4. Были ли у Кия братья и сестра?. В. Янович.Великая Скифия. История докиевской Руси.

В. Янович.   Великая Скифия. История докиевской Руси



4. Были ли у Кия братья и сестра?



загрузка...

Историкам и фольклористам известна народная традиция — относить все примечательные события к одной выдающейся личности. Летописное предание об основании Кием города, о его братьях и сестре, о приеме Кия цесарем и постройке городка Киевца на Дунае также является проекцией на одного киевского правителя событий, происходивших в разное время и с разными людьми. В летописном предании сложилось то, что осталось в памяти, как о первом Кие, так и о последнем, а также кое-что из промежуточных событий. Это не кажется удивительным, если учесть, что Кий не имя собственное, а титул, который в ранний период времени носили все правители Киева. У Кия, жившего в VI веке, по-видимому, не было братьев-соратников. Но это не значит, что их не имел Кий — основатель города. Однако сестры Лыбеди у основателей Киева, скорее всего, не было.
Предания о Лыбеди содержатся в русских былинах о Михаиле Потыке и Иване Годиновиче и нашли отзвук в эпосе многих народов. Сведения, приведенные в русских былинах, противоречивы и не очень вразумительны, так как они были записаны в XIX веке, через много столетий после свершившихся событий. Более внятно ее история рассказывается в скандинавских и ирландских сагах, записанных намного раньше. И почти документальный характер носит у готского историка VI века Иордана. Поэтому вначале приведем эту историю в его изложении, а затем дополним сведениями из других преданий.
Резонансная, как сейчас выражаются, история с Лыбедью, тремя ее братьями и готским королем Германарихом произошла около 375 г. Вот что пишет Иордан: «Вождь готов Германарих оказался триумфатором над многими народами, но и он задумался по поводу прихода гуннов, а в это время коварный народ росомонов, который тогда подчинялся ему среди других, нашел возможность обмануть его таким образом. В гневе за преступный побег от мужа одной жены из этого народа, которая называлась Сунильда, царь приказал привязать ее к диким лошадям и разорвать на части, разогнав лошадей. А братья ее Сар и Аммий, чтобы отомстить за смерть сестры, пронзили Германариху бок мечом» [22]. Сунильда в переводе означает — Лебедь. Имена братьев соответствуют названиям Поднепровских городов, указанных Птолемеем — Амадока и Сар.

В Волсунга-саге эта история выглядит следующим образом. Сванхильда была выдана замуж за короля готов Германариха, заподозрена им в неверности и жестоко казнена. Ее братья Хамди и Серли решили отомстить за казнь сестры, но по пути, по недоразумению, убили своего брата Эрпа. Германариха же они тяжело ранили, а его люди побили их камнями. Здесь имя Сванхильда переводится как дева-лебедь, а имена братьев соответствуют названиям городов Амадоки и Серима. Имя Эрп напоминает название реки Ирпень.
Как говорилось выше, в устье Ирпеня в это время стоял город металлургов, который работал на болотной руде. Индоевропейский корень ir (air) обозначает железо. Очевидно, он входит в название реки Ирпень и в производное от нее имя Эрп. Украинское слово иржа означает ржавчина (та же руда) и входит в названия некоторых болотистых рек (Ирша, Ирдынь, Ирпень).
У немецкого автора XI в. Саксона Граматика Сванхильда — сестра четырех геллеспонтских разбойников — вышла замуж за Германариха, подверглась наговору и была казнена. За это братья пытались отомстить так же, как и в Волсунге-саге.
Сюжет с братьями-разбойниками и их сестрой, выданной за иноземного короля, присутствует и в онежских былинах. Следует отметить, что занятие разбоем в те времена считалось недостойным не у всех народов. Так, викинги, по сути, были разбойниками. А иностранный король «ничтоже сумняшеся» взял сестру разбойников себе в жены.
В былинном цикле о киевском богатыре Иване Годиновиче он пытается сватать девушку, но ему отказывают, так как та уже посватана иностранным царем. Годинович берет ее силой, но она убегает к первому жениху. Дело заканчивается трагедией — ее казнью. В цикле с участием Михаила Потыки, он встречает деву-лебедь (иногда ее называют Авдотьей) и женится на ней. Но жена убегает с иностранным королем. Михаила отправляется на ее поиски, но его убивают. Два брата едут мстить за Михаила. Находят его и оживляют. Заканчивается история казнью неверной жены.
Однако вернемся к основателям Киева, которые, по нашему мнению, жили намного раньше. В «Повести временных лет» говорится: «Полем же жившем особе и володеющем роды своими, иже и до сее братье бяху поляне, и живяху кождо съ своим родом и на своих местех, владееще кождо родом своим. И быша три братья: единому имя Кий, а другому Щек, а третьему Хорив, и сестра их Лыбедь. Седяше Кий на горе, где же ныне увоз Боричев, а Щек седяше на горе, где же ныне зовется Щековица, а Хорив на третьей горе, от него же прозвася Хоревица. И сотворише град во имя брата своего старейшего, и нарекоша ему имя Киев. Бяше около града лес и бор велик, и бяху ловяша зверь, бяху мужи мудри и смыслени, нарицахуся поляне, от них же есть поляне в Киеве и до сего дне».
Итак, согласно летописи, Кий, Щек и Хорив были полянами, главами родов; они пришли и осели на земле других полян и звероловов; и построили для себя крепость, хотя ни о покорении, ни о вытеснении местных жителей речи не было. То есть, они заняли какую-то свою «нишу», которая до их прихода не была занята. Чем же они занимались?
Исходя из того, что мы знаем о Кие VI века и его отце Самбатасе как об организаторах местной и выездной торговли, можно предположить, что и основатели города — Кий с братьями, были купцами и пришли ради организации торговли между местными жителями, их дальними и ближними соседями (лесными собирателями, охотниками, скотоводами, земледельцами и ремесленниками), когда потребность в этом назрела.
Логично также предположить, что братья Кия были его компаньонами по торговле, и что Щек и Хорив так же, как Кий и Самбатас — не имена (их также нет в славянских «святцах»), а титулы, указывающие на дела, которые они возглавляли. Если Кий контролировал перевоз и расположенную близ него главную товарную базу (для охраны которой и возводилась крепость), то на долю Щека и Хорива, должно быть, приходились доставка товаров на главную базу и на базы-фактории (скиты), расположенные в отдаленных местах.
Геродот отмечал, что в Скифии, территория которой примерно совпадала с нынешней Украиной, нет дорог. В степных областях это не являлось препятствием для перемещений в любом направлении. В лесной же ее части главными путями были реки. Для доставки товаров по рекам, в том числе по малым и против течения, лучше всего было использовать легкие, неглубоко сидящие лодки, наподобие каяков северных народов, которые изготавливались из непромокаемых тюленьих шкур, либо венецианских гандол, либо современных грузовых байдарок.
Сейчас их делают из тонкого шпона или синтетических материалов, получаемых с помощью технологий, недоступных древним. В древности же для этого использовали шкуры, а жители лесной полосы также очень легкий, прочный и не пропускающий воду материал — кору липы. Известны изделия из липовой коры, называемые: короб, корыто. Корень кор указывает на материал, из которого они сделаны. Он подошел бы и для изготовления легкой лодки. Корой или шкурой можно было обшить легкий каркас, основой которому служила продольная балка-киль, протянувшаяся от кормы к носу и загнутая вверх впереди и сзади, а по бокам несколько продольных реек-стрингеров и ряд поперечных переборок-шпангоутов. Кора к ним могла приклеиваться смолой и приклепываться деревянными гвоздями.
Слово корпус также содержит этот корень. Лодки с обшивкой из коры или шкуры могли называть: корбус, корбот или корвет (как позже называли легкие быстроходные военные суда, использовавшиеся для разведки и связи). Людей, занимающихся изготовлением легких судов корветов, могли называть корватами (хорватами), их главу — Коривом (Хоривом), а гору, на которой он сидел, — Коревицей (Хоревицей).

Какую из киевских гор следует называть Хоревицей, исследователи спорят. Ее местоположение, в отличие от Щековицы и Старокиевской, достоверно не известно. По нашему мнению, Хоревица (Коревица), это Корчеватская гора (Корчевица). Дело здесь не только в созвучии названий, но и в том, что она находится недалеко от устья Лыбеди, где в первом тысячелетии располагалась древняя киевская верфь и крепость Самбатас, упомянутая Константином Багрянородным, в которой собирались и переоснащались для далекого морского похода в Константинополь славянские ладьи. Рядом с Корчеватым также находилась крепость Китаево (или китава, что означает место, огражденное стеной)1.
Кроме киевской базы, хорваты позднее (а, может быть, и ранее) имели и другие. Вероятно, со строительством или базированием торговых кораблей связаны названия: г. Коростышев и местность Корбутовка на р. Тетерев близ Житомира, г. Коростень на р. Уж, г. Корсунь, что на р. Рось, о. Хортица, морской порт Корсунь Таврический и другие2. Одним из центров речного судостроения и торговли на Борисфене в древности был, по-видимому, также город Серим3, который, по данным географа II в. Клавдия Птолемея, находился в районе нынешнего Переяслава-Хмельницкого. Придунайская область, в которую под давлением аваров переселились в середине седьмого века хорваты и где они проживают сейчас, называется Срем, что напоминает Серим.
Но были места, до которых нельзя было добраться водным путем. Сухопутная доставка товаров остается на долю Щека. В лесном бездорожном краю это нужно было делать пешком. Пеших торговцев могли называть пшехами, а их главу — Пшехом. Название Пшех созвучно со Щек, а также с Чех. Едва ли последнее совпадение случайное: в чешском горном крае пешие коммуникации были главнейшими, если не единственными. В румынских Карпатах пешеходную тропу, доступную также вьючной лошади, называют «пештак» [23]. От киевской Щековицы через Дорогожичи пролегал сухой путь на Житомир, Львов и далее на Запад, в Словакию, Чехию и Польшу4.
Когда трассы сухопутных коммуникаций окончательно определились, на проторенных путях (шляхах), в местах, которые нельзя было обминуть, уселась шляхта со своей челядью (ляхами), которая стала добывать средства существования сбором мыта с проходящих и проезжающих. Последним, конечно же, это не нравилось. Название ляхи, вероятно, произошло от слова лихой (лишающий чего-либо), в общем, разбойник с большой дороги.
Любопытно, что лютичи, которые, по утверждению Нестора летописца, происходят от ляхов, названы синонимом слова лихой (лютый — злой, свирепый). На Украине поляков называли ляхами, что не совсем верно, так как ляхи занимали не всю Польшу, а только ее южную часть, между Украиной, Словакией, Чехией и остальной Польшей.
Возможно, ляхи принадлежали к другой этнической группе. Есть мнение, что польская шляхта ведет свое происхождение от сарматов. Оно подтверждается сообщением Нестора летописца о том, что ляхи пришли и сели на Висле после того, как на них на Дунае напали волохи (ромеи) и притесняли их. Сарматов, как известно, прогнал с Подунавья император Траян в I веке. Нестор утверждает, что от ляхов пошли поляки, лютичи, мазовшане и поморяне. Но традиция называть народ по имени наиболее известных его представителей (купцов или военной верхушки), которые могли даже не состоять с народом в кровном родстве, была широко распространена. Примерами тому могут служить: французы, татары, русские и др.




1Отсюда же русские названия: страны, огражденной стеной, — Китай, и московской крепости — Китай-город, располагавшейся между Кремлем и Старой площадью, в которой никогда не жили китайцы. Вероятно, того же корня слова: скит, представлявший собой небольшую огражденную частоколом крепость (первоначально — выездную торговую факторию) и кит, чей рот огражден частоколом китового уса.
2Ареал мест базирования купцов одного рода-племени мог быть очень широким, поскольку функция купцов — связывать торговлей народы и страны. Иногда купцы превращались в разбойников (из русов — в варягов, которые грабили и завоевывали земли от Волги до Исландии и от Северного моря до Средиземного). Подобные дела известны с глубокой древности. В XIII–XII вв. до н. э. Средиземноморье подверглось нашествию так называемых «народов моря», которые захватывали и грабили прибрежные города и страны. Не они ли были предками Кия, Щека и Хорива? Подробнее об этом говорится в 4-м параграфе 4-й главы. Возможно, корень кор входит также в название морских пиратов (корсар) и острова Корсика.
3Интересно отметить необычную особенность топонимов вокруг бывшего города Серим на Днепре. Местные жители называют расположенные там городища: Сурмы, Трубы, Зарубы. Река же, впадающая в Днепр в этом районе, носит название Трубеж. А киевский летописец отождествлял хорватов с дулебами. Что означает это название? Любители дудок? Какая может быть связь между торговыми людьми — купцами и трубами, дудками, сурмами? Оказывается, может. Старшее поколение еще помнит, как давали знать о своем прибытии различные бродячие торговцы (керосином, углем, скупщики утиля и т. п.) — они трубили в рожок или громко кричали. Это в городе, а в лесах не докричишься. Вот и придумали мощные трубы-сурмы, которые были слышны за километры. Вероятно, такими же трубами пользовались и среднеазиатские купцы рахманы, но называли их зурнами.
4По-видимому, название венгерской столицы Будапешт, расположенной на земле, которая до того принадлежала славянам, означает буда пештов, то есть: город (строение) пеших торговцев, расположенный в месте, где они взаимодействовали с речными торговцами, но третьей составляющей — киева перевоза, там, вероятно, не было.
<<Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 3379


© 2010-2013 Древние кочевые и некочевые народы