркском (хазарском) посредстве таких важных для праславянской этнокультурной истории слов, как королъ и влах — «франк, итальянец» [Хелимский 2000, 433—435].
В целом царь Иосиф в своем письме описывает «предельные» границы Хазарии периода ее могущества: прочие источники подтверждают ту или иную степень зависимости перечисленных им народов от хазар, но зависимость эта не была постоянной, данническо-союзнические отношения могли превращаться во враждебные и «колебались» в соответствии с геополитической ситуацией, в том числе политикой Халифата и особенно Византии, использовавшей печенегов и русь против хазар, или, напротив, поддерживавшей слабнущую Хазарию строительством крепости (Саркел) и т. д.
Что касается самих хазар, то письмо Иосифа содержит характерную легенду об их происхождении, основанную на библейской традиции. Иосиф относит хазар к сынам Иафета, потомству его сына Гомера, а именно к Тогарме (Фогарме): это отождествление имеет глубокие и даже «историчные» истоки не только потому, что народы Европы и кочевники Евразии традиционно относились к потомкам Иафета, но и потому, что библейское имя Гомер очевидно восходит к наименованию киммерийцев, под Тогармой же традиционно понималась в еврейской традиции Армения. Боспор Киммерийский и Закавказье действительно были регионами первоначальной активности хазар. К сыновьям Тогармы Иосиф причисляет эпонимы: Авийор (Уюр, Агийор в краткой редакции письма), который отождествляют с иверами-грузинами или угурами-огурами; Тудис (Тирас в краткой редакции, традиционный библейский этникон); Аваз — Авар в краткой редакции, эпоним аваров; Угуз — эпоним гузов (узов), Биз-л — предположительно бар- силы, племя, родственное хазарам; Т-р-н-а сравнивают с названием венгерского рода Тариана у Константина Багрянородного (если это не отражение титула тархан); далее следует собственно Хазар и некий Янар — З-нур в краткой редакции, которого отождествляют с горским народом цанар, обитавшим к западу от Дарьяльского ущелья; список завершают болгары и савиры. Интересно, что сходный список 10 сыновей Тогармы имеется в другом еврейском источнике Х в. — «Книге Иосиппон», составленной в Италии: там к ним причислены «роды» Козар (хазар), Пецинак (печенеги), Алан, Булгар, Канбина (?), Турк, под которыми, очевидно, имеются в виду венгры или кавары, отколовшаяся от хазар и примкнувшая к венграм тюркская группировка; далее упоминаются Буз, или — Куз, под которыми следует видеть гузов-узов, Захук (?), Угр — собственно венгры, имя которых Иосиппон дает в славянской передаче, наконец, Толмац — одно из печенежских племен.
Списки народов, относящихся к потомству Тогармы, в двух источниках не вполне совпадают; показательно при этом, что в Иосиппоне хазары возглавляют список, что, видимо, отражает представления об их господствующем положении, у Иосифа же, напротив, подчеркивается, что его предки были малочисленны и Хазар был лишь седьмым сыном Тогармы. Могущество их возросло после того, как им удалось победить многочисленных врагов, названных В-н-н-т-р, которых хазары преследовали до реки «Дуна» — Дуная. Предполагают, что это имя относится к племенному объединению оногуров, которое включало болгар Аспаруха, бежавших от хазар за Дунай. Тогда хазары овладели страной В-н-н-т-р, которой обладали до времени правления Иосифа.
Происхождение хазар царь Иосиф связывает, таким образом, с группой тюркских народов. Арабские географы сообщают, однако, что хазары отличались от тюрков: согласно автору Х в. ал-Истахри, они делились на две группы — «кара-хазары», или черные хазары, смуглые как индийцы, и белые хазары, отличающиеся красивой внешностью. Современные исследователи склонны усматривать в этих группах правящий слой — собственно хазар (белых хазар) — и зависимых «черных» людей; ал-Истахри под черными хазарами имеет в виду прежде всего рабов из страны хазар, оказывающихся на восточных рабских рынках: рабы принадлежат к язычникам, так как только язычники, но не находящиеся среди хазар иудеи и христиане, разрешают продажу детей и сородичей в рабство. Возможно, такое значение термина белые хазарыь сохраняется в упомянутой византийской (и древнерусской) историографии, где хазары именуются белыми уграми, а подвластные им венгры — черными уграми. Не следует при этом забывать, что цветовые классификации, характерные для этнических и географических представлений тюрков и других народов, не могут быть прямо перенесены на социальные и тем более антропологические реалии: ср. упоминавшихся белых гуннов — эфталитов, черных и белых болгар, белых хорватов и т. д. вплоть до Черной и Белой Руси. Однако представление о «черных» людях, как о зависимых, обложенных податями, надолго сохранилось в средневековой традиции (включая древнерусскую).
<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 6590


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы