«Русская мусульманка» Изабелла Эберхарт. Николай Непомнящий.100 великих загадок Африки.

Николай Непомнящий.   100 великих загадок Африки



«Русская мусульманка» Изабелла Эберхарт



загрузка...

В октябре 1904 г. на оазис Айн-Сафра на юге Алжира обрушился невероятно сильный ливень. Мощные потоки воды смели глиняные жилища, под их обломками погибло много местных жителей, и среди них 27-летняя Изабелла Эберхарт-Трофимовская, подданная Российской империи.

Кто же она? Что привело ее в Алжир, бывший тогда французской колонией, где она обрела вечный покой на местном мусульманском кладбище?


В алжирских газетах время от времени упоминалось имя этой женщины, называли ее «казаком на сахарских просторах». Ее происхождение было окутано завесой слухов. Утверждали, например, что она русская, которую похитил и вывез из России турецкий военный, или, что она дочь французского поэта Рембо… Неясность усиливалась тем, что сама Эберхарт – способный литератор – подписывала свои произведения различными псевдонимами, в том числе Николай Подолинский, Марьям, Махмуд Аль-Москобий (Махмуд из Московии) и другими.


Изабелла Эберхарт


Родилась Изабелла действительно в России. Ее мать Наталья Эберхарт была выдана замуж за генерала Карловица фон Мердера, служившего в Петербурге в 70-х гг. XIX в. В один из дней в доме генерала появился новый воспитатель – 44-летний Александр Трофимовский. Бывший православный священник, он был человеком широко образованным, владел тремя иностранными языками. Дети генерала – их было четверо – быстро привязались к новому наставнику, а их мать Наталья даже влюбилась в него. Вскоре жена стареющего генерала сбежала с воспитателем за границу, забрав с собою детей. Беглецы нашли приют в Швейцарии. После смерти генерала они оформили законный брак. У Натали за границей родилось еще двое детей, младшей девочке дали имя Изабелла.

Ее детство прошло на «Вилла нова» в Женеве. В семье, где говорили на трех языках, она получила разностороннее образование, серьезно увлекалась литературой. В 18 лет девушка опубликовала в одном из парижских журналов свои первые рассказы. Сюжеты некоторых из них навеяны Востоком, традициями туземного населения Северной Африки. Богатое воображение и пылкая фантазия побудили Изабеллу к глубокому изучению этого региона. Она завязала переписку с видными учеными и тогдашней «туземной элитой», усердно учила арабский язык. Одним из ее корреспондентов стал Али Абдалла Ваххаб из Туниса – выходец из древнего аристократического рода, окончивший мусульманский университет Аз-Зейтуна.

В своих письмах тунисцу девушка делится своими мыслями об исламе и мусульманской культуре, испрашивает советов. В одном из писем она, в частности, пишет: «Я хотела бы навечно остаться жить в мире ислама и посвятить свою жизнь служению ему». Это не были пустые слова. В середине 1897 г. Изабелла вместе с матерью выезжает в Алжир и поселяется в приморском городе Аннабе.

Алжир в конце XIX в. живет как бы в двух измерениях: комфортабельный европейский мир и отсталый туземный. Но Изабелла не стремится войти в европейское колониальное общество. Больше того: она делает шаг, который шокирует окружающих, – принимает ислам.

В один из дней она участвует в торжествах по случаю открытия мусульманской школы в расположении бедуинского племени хариси, кочевавшего в горном районе неподалеку от Аннабы. «Нас было примерно 200 всадников на горячих бедуинских конях, – описывает этот эпизод Изабелла в своем письме. – Мы неслись галопом по равнине под оглушительные раскаты выстрелов из старинных ружей-мушкетов. По пути к нам присоединялись все новые всадники, молодежь из местных дуаров… По прибытии нас ждала палатка с арабскими угощениями, песнями и танцами. Вечером мы хором читали и повторяли суры из Корана…»

У девушки зреют различные планы. То она собирается поступить в мусульманский институт или университет Аз-Зейтун в Тунисе. То хочет сама создать школу в Тунисе или Алжире для местных девочек. Однако этим намерениям не было суждено сбыться. Вскоре ее мать тяжело заболевает и перед своей кончиной принимает ислам. Ее хоронят по исламскому обряду на местном мусульманском кладбище под именем Фатима Манубия.

Изабелла возвращается в Женеву, где застает своего отца смертельно больным. После кончины Александра Трофимовского она остается одна. Материальное положение когда-то богатой семьи пошатнулось, между ее членами начинается судебная тяжба из-за наследства. В такой атмосфере девушка решает окончательно порвать с Европой, прежним образом жизни и переселиться в Алжир.

Она много ездит по стране, странствует с караванами по необъятной Сахаре. Для удобства передвижения и общения нередко выдает себя за юношу под именем Махмуд и носит мужской бедуинский костюм. Ее не останавливают суровый климат, изнуряющее солнце, песчаные бури. Путешественница довольствуется горстью сухих фиников и миской похлебки, спит под открытым небом. Девушке, воспитанной на вилле в Женеве, где каждый ее чих вызывал панику близких, приходится нелегко. Временами ее материальное положение было столь тяжелым, что девушке приходилось переписывать на рынках прошения неграмотных арабов или даже просить подаяние. «Эта трудная жизнь в пустыне формирует во мне человека действия, спартанский образ жизни помогает мне выжить», – отмечает она в своих записях.

Наконец девушке удается установить связи с рядом алжирских газет. Она посылает в редакции свои репортажи из сахарской «глубинки», где описывает быт и традиции жителей пустыни. Изабелла не остается равнодушной к проблемам коренного населения. Так, в одном из своих очерков она смело встает на защиту восставших земледельцев, против которых властями был устроен показательный судебный процесс.

В одном из своих писем тунисцу А. Ваххабу девушка с российскими корнями делится своими размышлениями о сути духа ислама и внешней стороне веры. «Быть мусульманкой, – пишет она, – необязательно носить покрывало и закрываться. Эти меры были продиктованы мусульманкам с тем, чтобы обезопасить их от возможного падения и сохранить свою чистоту… Для меня ислам это не смена костюма, как делают это некоторые, подстраивающиеся под арабов, а самая высокая религия».

На территории Алжира, да и всей Северной Африки с давних пор и по сей день бытует особая форма ислама – суфийские братства. Во главе этих сект мистического толка стояли местные святые – марабуты, жившие в укрепленных часовнях-рибатах. В каждой области были свои братства и их шейхи, проповедовавшие аскетизм и добровольную бедность и оказывавшие большое влияние на население. У суфиев была и до сих пор существует система общения со всевышним путем постоянных упражнений, в том числе посредством воздержания от удобств жизни и самосозерцания.

Сахарское общество открывает Изабелле, называющей себя мужским именем Махмуд, свои двери. С благословения влиятельного марабута Аль-Хашми ее принимают в суфийское братство Кадырия, посвящают в закрытую атмосферу братства, в тайны местных верований и магии. Изабеллу можно встретить верхом на арабском скакуне, в белой накидке-бурнусе и чалме или в мавританском кафе потягивающей кальян в компании бородатых суфиев – проповедников-мистиков.

В одном из своих рассказов она описывает ритуальный танец во время ночного собрания суфиев: «Мокрые спины танцоров, узкое помещение в чаду кифа – наркотического растения, широко открытые глаза людей, введенных в состояние транса, эротические движения женских тел, глухая дробь барабанов перемежается со звоном украшающих их серебряных драгоценностей».

На одном из таких собраний Изабелла знакомится с молодым алжирцем Слиманом Хани, несущим службу во французской армии. Он – выходец из семьи влиятельного марабута-святого Сиди Мабрука из алжирского города Константина. Слиман становится преданным компаньоном, телохранителем и товарищем в поездках русской. Эта связь переходит в близкие отношения и любовь. Влюбленные вступают в брак, освященный местным имамом, и молодая пара селится в Эль-Уэде – оазисе, расположенном в восточной части Алжирской Сахары.

Этот живописный оазис, расположенный в 500 км от побережья Средиземного моря, и в наши дни не изменил своего облика. Песчаные дюны, окружающие оазис, тянутся до горизонта. Впервые попавший сюда открывает для себя небогатую, но яркую палитру красок: ослепительную лазурь неба, оранжево-красные тона глиняных домов, яркую зелень пальм. В оазисе и его окрестностях – несколько десятков тысяч финиковых деревьев, растущих в низинах и своими корнями дотягивающихся до водоносных слоев пустыни. Местные домики венчают крыши сферической формы, сложенные из кристаллических пород.

Изабелла влюбляется в тишину и спокойное величие бескрайней пустыни. «Теперь, – пишет она, – я одна на земле ислама, в пустыне вдали от цивилизации, от ее лицемерных комедий, я свободна».

Однако молодоженам не суждено было долго жить в мире и спокойствии даже в далеком уголке Сахары. Местные европейцы, прежде всего французские военные, с подозрением смотрят на причуды шокирующий, на их взгляд, стиль жизни женщины. Некий «друг армии» направляет письмо-донос в Арабское бюро (представительство военных властей на территории Сахары). Он обвиняет россиянку Изабеллу в «шпионаже за военными властями в интересах парижской прессы». Ей даже приписывают «вражду к Франции», стремление «прикинуться мусульманкой, чтобы возбудить против метрополии туземное население». И хотя доказательств этому нет, над молодой женщиной сгущаются тучи. Ретивые чиновники «шьют дело». Ее брак со Слиманом не признается французскими властями, поскольку он освящен по-мусульмански и не легализован европейским законодательством.

И тут приходит новая беда. В январе 1901 г. Изабелла верхом на коне вместе с шейхом Си Аль-Хашми отправляется с группой паломников в Нефту (соседний Тунис) на могилу основателя суфийского братства Аль-Кадирия. По дороге местный фанатик из соперничающей секты Тиджания нападает на нее и наносит мечом тяжелые раны. Несколько дней она – на грани между жизнью и смертью, а после выздоровления предстает перед военным судом, разбирающим ее дело. Вердикт колониального правосудия суров: покушавшегося отправляют на каторгу, а «возмутительницу порядка» высылают из Алжира.

В Марселе, где высланная смутьянка находит приют, она встречает Слимана, и влюбленные оформляют свой гражданский брак по европейским законам. Приняв французское гражданство, Изабелла возвращается в 1902 г. в Алжир – на этот раз окончательно. Начинается самый плодотворный этап ее жизни.

Изабелла делает все возможное, чтобы помочь своему мужу в продвижении в карьере, настаивает на том, чтобы он продолжил свое образование. Благодаря усилиям своей жены алжирец успешно сдает экзамены на должность переводчика с французского языка и получает назначение в один из алжирских городов.

В это время наиболее полно проявляется талант молодой писательницы. Многие наблюдения и раздумья Изабеллы легли в основу ее новелл. Сочувствие и симпатии Изабеллы – на стороне обездоленных и униженных местных жителей. В некоторых рассказах Эберхарт фигурируют европейцы, приезжающие в Алжир с добрыми намерениями облегчить жизнь туземного населения. Нередко персонажи этих произведений – люди русского происхождения.

Интересно, что Изабелла практически никогда не подписывает романы, статьи, рассказы и письма своим настоящим именем, а постоянно использует псевдонимы. Хотя большинство ее произведений написаны по-французски (она одинаково свободно владела и русским языком), в них, по мнению литературных критиков, сильно влияние Достоевского, которому она поклонялась. Во многих романах писательницы так или иначе проглядывают черты и эпизоды биографии самого автора, у многих из них трагический финал.

По воле судьбы жизнь Изабеллы оборвалась под обломками размытых ливнем жилищ, когда ей было всего 27 лет. Не будь этой нелепой случайности, она, вероятно, вернулась бы в Россию. Она писала об этом в своем дневнике. Возможно, ее литературные способности и энергия полнее реализовались бы на родине ее предков.

Какой-то отпечаток рока лежит и на тех, кто был рядом с этой женщиной. Через три года, в возрасте 30 лет умер ее муж Слиман. 13 лет спустя ее брат, служивший в Иностранном легионе, кончает жизнь самоубийством.

При жизни Изабелла нередко подвергалась нападкам. Вокруг ее происхождения и поведения ходило много слухов, порою надуманных и вздорных. Ей приписывали распущенность, порицали за эксцентричный образ жизни, обвиняли в увлечении наркотиками и вином. Но после преждевременной кончины литературное наследие и биография Изабеллы, как магнит, стали притягивать внимание многочисленных издателей, прежде всего во Франции. (В России, к сожалению, не было издано ни одного ее произведения.)

Один из алжирских авторов назвал Изабеллу «загадкой Святой Руси, протянувшей мостик к мусульманскому братству». Трудно сказать, удастся ли когда-нибудь до конца разгадать эту загадку. За внешней бравадой и порою авантюристическими поступками этой женщины бурной судьбы таилась чувствительная и ранимая душа. Стоит привести одно свидетельство этому – запись из личного дневника Изабеллы, опубликованного после ее смерти: «Никто не может понять, что в этой груди бьется щедрое сердце, когда-то обделенное любовью и нежностью. Оно сейчас наполнено бесконечной жалостью ко всем тем, кто несправедливо страдает, кто слаб и обижен».


<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 2089


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы