В.П. Былкова (Херсон). О хронологии и культуре позднескифских городищ Нижнего Днепра. под ред. Е.В.Ярового.Древнейшие общности земледельцев и скотоводов Северного Причерноморья (V тыс. до н.э. - V век н.э.).

под ред. Е.В.Ярового.   Древнейшие общности земледельцев и скотоводов Северного Причерноморья (V тыс. до н.э. - V век н.э.)



В.П. Былкова (Херсон). О хронологии и культуре позднескифских городищ Нижнего Днепра



загрузка...

В историографии сохраняется представление о территории Нижнего Поднепровья как об особом регионе, где можно проследить постоянное присутствие скифского населения вплоть до первых веков н.э. Несмотря на это идея непрерывного развития скифской культуры на Нижнем Днепре вызывала в той или иной степени возражения со стороны ряда современных исследователей. Дискуссионность данного вопроса наиболее отчетливо проявляется в работах М.И. Абикуловой, Н.Е. Берлизова, В.П. Былковой, Н.А. Гаврилюк и С.В. Полина. Новые данные, уточняющие хронологию памятников, ставят под сомнение достоверность распространенного мнения о прямой преемственности культуры «Великой Скифии» и «Малой Скифии» на Нижнем Днепре, которое, в первую очередь, обосновывалось материалами раскопок поселений. Следует еще раз подчеркнуть тот факт, что среди опубликованных и неопубликованных материалов со скифских поселений и позднескифских городищ указанной территории отсутствуют данные о наличии на этих памятниках культурного слоя и артефактов, датирующихся от второй трети III до середины II в. до н.э. Полученные результаты не могут зависеть от случайности выборки, поскольку на 16 поселениях были проведены раскопки, а на остальных проводились разведки и сборы подъемного материала.

Скифская культура в Нижнем Поднепровье прекращает существование раньше, чем появляется позднескифская. Завершение жизни на скифских поселениях Нижнего Днепра, включая Каменское городище, определяется как первая треть III в. до н.э. херсонесскими клеймами групп I и II А, по В.И. Кацу, синопскими клеймами (Мнесикл, Гекатей) и монетами (борисфены 300-280 гг. до н.э., по В.А. Анохину). Что же касается ранних материалов, найденных на позднескиф ских городищах (преимущественно, это фрагменты амфор), то они датируются также IV - первой третью III вв. до н.э., но не III-II вв. до н.э. Относительно времени основания позднескифских городищ указывалось, что их нижний слой содержит не родосские амфоры, являющиеся массовым материалом II в. до н.э., а широкогорлые амфоры с двуствольными ручками как самый ранний тип. Их находки дали основание для датировки I в. до н.э.- I в. н.э. Немногочисленный «эллинистический» амфорный материал, выделенный на этих памятниках, датируется, преимущественно, IV - первой третью III вв. до н.э., небольшая его часть относится к I в. до н.э.- I в. н.э. Хронология пергамских сосудов сейчас разработана более основательно: следует учесть что они датируются не ранее конца II - первой половины I вв. до н.э. Сохранить датировку III-II вв. до н.э. можно было бы только для мегарских чаш и единичных фрагментов родосских латиносов (в большинстве, это находки со Знаменского городища). Тем не менее, по данным С. Ротрофф, латиносы были особенно популярны в 150-50 гг. до н.э., а мегарские чаши найдены в комплексах, включая начало I в до н.э., и в их датировке предпочтение отдается не типологии, а контексту. Таким образом, использовать эти находки для обоснования датировки без дополнительных свидетельств не следует, тем более что и на городищах Нижнего Днепра, и на городищах Крыма они встречаются в комплексах I в. до н.э. - I в. н.э.

Можно предположить, что заселение территории Нижнего Днепра началось в последней трети II в. до н.э., но основывались городища постепенно, на рубеже II - II вв. и в I в. до н.э. Самые ранние находки, включая подъемный материал, относятся к последней трети II в. до н.э. Имеются в виду ольвийская монета Скилура, среднелатенская фибула и родосское клеймо со Знаменского городища, одна бусина с датировкой II-I вв. до н.э. (остальные бусы относятся к типам I-II вв. н.э., по Е.М. Алексеевой). Стеклянные сосуды датируются I в. до н.э. Немногочисленные монеты на городищах представлены в интервале 80-183 гг. н.э. Фибулы найдены позднелатенские.

Таким образом, в Нижнем Поднепровье наблюдается длительный разрыв в хронологии археологических памятников (как поселений, так и могильников) и отсутствие прямой преемственности между более ранними и более поздними. Археологически фиксируется продвижение скифов в южном и западном направлениях, но нет групп памятников, которые можно было бы связать с перемещением приднепровского населения. В Крыму имеются следы скифского наступления в виде разрушении греческих поселений. А.И. Мелюкова предположила, что скифы переселялись из Поднепровья в Поднестровье не только во времена Атея, но и в конце III или в начале II в до н.э., и с их миграциями связано появление фракийских элементов в позднескифской культуре.

При Атее скифы приходят в Добруджу - от середины III до начала I вв. до н.э. там существовала Малая Скифия. Работы Е.В. Ярового, И.А. Четверикова, Т.А. Щербаковой доказали присутствие в Нижнем Поднестровье во второй половине III - II вв. до н.э. скифских (позднескифских) могильников и поселений. Близкие аналогии между этими памятниками и приднепровскими IV в. до н.э. (насколько можно судить по предварительным публикациям) отсутствуют. В могильнике у с. Глиное, например, прослежены другие особенности погребальных конструкций, иной набор лепной керамики, колчаны содержат железные наконечники стрел, используются фибулы. Возможно, прояснит вопрос дополнительная информация с поселения Чобручи. Если же исследования в Поднестровье так и не дадут аналогий памятникам населения Поднепровья, остается предположить следующее: при условии передвижения «наших» скифов не только в Крым, они прошли к Дунаю настолько быстро, что археологические памятники на промежуточной территории не отложились. Только продолжение исследований на Днепре, Днестре и Дунае и сопоставление полученных результатов позволит осмыслить историческую ситуацию.

Складывается впечатление, что после ухода скифов в первой трети III в. до н.э. район Нижнего Днепра обезлюдел, а на рубеже II-I вв. до н.э. появилась позднескифская культура, сложившаяся на новой основе. Разнообразие этнокультурных признаков позднескифской культуры Нижнего Днепра было отмечено всеми ее исследователями, но идея о непрерывном развитии скифской культуры в регионе повлияла на трактовку: элементы нескольких культур воспринимались как поздние привнесения на скифский субстрат. Представляется, что предложенная М.И. Вязьмитиной для позднего этапа позднескифской культуры характеристика - «своеобразное сочетание скифских, сарматских, греческих, зарубинецко-корчеватовских, фракийских и римских элементов» - должна быть отнесена к этой культуре с самого начала, со времени ее появления на Нижнем Днепре.

Можно напомнить, что еще в 1961 г. В.П. Петров обратил внимание на различные генетические основы в комплексе лепной керамики на позднескифских городищах, что и затруднило определение культурной принадлежности этих памятников. Этот факт заставил предположить изначальную синкретичность культуры. Основными формами лепной керамики на городищах Нижнего Днепра являются горшки, в которых Н.Н. Погребова и Н.Г. Елагина проследили развитие скифских форм, и лощеные миски, имеющие аналогии в зарубинецкой культуре (зарубинецких фибул на этих памятниках нет). Группу корчаг, украшенных рельефным орнаментом, в меньшем количестве, но систематически встречающихся на позднескифских городищах, связывают e гето-фракийской культурой. Представлены также сарматские курильницы и кувшины. Подражания в лепной керамике греческим формам показывают только определенную эллинизацию, не приведшую к применению гончарного круга. По антропологическим данным Т.А. Назарова предполагает присутствие греческого населения на этих памятниках, а не только культурное влияние.

Зооморфные глиняные очажные подставки, представленные в позднескифской культуре Поднепровья, традиционно связывают с культурами западного ареала. Не претендуя на окончательное разрешение вопроса, можно высказать как одни из вариантов предположение о том, что поскольку этот элемент в сочетании с лощеными мисками и плошками, использовавшимися как крышки и светильники, встречается в поянеште-лукашевской культуре, не исключено, что формирование позднескифской культуры Нижнего Днепра связано с племенами Нижнего Поднестровья. Другие культурообразуюшие признаки выделить труднее - имеются общелатенские черты (железные ножи с горбатой и прямой спинкой, бронзовые браслеты, фибулы), бронзовые сарматские зеркала I в. до н.э.- I в. н.э., найдены тамгообразные знаки на бытовых предметах, сарматские наконечники стрел. Из варварских черт можно отметить развитие черной металлургии, а также ведущую роль проса среди сельскохозяйственных культур. В домостроительстве имеются разнообразные типы, однокамерные и двухкамерные наземные каменные дома, глиноплетневые и глинобитные постройки, единичные полуземлянки небольшой глубины.

Основные элементы, изначально составлявшие позднескифскую культуру Нижнего Поднепровья, отсутствуют на этой территории в III - II вв. до н. э. В это время они представлены в Добрудже, но без сарматского компонента. Возникает впечатление, что первоначальный позднескифский комплекс мог сложиться в юго-западном регионе. В Добрудже население Малой Скифии, сложившейся в период запустения территории Нижнего Поднепровья, могло контактировать с носителями поянеште-лукашевской культуры - в данном случае, безразлично, бастарны они или геты, и с гето-фракийским населением, и с населением античной культурной традиции. С сарматами и носителями зарубинецкой культуры контакты осуществлялись, вероятно, уже на Днепре. M.П. Абрамова выявила черты сарматской культуры на позднескифских памятниках Нижнего Днепра, а археологические раскопки 80-90-х гг. подтвердили ее выводы.

Остается открытым вопрос о соотношении позднескифской культуры Крыма и Нижнего Днепра. Мнение H.Г. Елагиной о территориальной разобщенности и отсутствии постоянного контакта между крымским и нижнеднепровским населением представляется сейчас достаточно аргументированным и подтверждается новыми археологическими материалами. В Крыму позднескифская культура складывается раньше и на другой, хотя и тоже разнокультурной основе. Что же касается такого общего и нового для обоих регионов элемента, как очажные подставки, то все же отмечается большая их выразительность и близость к прототипу именно на Днепре.

Поставленная проблема возникла в результате уточнения хронологии скифских и позднескифских памятников на Нижнем Днепре и требует более глубокого изучения. Необходима дополнительная информация для детального сравнения культуры Малых Скифий в разных регионах. Сейчас же можно только предварительно предположить возможность перемещения населения из Малой Скифии в Добрудже на Нижний Днепр на основе хронологических совпадений и присутствия сходных компонентов в культуре.
<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 2207


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы