Раймунд Тулузский. 1156–1222. Александр Игоревич Ермаков.Великие полководцы. 100 историй о подвигах и победах.

Александр Игоревич Ермаков.   Великие полководцы. 100 историй о подвигах и победах



Раймунд Тулузский. 1156–1222



загрузка...

   Один из крупнейших феодалов Лангедока в южной Франции и один из главных действующих лиц эпопеи, связанной с Альбигойским крестовым походом, с которого начался закат самобытной культуры Лангедока.



   Раймунд VI был сыном Раймунда V, графа Тулузы, и Констанции Французской, дочери короля Франции Людовика VI. Он приходился правнуком Раймунду IV де Сен-Жилю, герою первого крестового похода. В 1194 году Раймунд V умер, и его сын унаследовал его владения и титулы как Раймунд VI. В качестве графа Тулузского Раймунд был сюзереном графов Арманьяка, Комменжа, Фуа, а также виконтов Безье, Монпелье, Нима, Греза и Родез.

   В правление Раймунда в Лангедоке активно действовала секта катаров, называвшихся здесь альбигойцами по имени главного центра новой ереси, города Альби.

   Ересь катаров возникла в Лангедоке (южной Франции) в начале XII века, занесенная туда уцелевшими богомилами.

   Катары в переводе с греческого – «чистые» или «просветленные». Их проповедники утверждали, что основу мироздания составляет борьба двух начал: Доброго и Злого. Человечество издавна стало одним из важнейших объектов вечного космического поединка. В самом человеке удивительным образом сопряжены и Добро – человеческая душа – и Зло – материальная телесная оболочка.



   Конная печать Раймунда VI Тулузского



   Это не сильно расходится с догматами католицизма. Однако катары утверждали, что весь материальный мир есть порождение Сатаны, Бога Зла. По мнению катарских проповедников, Истинный Бог добр, и поэтому он не мог быть создателем столь несовершенного и порочного мира. Лишь невидимая человеческая душа – творение Доброго Бога, но она томится в оковах телесной оболочки, заключенная в неё опять же Дьяволом. Катары уравняли Бога и Дьявола, и, по сути, попытались изгнать Бога из своего мира – сделав его вершителем потусторонних сил. А в мир, из которого уходит Бог – всегда приходит Дьявол.

   Что же касается самого института католической Церкви, то он, как и всякое другое творение этого мира, признавался еретиками порождением Сатаны. Это явная и воинствующая ересь.

   Катары отвергали многие общепринятые нормы. Они беспрестанно повторяли евангельские слова «Не судите», что избавляло их от порицаний посторонних или осуждения самих себя. В конце концов, худшее в этом мире – не его внутренняя порочность, а его разнородность, смешанность: здесь души, порождение света, заключены в тела из глины. Итак, в мире нет добрых и злых. Все добры, если иметь в виду души; все дурны в той мере, в какой эти души являются пленниками злых сил. Те, что освободились, полностью добры. Вот почему незачем молиться за мертвых или чтить их могилы – в любом случае их души переселились, то ли вдохнув жизнь в другое тело, то ли воссоединившись навечно со своим телом из света. Так что никакого культа реликвий, никаких паломничеств.

   Идеология катаров пришлась весьма ко двору в богатом и вольнодумном Лангедоке.

   Папа Иннокентий III, взошедший на престол в 1198 году, объявляет борьбу с катарами делом своей жизни.

   Поначалу в Лангедок отправляются папские легаты. Здесь также пытаются действовать и обычные католические проповедники, стремящиеся вернуть в лоно католичества впавших в ересь жителей Лангедока.

   В 1206 году появился проповедник Доминик де Гусман, каноник Осма, со своим епископом Диего. Они посоветовали легатам ходить без всякой роскоши по дорогам и проповедовать так же, как и катарские пастыри. И тут же сами последовали собственному совету. Так возник нищенствующий орден Братьев проповедников, больше известный под названием Доминиканского ордена. Доминиканцам вскоре и было доверено проповедование, а позднее инквизиция, возникшая именно для искоренения катарской ереси.

   В 1208 году после гневной обвинительной речи в адрес графа Тулузского, прямо на ступенях храма, был убит папский легат Пьер де Кастельно. Хоть причастность самого графа к этому преступлению доказана не была, это уже никого не интересовало. В 1208 году папа Иннокентий III отлучил Раймунда и зимой 1209 года начал проповедь крестового похода против альбигойцев. Под его знамена встали воины северной и центральной Франции, пришли боевые дружины из германских земель – но численность этих крестоносцев была на порядок меньше, чем количество катаров, способных носить оружие. Тем не менее, папа Иннокентий III благословил крестовый поход – надеясь, главным образом, не на число, а на силу духа своей паствы. И в конце весны 1209 года на Тулузу, столицу Лангедока, двинулись от семи до восьми тысяч кавалерии (из них до полутора тысяч опоясанных рыцарей) и до двенадцати тысяч пехоты.

   Совокупные силы катаров, если бы они собрали всех своих воинов вместе и создали из них единое войско, а не стали бы отсиживаться по своим крепостям, давая возможность крестоносцам бить их поодиночке, во много раз превосходили силы крестоносцев. Раймонд VI мог бы поставить под свои знамена от 60 до 80 тысяч воинов, из них не менее двадцати тысяч только кавалерии.

   Но Раймунд VI, не решившись поднять оружие в защиту заведомой ереси и не до конца уверенный в своих вассалах, сопротивления не оказал. В июне 1209 года он согласился пройти в Сен-Жиле унизительную церемонию публичного покаяния. Там же он обещал передать папе семь замков и выполнить все его требования. Нерешительность графа Тулузского и его напускная правоверность не смогли остановить крестоносцев – нашествие с Севера стало свершившимся фактом. Граф лично приехал в Рим, но продолжавшиеся провокации со стороны легатов вынудили Раймунда в 1211 году пойти на открытый разрыв с католическим лагерем.

   Во главе крестоносцев стал граф Симон де Монфор, который славился безумной храбростью и доходившим до болезненности фанатизмом.

   Он решил возместить недостаток воинов решительностью и бескомпромиссностью борьбы, безжалостно уничтожая одну крепость еретиков за другой, жестокостью расправ парализуя волю к сопротивлению противника.

   Одним из первых пал хорошо укрепленный город Безье. По официальному донесению в Рим, при штурме Безье погибло до двадцати тысяч человек. Альбигойцы предпочли умереть еретиками, чем сдаться на милость своих врагов.

   В августе 1209 года пал город-крепость Каркассон, который де Монфор превратил затем в свою временную резиденцию. Пал Альби. В июне 1210 года крестоносцы взяли город Минерв. Около полутораста катарских проповедников были сожжены на одном костре. Никто из них не молил о пощаде. В мае 1211 года, после длительной осады, крестоносцы взяли город Лавор, оборону которого возглавлял Эмери де Монреаль – брат сеньоры города баронессы Гироды. Они были детьми Бланки де Лорак, основавшей монастырь для женщин-катарок. Четыреста катарцев было сожжено, восемьдесят рыцарей повешено, в их числе и сам Эмери де Монреаль, а сеньору Лавора живой бросили в колодец, завалив его огромными камнями.

   Юг Франции начал ощущать, что его независимость оказалась целиком и полностью под угрозой из-за нашествия французов с Севера.

   Владетель Лангедока в таких условиях вынужден был возглавить сопротивление крестоносцам.

   Раймунд VI возглавил оборону Тулузы и смог выдержать первую осаду. Он обратился за помощью к брату жены, королю Арагона Педро II. Во главе внушительного войска (от шести с половиной до семи тысяч конных рыцарей, не считая пехоты) Педро II подошел к замку Мюре и осадил 750 рыцарей-крестоносцев во главе с самим Симоном де Монфором.

   12 сентября 1213 года под стенами замка состоялось кровопролитное сражение, которое, несмотря на подавляющее численное превосходство антикрестоносных сил, закончилось поражением арагонских рыцарей и гибелью самого Педро Арагонского. С этого момента все надежды катаров на военную победу растворились в небытие.

   После этого Раймунду с сыном осталось только бежать в Англию, ко двору Иоанна Безземельного. В 1214 году он официально покорился папе. В 1215 году Четвёртый Латеранский собор, на котором он присутствовал, лишил его прав на все земли.

   Во время этого крестового похода, длившегося 20 лет, был уничтожен по меньшей мере миллион человек.

   В 1216 году Лангедок восстал против северных захватчиков. Раймунд VI с сыном высадились в Марселе, где их приняли с восторгом, после чего младший Раймунд взял Бокер, а старший отправился за помощью в Арагон. В 1217 году он торжественно въехал в восставшую Тулузу. Там он, оставаясь под отлучением, и прожил до своей смерти после недолгой болезни в 1222 году.

   Во время Альбигойских войн католические иерархи начали решительную борьбу с внутренними ересями, основав Священную Инквизицию, и именно эти годы, завершившие историю раннего Средневековья, разделили западный христианский мир на немцев, французов и итальянцев и положили начало формированию современных наций, которые в будущем создадут национальные государства.


<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 2713


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы