1.5. Арийская Индия. Ю. Д. Петухов, Н. И. Васильева.Евразийская империя скифов.

Ю. Д. Петухов, Н. И. Васильева.   Евразийская империя скифов



1.5. Арийская Индия



загрузка...

Остается проследить связь между народами Великой Скифии и теми самыми загадочными ариями, вторжение которых в конце II тыс. до н. э. на равнину между Индом и Гангом образовало цивилизацию Индии. Этот вопрос — поистине ключевой не только для истории России и Индии, но и для истории всех народов индоевропейской (арийской) языковой семьи. Индийские арии более стойко, чем какой-либо из народов этой семьи, держались древней, общей для всех религиозной традиции (эта религия истока дошла до нас благодаря Ведам).
Неудивительно, что проблема индоариев вызывает необычайный интерес, причем способы ее решения очень часто оказываются далеки от науки и подвержены влиянию политических страстей. Многие из спекуляций сравнительно недавнего прошлого оказались развеяны; относительно происхождения индоариев выяснилась одна истина: они прибыли в Индию на своих «колесницах» из южнорусских степей, на рубеже II и I тыс. до н. э.1
На этом, однако, исследование «индоарийской» проблемы наткнулось на некое препятствие. С какими конкретно народами южнорусских степей, известными в историческую эпоху, следует связать ариев, ушедших в Индию? В этом заключается вся проблема. Какое отношение имели индоарии, ушедшие из России в Индию около XI в. до н. э., к тем киммерийцам и скифам, которые заселяли русские степи, согласно дошедшим до нас письменным источникам, несколькими веками позже — с VIII–VII вв. до н. э.? Была ли между ариями и скифами прямая преемственность?
Несмотря на то, что данные археологии ясно показывают: культура Скифии железного века полностью преемственна с протоарийскими культурами эпохи поздней бронзы, II тыс. до н. э., связь между индоариями и скифами до сих пор было принято яростно отрицать. Если вспомнить о прямой связи между Скифией и современной Россией, то не приходится удивляться почему…
Как можно больше «разрывов» в истории степной Евразии — вот девиз фальсификаторов истории. Попытки всячески занизить временной рубеж, с которого следует начать историю киммерийцев и скифов, служат именно этой цели. Якобы индоарии жили в России в бронзовом веке, а потом… взяли, да и переселились полностью в Индию! А на их место откуда-то пришли новые, чужие им народы.
Но археология свидетельствует, что прямые предки скифов и киммерийцев, носители Андроновской культуры (Урал-Приаралье — Южная Сибирь) и Срубной культуры (Урал-Волга-Причерноморье) соответственно, занимали как раз те самые земли, которые можно назвать прародиной индоариев. В Индию ушла только часть этих народов, и само АРИЙСКОЕ ВТОРЖЕНИЕ МОЖНО РАССМАТРИВАТЬ КАК РАСШИРЕНИЕ ВЛИЯНИЯ ВЕЛИКОЙ СКИФИИ НА ЮГ.
Понятие «арья», послужившее названием индоевропейской языковой семьи, сохранилось почти у всех народов этой семьи (хеттское ara— «свободный», ирландское aire— «вождь, знать», airig— «сословие свободных», скандинавское arjoster — «знатнейшие», наконец, греческое «аристократ»…) Не приходится сомневаться: «арья» и родственные ему индоевропейские формы с обозначением социальной группы свободных общинников и особенно их воинской элиты возникли до окончательного разделения индоевропейцев»2. (Перечисленные значения понятия «арии» верны, но вторичны. Исходное «арии» — эпитет-самоназвание русов, не требующее перевода, — «ярые», «жизненноактивные, энергичные, жизнестойкие». Именно арии, попадая в гибридную и иноэтническую среду, становились вождями, князьями, царями, элитой — и тогда понятие «арии-ярые» приобретало своё вторичное значение. Это несомненно. Так же, как первичный этноним-самоназвание суперэтноса — «русы», в значении «светлые, русые, красные, хорошие, красивые, свои», при вычленении сыновних этносов и в иноэтнической среде приобретал значение «царь, вождь, князь, господин, благородный» и т. д. Двойного совпадения в отношении к одному первоэтносу быть не может. Этимология «арии» = «ярые» — безукоризненна. Понятие «арии» древнее индоевропейской общности, его истоки в эпохе проторусов-«кроманьонцев» ностратической языковой макросемьи XXXV–XXV тыс. до н. э. — Примеч. Ю. Д. Петухова.)*
Очевидно, что термин «арья» применялся и в качестве этнонима, самоназвания народа; вместе с движением этого народа он «экспортировался» в разные стороны, дав названия таким удаленным от исходного пункта (южнорусских степей) стран, как Ирландия (Eire) и Иран (Airyanan)… Многочисленные названия типа Ир-ландия (страна ариев) могли образоваться в разных концах Старого Света только вместе с расселением ариев как особого этноса. Но это обстоятельство принято отрицать с подозрительной нетерпимостью. Почему, становится ясно, если учитывать, что термин «арья» как этноним применялся к жителям Великой Скифии в «исторические» времена, в эпоху античности и даже Средневековья.
С ним связано по происхождению название АЛАНЫ (через чередование л/р, ария — ариан — алан)3, широко распространенное на просторах Евразии в позднеантичную эпоху. Термины АЛАНЫ, «роксаланы», или РУСЫ-АЛАНЫ, «сарматы», или САВРОМАТЫ, «скифы», или СКОЛОТЫ (СКЛАВЕНЫ), воспринимались античными авторами как синонимы. Самоназвание «арии-аланы» сохранялось в южнорусских степях еще со времен поздней бронзы.
Смысл этого самоназвания понятен: арии-аланы — это «свободные люди», «воины-общинники», поддерживающие в своей стране государственно-общинный строй. Этим строем «истинные арийцы» и отличались от других народов, почему социальный термин и превратился в этноним. Обозначением высших социальных слоев (аристократии) термин «арья» становился в случае внешней экспансии цивилизации Великой Скифии, сопровождавшейся утверждением в разных странах элиты «арийского» происхождения.
Прародина индоариев находилась в южнорусских степях. Вопрос в том, откуда осуществлялось движение индоариев: из ареала Андроновской культуры, занимавшей земли от Урала до Алтая, или родственной ей Срубной, занимавшей юг Русской равнины? Данные археологии позволяют утверждать, что на юго-восток, в Среднюю Азию и далее в Индию двигались как «срубники», так и «андроновцы»4. Исследования скифских курганов Восточного Памира показали, что люди, оставившие их, относились к антропологическому типу, характерному для жителей восточноевропейских степей, тогда как скифы северо-восточных областей Средней Азии — к более круглоголовому типу, преемственному в этом районе и в Южной Сибири со времен Андроновской культуры5. Жители Памира оказались физически больше похожими на «срубников», чем «андроновцев», что показывает: реальные перемещения населения с юга Русской равнины в Среднюю Азию (далее в Индию) были.



Лингвистические исследования указывают на Северное Причерноморье и Приазовье как на исходный пункт движения «индоариев». В этом регионе, особенно на Кубани, на Дону и в Крыму, обнаружено множество древних топонимов, звучащих совершенно «на санскрите»; жители Восточного Приазовья еще в античную эпоху прямо назывались СИНДАМИ, а одно из названий реки Дон звучало как Сину, что явно восходит к слову «СИНД» (на санскрите «река»)6. Топонимика приазовской СИНДИКИ была полностью «скопирована» в Южной Азии, в результате чего получилась современная ИНДИЯ… ИНДОАРИИ — ЭТО СИНДЫ-МЕОТЫ, ЖИТЕЛИ ПРИАЗОВЬЯ, потомки носителей Срубной культуры, но не скифы в узком смысле. Впрочем, оба народа были близки друг другу — их можно называть «скифами» в широком смысле этого термина.
Происхождение индийской (и иранской) цивилизаций из южнорусских степей бесспорно. Но процесс становления этих цивилизаций понимался как перемещение населения, перенесшего с севера на юг свой язык и культуру в готовом виде. С этой точки зрения скифы, оставшиеся в русских степях, лингвистически (и этнически) относились к той же самой индоиранской группе, что и население Южной Азии… На самом деле евразийскую степную культуру скифской эпохи и цивилизации Индии и Ирана отличали многие черты. Взять антропологический тип населения: разница между «северным» и «южным» типами была примерно той же, что и сейчас. Велики были отличия и в экономике, образе жизни, культуре. Ясно, что взаимодействие Великой Скифии и цивилизаций Южной Азии происходило по более сложной схеме, чем «большой взрыв», механически разбросавший якобы древних ариев из некоего центра в разные стороны. Решить проблему генезиса цивилизаций Южной Азии мешает застарелый миф об ираноязычии скифов… Не говоря уже о том, что с чисто лингвистической точки зрения этот миф никак не обоснован, он еще и противоречит сведениям об историко-культурных связях России и Индии.
Можно без труда убедиться, что индо-славянские связи гораздо теснее, чем славяно-иранские. Обнаружено множество соответствий славянской религии и религии Вед; поражает удивительное сходство славянских языков с санскритом; то же сходство заметно и в обрядах7. Индийское «сати», добровольное сожжение жены при погребении мужа. У русских в приазовской «Индоарике» этот обряд сохранялся до конца X в. н. э.!8 И вообще иранский, зороастрийский, обряд погребения не имеет ничего общего с кремацией, принятой как у значительной части славяно-русов, так и в Индии.
Теснейшие славяно-индийские связи всегда были «камнем преткновения» на пути теории ираноязычия скифов. В самом деле, как это славяне могли установить прямую связь с Индией, минуя целое «ираноязычное» степное море? Такое представление есть геополитический абсурд! Но если считать, что скифы — сколоты, предки славян — и были индоариями, тогда все становится на свои места.
Как и каким образом разошлись индийская и иранская группы и почему индийская цивилизация, в языковом отношении близкая иранской, обнаруживает явные следы религиозного и культурного влияния со стороны славянского мира, — вот в чем вопрос. Решить его можно, признав, что скифы есть прямые предки славян, и что индийская и иранская цивилизации сформировались под «скифским» влиянием, но в разное время и в результате длительного волнообразного процесса.
Не подвергая сомнению устоявшуюся догму «ираноязычия скифов», исследователи вынуждены были утверждать, что индоарийская общность намного древнее иранской, представляя собой более ранний импульс воздействия степной цивилизации на Южную Азию (в таком случае скифов, оставшихся в степях Евразии, можно объявить ираноязычными). Однако современные данные археологии и источников говорят совсем о другом.
Собственно индо-иранская общность сложилась в Средней Азии, на периферии арийского степного мира, очень давно, видимо, еще в эпоху неолита (VI–IV тыс. до н. э.); в период ранней бронзы, в III тыс. до н. э., началось ее движение на юг, в Иран, отчетливо прослеживаемое по распространению культур так называемой «серой керамики», преемственных с иранской традицией исторически известного периода9. Расхождение между индийской и иранской группами началось еще в Средней Азии и было обусловлено естественными границами между прикаспийской Гирканией (место формирования иранцев) и более восточными областями Согда и Бактрии10.
Протоиранцы «спустились» из Средней Азии в Иран еще в III–II тыс. до н. э., тогда как арии проникли в Индию намного позже, на рубеже II и I тыс. до н. э.; первоначальный импульс их движения исходил скорее всего из Приазовья, из страны приазовских и кубанских киммерийцев — синдов. Есть основания полагать, что в те времена киммерийцы и скифы уже сильно отличались по языку и культуре от индоиранцев (с которыми разошлись в период неолита), но были близки своим непосредственным потомкам — русским, славянам.
Этим и обусловлена разная степень связи Ирана и Индии со славянским миром. Протоиранская цивилизация обособилась на среднеазиатской периферии Скифии еще в неолите и «истекла» на юг в эпоху ранней бронзы, а протоиндийская, формировавшаяся рядом и одновременно, распространилась в Южную Азию только на рубеже железного века, под влиянием новых импульсов из Великой Скифии и под прямым руководством новой «арийской» элиты.
Неудивительно, что индийская традиция, сложившаяся в своих основах в раннем железном веке, сохранила стойкую память о «первопредках», ариях-степняках, тогда как иранская традиция, очевидно восходящая еще к эпохе ранней бронзы или даже к неолиту, не содержит ничего подобного, более того, рассматривает степной мир (Туран) по отношению к себе как враждебный. (Туран — степной тюркоязычный мир. Здесь дуализм: Иран — Туран, арии — тюрки. — Примеч. Ю. Д. Петухова.)
Можно утверждать, что ФОРМИРОВАНИЕ «АРИЙСКОЙ» ЭЛИТЫ В ИНДИИ РАННЕГО ЖЕЛЕЗНОГО ВЕКА ЕСТЬ РЕЗУЛЬТАТ ВОЗДЕЙСТВИЯ СКИФСКОЙ (РУССКОЙ) ЦИВИЛИЗАЦИИ. Это воздействие попало, в свою очередь, в индоиранскую языковую среду, образовавшуюся (под влиянием тех же импульсов) в Средней Азии намного раньше, еще в период бронзы и неолита. Какого-то одномоментного «расселения ариев в Индию», видимо, никогда не происходило; на самом деле имело место сложное, многовековое и многоступенчатое взаимодействие цивилизаций, направление которого, однако, было необратимым: с севера на юг.
Интересно, что экспансия Великой Скифии на Балканы и в Южную Азию на рубеже железного века протекала одновременно. Это еще раз показывает, что единство степной цивилизации Евразии определенным образом поддерживалось, и эта цивилизация, испытывая подъем, оказывала воздействие на окружающий мир по всем направлениям своих необъятных границ разом.
Воздействие, которое оказали индоарии на формирование цивилизации Индии, известно благодаря сохранившейся религиозно-исторической традиции. Религия, письменность, эпос, городская культура, конная армия, технология выплавки железа — вот что появилось в Индии вместе с переселенцами из Великой Скифии.
Но после того как археологи раскопали величественную городскую культуру бассейна реки Инд эпохи ранней бронзы (Хараппа, Мохенджо-Даро), вопрос о взаимоотношении «индоариев» с местным населением приобрел новое значение. Развитая цивилизация существовала в Индии еще за тысячу лет до прибытия ариев. Благоустроенные города с населением до 100 тыс. человек, снабжаемые продуктами развитого ирригационного земледелия, процветали несколько столетий (с XXIV по XVI в. до н. э.), но после пришли в упадок, были занесены песком. Это дало повод к созданию концепции «варварского вторжения ариев»11. Якобы в бассейне реки Инд в эпоху бронзы процветала цивилизация, созданная местным (темнокожим и дравидоязычным) населением; северные «варвары-кочевники» напали на нее, разрушили города, привели все в упадок, и только через столетия прежний культурный уровень был кое-как восстановлен. Эта концепция соответствует представлениям, сложившимся о развитии цивилизаций на Западе. Та же самая песня: жили-были цивилизованные греки-ахейцы, на них напали «дикие» дорийцы, надолго понизили культурный уровень… и т. д.
Миф об индоариях как «варварах», разрушивших древнюю цивилизацию бассейна реки Инд, старательно поддерживается европейско-американской историографией и вошел во все учебные пособия12. Между тем имеются факты, полностью его опровергающие. Между приходом ариев в Индию и падением Хараппы существует продолжительный разрыв в несколько столетий. Примитивные культуры, наследовавшие бассейн реки Инд после запустения городов Хараппы, принадлежали не ариям, а местным негроидным племенам, выходцам из соседнего Белуджистана13. Арии же появились на севере Индии не ранее XI–X вв. до н. э., и их движение отчетливо прослеживается по распространению культуры «серой расписной керамики». При этом зона распространения индоарийской культуры далеко не совпадала с ареалом древней цивилизации Хараппы, удаляясь от него далеко на восток, к Гангу.
АРИИ НЕ РАЗРУШАЛИ ЦИВИЛИЗАЦИЮ ИНДИИ, НО НАПРОТИВ, ВОССТАНОВИЛИ ЕЕ. Возникает вопрос: почему древнейшая цивилизация Индии оказалась столь хрупкой? Почему понадобилось ее восстанавливать извне? Почему она погибла, не оставив никакого следа в памяти потомков? Судя по антропологическому типу, создатели Хараппской культуры были автохтонами Южной Азии (но более негроидными, чем современное население Индии). Но бронзовая цивилизация Инда так внезапно появилась и так основательно погибла, что трудно утверждать о ее местном происхождении.
Иероглифическая письменность Хараппы имеет определенное сходство с системами письма различных регионов Евразии — она не могла возникнуть на местной основе, в условиях изоляции. Есть следы, прямо указывающие на регион, с которым поддерживала связь древнейшая индская цивилизация — петроглифы, «листы каменной книги», идентичные в Северной Индии, в Центральной Азии и Южной Сибири (на Алтае) в эпоху ранней бронзы!14 Сибирь и Туркестан в это время принадлежали арийским народам, следует полагать, что их влияние захватывало и бассейн реки Инд.
Возможно, города бассейна Инда были созданы под воздействием древнейшей арийской цивилизации Центральной Азии. Данные археологии свидетельствуют, что гибель Хараппы не была внезапной: города приходили в упадок постепенно, вместо плановой постройки начинали застраиваться беспорядочно, а затем и вовсе пустели… Жители их, судя по сохранившимся останкам, страдали от тяжелых инфекций, что указывает на заболоченность окрестных почв, возникшую из-за упадка ирригационной системы. Гибель Хараппы была вызвана расстройством системы управления… Как только элита древнеиндского общества перестала получать «подпитку» с севера, городская культура бронзы «утонула» в местной среде… (Цивилизации Хараппы и Мохенджо-Даро были заложены предшественниками и предками индоариев — русами-бореалами, освоившими дорогу к Инду и Гангу ещё в XX–X тыс. до н. э. На бореальную волну наложились первые выселки «доклассических» русовариев, земледельцев и скотоводов — они и создали величественные города долин Инда. Хараппа и Мохенджо-Даро — типичные земледельческие цивилизации суперэтноса и его сыновних этносов, аналогичные Шумеру, Древнему Египту, Ассуру-Аккаду, Сурии-Палестине… Погибли цивилизации Инда по той же причине, что и цивилизации русов-индоевропейцев Ближнего Востока: концентрация инфильтрующихся в индоевропейские социумы иноэтнических носителей присваивающего способа хозяйства превысила допустимые пределы — по классической прозе Шумера, «торгующих стало больше трудящихся…», паразитарный элемент — торговцы, менялы, ростовщики, посредники, криминалитет с их «системой ценностей» и моралью деградантов-инволюционеров — разъели изнутри процветающее общество созидателей-земледельцев, разрастающийся паразит выглодал изнутри и отравил своими трупными ядами здоровый прежде организм*. — Примеч. Ю. Д. Петухова).
Приход ариев в Индию в начале железного века не был уникальным событием в ее истории. Подобные события повторялись не один раз — индийская цивилизация формировалась в результате взаимодействия автохтонного населения с миром континентальной Евразии. Столь мощная и оригинальная культура, как индийская, не могла возникнуть в изоляции. В силу чисто географических причин Южная Азия оказывалась своеобразной «копилкой» культуры Великой Скифии, куда время от времени откладывались все новые и новые ее пласты и где они хорошо сохранялись.
Взаимодействие Индии с северным, «евразийским» степным миром не закончилось созданием цивилизации железного века; оно продолжалось и в эпоху античности. На протяжении всего раннего железного века и эпохи античности мы видим, как государственно-политические импульсы неоднократно «истекали» в Индию из Великой Скифии. Во времена наивысшего могущества скифской империи (VII–VI вв. до н. э.), когда в сферу ее влияния вошел Ближний Восток на одном конце света и бассейн Хуанхэ на другом, Индия не оставалась вне ее границ. Саки (среднеазиатские скифы) уже к VI–V вв. до н. э. продвинулись в Восточный Афганистан и Северо-Западную Индию15. Это раннее скифское вторжение в Индию обычно замалчивается. Почему — вполне понятно: сразу же возникает аналогия с движением ариев, бывшем всего на 4–5 столетий прежде, и невольно ставится вопрос: а не тождественны ли «арии» и саки-скифы? Между тем проникновение саков-скифов в Северную Индию оказало влияние на социально-политическую обстановку (пришельцы с севера пополнили ряды элиты индийского общества), на религию и культуру. Достаточно вспомнить, что принц Сиддхартха Гаутама, более известный под именем Будда, происходил из знатного рода Шакья Myни (шаки=саки=скифы)…
Прошло еще 4–5 столетий, и все повторилось снова. В первые века до н. э. на территории Афганистана и прилегающей части Ирана, вплоть до правобережья реки Инд, были созданы «индо-скифские» царства — результат экспансии Великой Скифии на юг в сарматскую эпоху (III–I вв. до н. э.). Около 141 г. до н. э. на территорию Бактрии из Восточного Туркестана вторглись кушаны. Их государство постепенно расширилось, подчинило индо-скифские княжества Афганистана и во II–III вв. н. э. включило в свои пределы всю Северную Индию (кроме Деканского полуострова).
Империя, созданная кушанами, была огромна по территории, пестра по этническому составу и просуществовала недолго. Но она оставила след в истории и культуре Индии и всего Востока. Здесь развился в мировую религию буддизм.
Историки не могут определить, кем были создатели этой великой империи, соизмеримой с Римом, Парфией и Китаем династии Хань. Мешает предвзятое отношение к скифам и ариям.
Кушаны были народом арийского происхождения, известным по китайским хроникам как «юэчжи». В 165 г. до н. э. они потерпели поражение от хунну; покинув восточно-туркестанские степи, обосновались в Семиречье, к северу от Тянь-Шаня. В 128 г. до н. э. китайский посол застал их в Бактрии, на северном берегу Аму-Дарьи.
Бактрия в кушанский период именовалась Тохаристаном; видимо, «тохары» и «кушаны» — синонимы. Тем более что в Восточном Туркестане (откуда вышли кушаны) были обнаружены знаменитые буддийские рукописи на тохарском языке. Есть свидетельства, что названия «тохары» (tukri) и «кушаны» (kusi) принадлежат одному и тому же народу16. Правящий слой Кушанской империи состоял не только из тохар: в движении на юг тохары присоединили среднеазиатских скифов. «В ПРОЦЕССЕ ЗАВОЕВАНИЯ СЕВЕРНОЙ ИНДИИ КУШАНАМИ НА ТЕРРИТОРИЮ ИНДИИ ПЕРЕСЕЛИЛОСЬ МНОГО КОЧЕВЫХ ПЛЕМЕН САКСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ»17.
Таким образом, Кушанская империя синтезировала четыре этнокультурных потока: собственно кушанский (тохарский), наследие древней арийской цивилизации Центральной Азии; иранский — местный среднеазиатский, индийский и скифский.
Относительно Скифии позднеантичной эпохи прямо можно утверждать, что с нею сохраняла преемственность средневековая Россия; следовательно, СКИФСКОЕ ВЛИЯНИЕ В ИМПЕРИИ КУШАН МОЖНО РАССМАТРИВАТЬ КАК РУССКОЕ ВЛИЯНИЕ В ИНДИИ.
На рубеже н. э. в Индии распространилось типичное для Великой Скифии той эпохи вооружение — тяжелые бронированные доспехи всадников18. Оружие поступало в Индию экспортом и напрямую — с сако-кушанской конницей, расширявшей границы империи. Создание Кушанской империи происходило относительно мирно, не сопровождаясь тяжелыми жертвами и разрушениями, как во времена исламских завоеваний в Индии, видимо, потому, что саки-скифы и кушаны были носителями той же религиозной и цивилизационной традиции, что и жители Индии, наследовавшие ее от предков — ариев. Новое «вливание» скифов в индийскую элиту на рубеже н. э. не нарушало древнюю религию Вед, но напротив — способствовало ее возрождению.
Индийский поэт Калидаса сообщал, что царь Пашьямитра (187–151 гг. до н. э.), основатель династии Сунга, восстановил древнюю церемонию ашвамедхи (принесение в жертву коня); подтверждения этому — в надписях II в. до н. э. Это обычай среднеазиатских скифов, связанный с культом Солнца; описание его есть у Геродота (История, 1, 216). В эпоху Вед обряд в Индии был, но позднее исчез и появился вновь в эпоху индо-скифских царств и кушан. В этой связи обращает внимание то, что в последние века до нашей эры и в первые века нашей эры в Индии резко усиливается значение культа Солнца. И это явление, очевидно, обязано влиянию среднеазиатских племен и их верований» (Россия и Индия, с. 23).
Итак, скифо-кушанское влияние в Индии укладывается в знакомую схему: создание высокоорганизованных политических структур имперского, государственно-общинного типа — перевооружение на новой технологической основе («рыцарская» конница) — усиление «солнечной» религии. Фактически Индия на рубеже новой эры пережила «второе пришествие ариев», резко усиливших цивилизацию «ведического» типа.
Действительно, Индия в период владычества кушан и «индоскифов» (II в. до н. э. — V в. н. э.) достигла необычайного расцвета — экономического, политического и культурного; недаром весь этот период получил название «классического», «золотого века». В это время и была создана та индийская культура, которая оказала огромное влияние на весь мир. Правители кушан (как и вообще скифы) отличались веротерпимостью; под их властью процветали многие религиозно-философские течения, но буддизму они оказывали особое покровительство. Первые буддийские проповедники прибыли в Китай из кушанского Согда. Так началось шествие новой религии на Восток, которое можно рассматривать как мощную экспансию индийской цивилизации. Что интересно, новый тип искусства, облекший в зримые формы новую религию, зародился даже не в самой Индии, но на территории кушанской Средней Азии.
Творцы раннебуддийского (гандхарского) искусства «РАЗРАБОТАЛИ МНОГИЕ КАНОНЫ И ПРИНЦИПЫ, КОТОРЫХ ВПОСЛЕДСТВИИ В ТЕЧЕНИЕ ВЕКОВ И ДАЖЕ ТЫСЯЧЕЛЕТИЙ ПРИДЕРЖИВАЛИСЬ СКУЛЬПТОРЫ И ЖИВОПИСЦЫ ИНДИИ И ТИБЕТА, СРЕДНЕЙ И ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ, ЦЕЙЛОНА И ИНДОНЕЗИИ, КИТАЯ И ЯПОНИИ И ВООБЩЕ ВСЕХ ТЕХ МНОГОЧИСЛЕННЫХ ОБЛАСТЕЙ И СТРАН, ГДЕ КОГДА-ЛИБО СУЩЕСТВОВАЛИ БУДДИЙСКИЕ ОБЩИНЫ… В гандхарском искусстве впервые появились изображения Будды в образе человека (ранее его присутствие передавалось символическими изображениями, например в виде колеса и т. п.), которые по сей день служат образцами для буддийского искусства»19.
Европейские черты искусства шли в Среднюю Азию не с запада, через Иран, а с севера, со стороны скифских степей. Выдающиеся памятники кушанской эпохи обнаружены в Хорезме, во дворце Топрак-Кала. Они были созданы в конце III — нач. IV вв., когда Хорезм отделился от распадавшегося Кушанского царства. Росписи Топрак-Калы напоминают и знаменитые фаюмские портреты эллинистического Египта, и индийскую живопись храмов Аджанты, а скульптура представлена гандхарским типом. Влияние «эллинизма» в Хорезме, более сильное даже, чем в южных областях Кушанского государства, может быть объяснено только воздействием скифского искусства, тесно связанного с греческим не только прямым заимствованием, но и общностью происхождения.
Именно скифы были создателями «гандхарского стиля», поскольку контакт с античным культурным кругом поддерживали именно они. Есть и другие подтверждения преобладания скифского культурного влияния в империи кушан. Так, оригинальная кушанская письменность, известная по немногим надписям, обнаруживает большое сходство не с соседними — индийской или иранской, а… с греческой. На первый взгляд кажется, что «в Кушанском царстве… произошло примерно то же, что и у славян: была создана своя собственная письменность путем использования греческого алфавита»20. Но если для соседей, славян и греков, сходство письменности не вызывает удивления, то это проблематично для кушан — народа, связанного по происхождению с Центральной Азией и Китаем… Однако если вспомнить, что в Кушанской империи значительное влияние имела скифская аристократия, сформировавшаяся в бассейне Инда еще в период индо-скифских царств, то все становится на свои места. Письменность, похожая на греческую, но не читаемая по-гречески, обнаружена и в скифских городах Причерноморья. Поскольку скифы — прямые предки славян, неудивительно, что они пользовались такой же — или почти такой же — системой передачи информации, получившей название «русских письмен» (на основе этих древних «письмен» была создана современная «кириллица»).
Кушанское государство воспринималось современниками прежде всего как государство скифов-сарматов-аланов. Так, Аммиан Марцеллин утверждал в конце IV в. н. э., когда Кушанская империя уже распалась, но еще сохраняла политическую традицию, что АЛАНЫ ЗАНИМАЮТ БЕСКРАЙНИЕ ПРОСТОРЫ СКИФИИ ВПЛОТЬ ДО ГАНГА!21Он имел в виду именно скифскую элиту государств Северной Индии, утвердившуюся здесь в кушанский период.
В дальнейшем эта скифская (аланская) элита и закрепилась в Индии, влившись в ее правящий слой и обновив старые «арийские» высшие касты. Этому способствовало глубокое родство скифской — славянской — и ведийской религиозных систем.
Хотя Кушанская империя охватывала в основном Северную Индию, но связанные с нею в одну политическую систему скифы продвинулись далеко на юг, обосновавшись на северо-западе Деканского полуострова (совр. Махараштра). В первые века н. э. здесь возникло скифское (сакское) политическое объединение — государство Кшатрапов. «При сильном шакском Кшатрапе Рудрадамане (150 г. н. э.) Сатаваханы [династия, доминировавшая до этого на Декане] вынуждены были расстаться со многими ранее захваченными областями. В одной из своих надписей Рудрадаман называет себя правителем Аванти, Сураштры, Апаранты, т. е. значительные территории Западной Индии перешли под власть шаков»22.
Военно-политическая элита этого региона за счет притока скифов существенно обновилась. Возможно, именно сильная «скифизация» Западного Декана в период поздней античности привела к формированию там особого этноса маратхов, несколько отличного от других арийских народов Индии.
В период «великого переселения народов» (V–VII вв.) в Северную Индию постоянно прибывали волны «пришельцев с севера», в основном состоявшие из тех же скифов. В результате образовался новый правящий слой раджпутов, сохранившийся до нового времени: «Вероятно, династия Майтраков, свергнувшая на рубеже V–VI вв. власть Гупта на Катхиаваре и основавшая государство со столицей в г. Валабхи, была восточно-иранского [скифского] происхождения… Большая часть раджпутских владетельных домов, выводивших свое происхождение, подобно Пратихарам, от солнца (сурьяванси или сураджбанси) и поклонявшихся солнцу, равно как и «огнерожденные» (агникула) династии могут рассматриваться как династии восточно-иранского [скифского]… происхождения»23.
Раджпуты правили Индией несколько столетий (VII— Хвв.), и в это время страна переживала новый культурный подъем. В дальнейшем вторжение на территорию Индии ислама ограничило власть раджпутской аристократии и хранимой ею ведической религиозной традиции, но не смогло вытеснить ее. Наиболее выдающиеся исламские правители (такие, как «великие моголы» Акбар или Шах Джейхан) добивались процветания своих государств благодаря политике религиозного мира и союзу с раджпутской аристократией.
В целом, однако, почти все II тысячелетие н. э. для индийской цивилизации было не самым благоприятным временем, когда все силы были направлены на простое выживание. Прямые связи Индии с Великой Скифией — Россией, издавна обеспечивавшие стабильность в южноазиатском регионе, в этот период были нарушены. Однако ведийская цивилизация в неблагоприятных условиях сопротивлялась внешним воздействиям, сохраняя свое ядро.
В середине XVII в. Индию охватило движение маратхов, стремившееся к устранению «феодальных» порядков, к возрождению государственно-общинного строя и ведической религии. Государство маратхов сформировалось на территории Западного Декана (Махараштра), в том регионе, который в первые века н. э. получил мощный культурно-политический импульс от Великой Скифии24.
Движению маратхов удалось восстановить власть арийской элиты по крайней мере на территории Центральной Индии. Благодаря ему ведическая традиция не прервалась, а сохранилась до наших дней, чтобы оказать мощное воздействие на культуру всего мира… Именно маратхи оказали наиболее действенное сопротивление колонизаторам в XVIII столетии, а последнее крупное восстание против англичан — так называемый сипайский мятеж — возглавил в 1857–1858 гг. последний арийский принц Данду-Пант, более известный под именем Нана-Сахиб, наследник государства маратхов. С именем Нана-Сахиба, бесследно исчезнувшего после поражения восстания сипаев, связана красивая «легенда о возвращении»: его соотечественники верили, что он остался жив и должен вернуться, чтобы освободить родину, приведя на помощь русские войска…25
Код арийской цивилизации лучше всего (и дольше, чем где бы то ни было) сохранялся именно в Индии. Но индоарийская цивилизация, столь целостная и постоянная, не обладала все же свойством самодостаточности и саморегенерации; в критические моменты она требовала поддержки из естественного центра евразийского континента, из Великой Скифии — России.
(Код арийской цивилизации и основные этнокультурно-языковые признаки суперэтноса русов, так же как признаки генетические и антропологические, лучше всего сохранились в России у русских — прямых и непосредственных потомков ариев-скифов, ариев-индоевропейцев, русов-бореалов и проторусов (Хомо сапиенс сапиенс). Именно русские есть прямое, стволовое развитие суперэтноса, первонарода нашей планеты. — Примеч. Ю. Д. Петухова.)




1См.: Леман В. П. Индоевропеистика сегодня // ВЯ, 1987, № 2, с. 18; Gimbutas М. The first wave of Eurasian steppe pastoralist into Copper Age Europe // The Journal of Indo-European Studies, 1977, 5; Mallory J. P. In search of the Indo-Europeans. Language, Archaeology and Myth. L., 1989 и др.
2Лелеков Л А. Термин «арья» в древнеиндийской и древнеиранской традициях. — В кн.: Древняя Индия. М.: Наука, 1982, с. 149–150.
3См.: Абаев В. И. Осетинский язык и фольклор. М., 1949.
4Смирнов К., Кузьмина Е. Е. Происхождение индоиранцев в свете новейших археологических открытий. М., 1977; Кузьмина Е. Е. Происхождение индоиранцев в свете новейших археологических данных. М., 1981.
5Ставиский Б. Я., цит. соч., с. 130–131.
6Трубачев О. Н. О синдах и их языке // ВЯ, 1976, № 4, с. 54; Трубачев О. Н. Индоарийцы в Северном Причерноморье // ВЯ, 1977, № 6, с. 16–17.
7См.: Гусева Н. Р. Арьи, славяне: соседство или родство. — В кн.: Древность: арьи, славяне. М.: Палея, 1996, с. 70–87.
8Ковалевский А. П. Книга… Ибн-Фадлана…Харьков, 1956; Минорский В. Ф. История Ширвана и Дербента. М., 1963, с. 192–196.
9Cuyler Young Т. The Iranian Migration into the Zagros // Iran, vol. 5, 1967. R. Ghirshman. L'Iran et la migration des indo-aryens et des iraniens. Leiden, 1977.
10Хлопин И. Н. Открытие Гиркании // Природа, 1989, № 4.
11Wheeler М. The Indian Civilization // Supplementary Volume to the Cambridge History of India, 3-rd ed. Cambridge, 1968; БэшемА.Л. Чудо, которым была Индия. М., 1977, и др.
12Чизхольм Д., Миллард Э. Ранние цивилизации. М.: Росмэн, 1995, с. 23.
13Бонгард-Левин Г., Грантовский Э. От Скифии до Индии. М.: Мысль, 1983, с. 192.
14Кубарев В. Памятник наскального искусства Алтая // Природа, 1989, № 11, с. 47.
15Грантовский ЭА. Из истории восточно-иранских племен на границах Индии // КСИА. 1963, № 61, с. 25.
16Гамкрелидзе Т. В., Иванов В. В. Первые индоевропейцы в истории: предки тохар в древней Передней Азии // ВДИ, 1989, № 1.
17Россия и Индия. М.: Наука, 1986, с. 17.
18Горелик М. Кушанский доспех // Древняя Индия. М.: Наука, 1982, с. 85–89.
19Ставиский Б. Я. Между Памиром и Каспием… с. 209.
20Там же, с. 224.
21Аммиан Марцеллин. Деяния. XXXI, 2, 13 // ВДИ, 1949, № 3, с. 283–305.
22История Индии / Под ред. К. А. Антоновой и др. М.: Мысль, 1979, с. 118.
23Ганковский Ю. В. Народы Пакистана. М., 1964, с. 94–95.
24Происхождение маратхов от скифов признают даже американские справочные издания. См.: Collier's Encyclopedia, v. 15, p. 377.
25См.: Россия и Индия. М.: Наука, 1986, с. 154.

* Подробнее об этимологии слов «арии» и «рус» см.: Петухов Ю. Д. Дорогами Богов. М.: Мысль, 1990; М.: Метагалактика, 1998–2005; История Русов. Древнейшая эпоха. М., 2001, 2004, 2005.}
* Схему перерождения, вырождения и гибели цивилизаций см. в монографиях Ю. Д. Петухова «История Русов» Т. 1, «Сверхэволюция. Суперэтнос Русов».}
<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 6557


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы